А ты не такой?
Шрифт:
Он повернул ее лицом к стене.
– Упрись руками. Ноги шире. Прогнись.
Янка, дрожа от предвкушения, выполняла его приказы за доли секунды.
– Не кричи.
Она кивнула и прикусила нижнюю губу. Вдруг она почувствовала его руки на своих икрах, бедрах… Юбка резко поднялась вверх.
– Чулки… Как я люблю, когда ты в чулках…
Яна услышала звук расстегиваемой молнии, сердце забилось так быстро, что стало тяжело дышать, в глазах потемнело от ожидания.
– Ну, Мартин, давай же!
– Даю…
Он просто отодвинул ее белье в сторону и вошел весь… сразу, вышибая дух из тела. Янка чуть не закричала, но он вовремя закрыл ей рот ладонью и прошептал на ухо:
– Хочешь – кусай, хочешь – целуй, но не кричи.
И чуть двинул тело назад для того, чтобы въехать еще резче, еще сильнее. Он сам застонал…
«Хорошо, что у стены, а не у двери…» – эта мысль была выбита из сознания Яны быстрее, чем воздух из легких.
Темп нарастал, звуки тоже. Мартин держал ее крепко за талию и прикрывал рот, его резкие выпады доводили обоих до экстаза.
Одновременно почувствовали приближение оргазма. Тела задрожали… Мартин выпрямил Янку, прижал спиной к своей груди и, повернув ее голову к себе, проглотил крик освобождения и восторга. Он вытягивал душу, наслаждаясь ее судорожными движениями.
Они стояли, покачиваясь от пережитого взрыва эмоций и ощущений. Мартин нежно и мягко целовал ее влажный висок, переходя на шею – тонкую и длинную, красивую.
– Я люблю тебя, моя хрустальная капелька утренней росы, – его шепот проникал в сердце, прогоняя страхи.
– Люблю тебя, Мартин. До самого последнего вздоха.
Тихие слова звучали громче всех звуков мира…
– Но мне пора возвращаться в кабинет. А то совсем потеряют ценного работника.
– Уже десять минут пятого. Вся толпа уже пронеслась табуном по коридору. Ты не слышала?
– Нет… Я где-то летала.
Он чуть отодвинулся, чтобы дотянуться до бумажных салфеток на столе. Достал и протянул их Яне.
– Помочь тебе?
– Спасибо, я сама…
Через пять минут она вышла из серверной и вернулась к себе. Дверь была просто прикрыта, но в кабинете никого уже не было. Яна быстро собралась и пошла на выход, вернувшись мыслями к предстоящему бою.
Мартин шел впереди нее, не оглядываясь. Она усмехнулась.
«Вот вернется из отпуска, и можно будет уже не скрываться».
Проходя через «вертушку», она вдруг вспомнила о намерении Насти пойти в «Фараон».
– Федор, – тихо обратилась она к охраннику, – не знаю, нужно ли тебе это… Настя сегодня идет в клуб «Фараон».
И не дожидаясь его ответа или реакции, вышла на улицу.
Без пятнадцати девять Яну встречал Марат. Он, как всегда в дни боев, был при полном параде.
– Добрый вечер, Яна, – спокойно обратился он к ней, подставляя локоть. – Сегодня я буду тебя сопровождать.
– Спасибо, Марат! Ты мое спасение. Меня трясет от страха.
Она не заметила, как расширились зрачки мужчины, дрогнула мышца на лице. Яна была где-то там, рядом со своим Оркой.
– Пошли? – не глядя на Марата, спросила она, беря его под локоть.
Он только кивнул в ответ.
Вместе они прошли в его кабинет, где Яна сняла пальто, шарф, оставила сумочку. Одета она было в то же платье, в котором они впервые встретились тогда в клубе. Для нее в этом не было ничего значимого, да и попросту отсутствовал другой наряд для подобного места и случая. А для Марата это платье было как, красная тряпка для быка. Но он понимал, что это – только его мысли и мечты. Он глубоко вздохнул, возвращаясь из воспоминаний в сегодняшний вечер.
– Готова? – спросил он, протягивая руку.
Яна набрала воздуха в легкие. Тонкая ткань платья натянулась на груди, давая Марату простор для воображения. Но он тут же отогнал образы ее влажного после бассейна тела и терпеливо ждал ее ответа.
Яна вложила свою узкую ладошку в горячую руку Марата и слегка дернулась, словно обожглась.
– Готова. Идем.
Они вышли из кабинета, направляясь в сторону шума толпы. Марат чувствовал, как дрожат ее пальцы, и слегка сжал их, привлекая к себе внимание. Яна посмотрела на него снизу вверх и одними губами показала «боюсь». Он подхватил ее стиль общения и тоже прошептал «не бойся», качая головой из стороны в сторону.
Наконец, они заняли отведенные им места со стороны Мартина. На стороне соперника Яна различила груды мышц, татуировок, бритых голов и пустых высокомерных взглядов. «Мамочка… Одни упыри… Кита бы на них бросить, прямо в эти… лица».
Нарастающий гвалт предупредил о появлении так называемого рефери.
– Дамы и господа! Рады приветствовать Вас…
Дальше Яна не слушала, она ждала представления соперника Мартина. И дождалась…
– … Бешеный Носорог!
Голограмма засияла красным и появилось изображение, с антропометрическими данными рядом:
«З7 лет
207 см
150 кг»
Яна зажмурила глаза.
– Господи… Марат, скажи, что мне это кажется. Пожалуйста! Мне померещилось? Зрение вдруг упало?
– Тихо. Не паникуй. Эта груда мяса быстро устает. А у Мартина выносливость свыше человеческих сил. Скорость и ловкость на его стороне. Знание таких видов борьбы, которые некоторым просто не подвластны.
– Раз ты все это знаешь, значит, ты такой же?
Она спрашивала, скорее, для того, чтобы отвлечься от ужаса, который вот-вот должен был выйти на ринг.
– Да, – просто ответил Марат.
Рев толпы заставил Яну вздрогнуть и чуть прижаться к мужскому плечу, словно ища защиты.
– Что ж они так орут-то?
– Хлеба и зрелищ – вот все, что им сейчас нужно. За этим сюда приходят и платят любые деньги.
На ринг медленно забирался человек-гора. По мере того, как он выпрямлялся, у Яны все шире открывались глаза. Когда же он полностью «развернулся», она зажмурилась.
– Мамочка, – шептала она, – он огромный, разрисованный весь. Ужас…
– Я выпровожу тебя из зала! – повысил голос Марат.
– Ага, как бы не так!
Янка вздернула нос и сжала кулаки. «Мышонок с цветочком» вернулся.
– Мартин ему устроит! – сказала она, и Марат улыбнулся.
– А теперь приветствуем, дамы и господа…
Свист, топот, вой. «Шабаш какой-то» – подумала Яна, почти оглохнув.
– … Орка!
Светящаяся голограмма отразила уже знакомую картинку с Мартином и информацию о нем:
«32 года
192 см
88 кг»
– Ему же скоро тридцать три, в мае.