А всё-таки они сбываются, или служба исполнения желаний
Шрифт:
***
– Почему ты не оставишь в покое моего брата?!
Я удивленно обернулась. Эта малявка умеет быть решительной? Глазам своим не верю! Элия выглядит возбужденной, глаза лихорадочно блестят. Она не в себе? Или просто долго себя накручивала, чтобы решиться?
– Потому что он мне нравится.
– Но ты не нравишься ему!
– Это может измениться.
– Ни за что!
– Откуда тебе знать? Ты не можешь решать за брата. Не приписывай свои чувства ему. И он…
– Я знаю его!
– …не трус, как ты.
– Я не…
– А что тогда паникуешь постоянно в моем присутствии? Я тебе ничего не сделала.
– Ты заморозила Мэтта!
– Кого? А-а… того парня. Так он сам на меня бросился, я защищалась.
– У него Владыка всю семью убил! Поэтому он так вас всех ненавидит. А теперь ещё и он…
У Элии слезы по щекам потекли. Похоже, у девчонки накипело. Только что она судьбу того парня так близко к сердцу приняла? Неужели…
– Ты в него влюблена, что ли?
– Я… да как ты смеешь! – девчонка бросилась на меня с кулаками. Что-то она совсем невменяемая стала. Неужели я за больное задела? Да, язык мой – враг мой. Особенно в последнее время.
Я сначала просто пыталась удержать её на расстоянии, но, когда она пару раз по мне больно попала, разозлилась. Поймала её за руки, пару раз больно встряхнула и зло прошипела:
– Угомонись, ненормальная! И запомни: я делаю что хочу, когда хочу, и с кем хочу! И всякие психованные мне не указ! Будешь держаться от меня подальше – не пострадаешь. А начнешь мешать – пожалеешь! Ясно?
– Не смейте угрожать моей сестре! – Элиан вырвал её из моих рук, и закрыл собой. Она прижалась к нему и расплакалась.
Какой взгляд! Словно небо перед грозой – того и гляди, полыхнет.
– Я не…
– То, что вы Владычица, не дает вам права ломать чужие жизни!
Что? Да я и не собиралась! Почему сразу я виновата? Несправедливо!
– Не хочешь, чтобы я её трогала, перестань встречаться с Фионой и избегать меня! Тогда твоя сестра не пострадает.
– Это угроза?
– Ну что ты, всего лишь предупреждение, – не могу сдержать торжествующую улыбку.
Его взгляд становится ледяным и колючим, а потом словно гаснет, и между нами опускается стена.
– Как прикажете, Великая, – глаза пустые и больше ничего не выражают.
– Завтра с утра идем гулять к Звонкой Роще.
– Как прикажете, Великая.
– Да что ты заладил! Других слов не знаешь?!
– Что хочет услышать, Великая?
– Идиот!
Отворачиваюсь и убегаю. Теперь мне слёзы на глаза наворачиваются. Почему всё так обернулось? Кажется, я совершила непоправимую ошибку.
***
И очень быстро об этом пожалела. Наши встречи с Элианом превратились в изощренное издевательство, только теперь я ощущала себя мазохистской.
– В такую погоду хорошо сидеть в тени, – я развалилась в траве на опушке, с удовольствием вдыхая душистый запах цветущего луга.
– Да, Великая.
– Садись рядом.
– Хорошо, Великая, – Элиан безучастно опустился неподалеку.
– К вечеру, наверно, дождь пойдет.
– Вам виднее, Великая.
– А ты как думаешь?
– Как угодно вам, Великая.
– Да что ты заладил! У тебя своего мнения нет?!
– Вы не позволили мне его иметь, Великая.
– Да не хотела я! Само вырвалось!
– Вам виднее, Великая.
– Может, ты снова нормальным станешь, а?
– Как вы хотите, чтобы я себя вел, Великая?
– Р-р-р… Как ты меня достал со своей великой! Поцелуй меня!
Что я несу?! Язык, как помело!
Поздно. Элиан наклонился и поцеловал меня. Лучше б он этого не делал! Арктический холод и то теплее этого поцелуя! Такой же ледяной и бездушный, как поведение Элиана все последние дни.
Чувствую, что по щекам текут слёзы, и не могу остановиться. Теперь понимаю значение слов "черное отчаяние". Хуже просто не придумаешь…
– Убирайся и больше не приближайся, видеть тебя не хочу! – кажется, что кричу, но получается надломленный шепот. Закрываю глаза и ковыляю прочь.
Глава 6
Сижу в тени раскидистого дерева и бездумно смотрю вдаль. Уже ничего не хочется. Мое желание сбылось – я маг, и все меня боятся – а толку? Это не сделало меня счастливой. Да и того ли я желала? Уже не знаю. Тоскливо.
Шорох за спиной даже не заставляет меня обернуться, и так знаю – это Фиона. Мнется там уже давно, не решаясь подойти. Но я не оборачиваюсь – не собираюсь облегчать ей жизнь. Наконец, решается.
– Простите, Великая, можно спросить?
– Спрашивай, – любопытства в моем голосе не больше, чем вон в том камне. Уже просто всё равно.
– Что произошло между вами и Элианом? Он сам не свой: подавленный и мрачный. Да и в вас радости не видно.
– Спроси у него.
– Спрашивала. Не отвечает.
– Ну и я не скажу. Можешь забирать своего Элиана обратно и проваливать.
– Вы убедились, что насильно мил не будешь? – Фиона и не старается скрыть торжество в голосе.
Совсем страх потеряла! А впрочем, какая разница? С каких пор я стала рассуждать с позиции силы? Неужто магия мне совсем разум затмила? А ведь когда-то обычной девчонкой была.
– Что во мне не так? – спрашиваю неожиданно для себя. – Я некрасивая? Глупая? Подлая? Жестокая? Почему это должна быть ты? Чем я хуже?