Чтение онлайн

— Ты не испугался, — заметила я. — Не испугался, когда мы были там, внизу.

— Что? Да я никогда в жизни так не боялся, — возразил Вольт. — Даже когда мы с Крисом угнали старую лодку, а в метрах пятистах от берега обнаружили, что она дырявая.

Я хмыкнула. Что же, зная Криса, я нисколько этому не удивилась.

— Понимаешь, там… Там я действительно почувствовал его… Точнее, моя животная часть его увидела, будто бы почуяла, — сказал Вольт. — Она кричала, била крыльями… И вдруг стало так холодно, неприятно… Не знаю, как объяснить. Но все-таки… Что это такое?

— Дом живой. Он управляет всем — предметами, электричеством, даже эмоциями. Ты сам видел.

— Видел? — согласился парень. — Слушай, может тебе не стоит оставаться в доме, раз там такое? Могу сегодня на ночь дать ключи от магазина. Отец завтра рано на дежурство выезжает, в книжном он точно не появится.

— Нет, спасибо, — отозвалась я, всерьёз призадумываясь. Что хуже — столкнуться ночью с неведомой мифической тварью или с ещё раз встретиться с отцом Вольта? Пожалуй, если бы у меня был выбор, я бы предпочла первый вариант. Он как-то безопаснее для моего психического здоровья.

— В ближайшие пару дней оно точно не появится, я уверена. И я всё-таки попробую поискать шкатулку.

— Как хочешь, — сказал Вольт. — Если что — звони. А сейчас, извини — мне пора.

Мы попрощались, и парень направился прочь. Когда он отошёл метров на десять, мне в голову внезапно пришёл вопрос, который я собиралась задать ещё тогда, у кофейни.

— Вольт! — закричала я.

Он обернулся.

— В кого ты превращаешься?

Парень снисходительно улыбнулся. Его тело дрогнуло, дёрнулось вперёд, руки широко раскинулись в стороны. Миг — и в небо взмыла большая птица. Описала несколько кругов над участком, а потом резко спикировала вниз. Громадный чёрный ворон пронесся прямо над моею головой, чуть задев макушку крыльями.

Спустившись на первый этаж следующим утром и никого не обнаружив, я пожала плечами, нисколько не удивляясь. В нашей семье, если можно было так её назвать, не было принято оповещать кого-то о чём-либо, или же делиться новостями. Каждый жил словно сам по себе и не делился своими мыслями, чувствами или проблемами. Разве что, мы с Владом общались на уровне хороших друзей. Но факт оставался фактом, и этого было не изменить. Глупо было надеяться, что после переезда что-то поменяется. Да и зачем, если это никому не нужно?

Раньше я никогда особо не задумывалась о своём будущем. Ну закончу школу, ну поступлю в институт — это подразумевалось само собой. Но вот кем я хочу быть в действительности? Кто я на самом деле? Чем я хочу заниматься? Чего хочу достичь?

Раньше моей заботой было поддержание «имиджа» в престижном лицее. Даже не имиджа, а маски. Но сейчас, когда мне наконец удалось её снять? Кто же я?

Я люблю фотографию и мне нравится этим заниматься. Но действительно ли это моё? Да и чего я добьюсь, став фотографом? Уж явно не мировой известности. А нужна ли она мне?

А вот Крис точно знает, чего хочет. Он живёт музыкой — стоит вспомнить хоть комнату в его доме, заполненную гитарами и музыкальными пластинками. Но его не очень-то волнует, что с ним будет в будущем. Да что уж там, он даже в него не верит.

А что произойдёт со мной? Кем я, к примеру, буду через двадцать лет? Стану успешной бизнесвумен, как Евгения и начну крутить романы со всеми, кому больше восемнадцати? Закончу медицинский, как сейчас планирует Влад? Стану судьёй или юристом? Или всё-таки выберу то, что мне по душе? Мне было безразлично.

И вдруг я со страхом осознала, что превратилась в самый настоящий айсберг, в Снежную королеву из сказки Христиана Андерсена. Я давно ничего не чувствовала, кроме страха, злости, холода… Но внутри меня было кое-что ещё: пустота.

Мне был никто не нужен. Мне не было дела ни до чего — ни до предательства бывших друзей и парня, ни до матери, которой так же была безразлична я. Я плыла, подчиняясь течению, и выбирала самые лёгкие дороги. Раньше, ещё тогда, давно, я что-то чувствовала ко всем этим людям — но не сейчас.

Я сняла свою маску, чтобы стать самой собой. А под маской не оказалось ничего, кроме давно замёрзших чувств. Я — лёд. Мороз. Холод. Это моя история. Но как, как мне стать собой?! Как мне от всего этого избавиться?! Когда, когда мой лёд растает?!

Мне хотелось схватиться за голову. До переезда… После… Когда же я стала такой? Когда перестала чувствовать? И что заставило меня это понять, осознать? Кто-то же помог мне в этом, приоткрыл глаза, позволив взглянуть и чуть-чуть почувствовать окружающий мир… Вкусить плод, о существовании которого я давно забыла?

За последний месяц произошло больше событий, чем за всю мою жизнь. И, к моему изумлению, по большей части благодаря Крису и Вольту. Они показали мне те моменты, которыми жили, открыли часть своего мира и окрасили в яркие цвета крохотную часть моего. Да, я поссорилась с Крисом, а моё знакомство с Вольтом было не самым приятным — ну и что? Те, другие положительные моменты дали мне возможность чувствовать — пусть на считанные минуты, на мгновения — но дали.

Но Кристиан и Вольт не смогут дать мне больше этого, так же, как и не смогут научить меня жить заново. Я должна сама понять это — вспомнить, или же научиться снова. И я научусь, я смогу. Я выберу жизнь, а не обычное существование. И начну я сегодня.

Мне хватило двух минут, чтобы одеться и, схватив фотокамеру, выбежать на улицу. Сейчас у меня лучше всего получается видеть мир сквозь объектив. Так пусть камера поможет мне вновь увидеть то, что меня окружает.

* * *

Рождественский Норд-Бей был прекрасен — дома были украшены ёлочными венками и гирляндами, омелой, остролистом… Заснеженные лужайки были заставлены рождественскими эльфами, гномами и ещё множеством разнообразных фигур всех форм и размеров. Городок весь светился и радовал глаз — то и дело мелькали люди с коробками подарков, отовсюду слышалась музыка и звон рождественских бубенчиков. Снег — совсем не сильный, отнюдь не мешал суете и даже отлично вписывался в праздничную атмосферу.

Я без устали щёлкала затвором фотоаппарата, сохраняя всё больше и больше картин. Чем-то мне это напоминало мою поездку в Норсфоллен, но тогда у меня с собой была лишь плёночная камера, а фотографировала я цветочные улицы. Прошёл всего месяц, а казалось, что вечность.

Фотографировала я всё — дома, улицы, людей и просто всё вместе, иногда отвлекаясь на то, чтобы проверить освещение или выбрать более выгодный ракурс. Я полностью погрузилась в эту волшебную атмосферу, царившую повсюду, огромными пластами черпая из неё вдохновение.