Чтение онлайн

Лера не думала, что кто-то может ей позавидовать, однако, информацию Дилан выдал нужную, и, похоже, без этого кристалла не обойтись.

— Где его взять?

— Чего? Кристалл?

Дилан почесал макушку. Потом глянул на свою жирную пятерню, ругнулся и вытер пальцы о штаны.

— Это же обучающие кристаллы! На курсах используются, да в школах у патрициев… Но вообще-то, если денег много, то в Канцелярии можно купить. У тебя много денег?

Лера отрицательно мотнула головой и, обмирая от волнения, задала следующий вопрос:

— А ты как свою магию увидел?

Не спеша отвечать, Дилан уперся в неё вопросительным взглядом.

— Расскажи, пожалуйста, — прошептала Лера, пряча глаза.

— Расскажу, если так хочешь… Только оставь лепешку, она пять медяшек стоит.

Лишь после его слов Лера заметила, что крошит хлеб.

Короткими, сухими фразами Дилан рассказал, как его учили чувствовать свою магию и выпускать поток, а в конце добавил:

— Знаешь, Вэлэри, за обман на испытаниях очень суровое наказание. В прошлом году один идиот пронёс в лабиринт свечку, так теперь сослан на хлопковые поля на четырнадцать лет, а семья его выплатила огромный штраф и стала изгоями. И заметь, это патриции.

Лера немигающе уставилась в поцарапанную столешницу. Действительно, жёстко. Такого она не ожидала.

Доедали они в молчании. Молча же Дилан проводил Леру к городским воротам, только по пути кивнул на серый трехэтажный дом, сказав, что в одной из квартир живет его семья.

За воротами он придержал Леру и, отведя в сторону, долго сверлил пристальным взглядом.

Лера не выдержала:

— Ну что? Что?

— Да ничего, — хмыкнул Дилан. — Тоже вот спросить хочу. Очень уж интересно… Я с тобой стольким поделился, ты ведь тоже… поделишься со мной? — он широко улыбнулся, но глаза остались подозрительными, цепкими. — Открой тайну, Вэлэри. Как ты двадцать кристаллов набрала?

Дэр Флавий бушевал. Нет, он не размахивал руками, не выворачивал землю своей магией и даже не кричал. Главный садовник бушевал внутри. А наружу холодным, ядовитым туманом сочились фразы:

— Вы что же, лиа Дартс, считаете, что за сон до обеда вам заплатят в двойном размере?

— Посмотрите, лиа Дартс, на политые вами два дерева. А теперь на те двадцать, которые еще осталось полить. Что вы чувствуете? Надеюсь, собственную бесполезность.

Лера чувствовала лишь голод, усталость в напряженных руках и то, как липнет платье к потному телу.

А дэр Флавий не просто смотрел, как она таскает воду. Этот… нехороший человек ходил следом и нудел-нудел-нудел… Еще и каждое его «лиа» звучало особо презрительно. Похоже, не давал ему покоя тот факт, что Лера, с ее-то силенками, смеет называть себя одаренной.

Впрочем, Лера на садовника не злилась. И без того несчастный дэр Флавий переживал за своих зеленых подопечных и каждое утро бегал к секретарю в надежде на радостную весть о студенте-«воднике». Однако очередь из желающих почему-то не выстраивалась, и срывался дэр Флавий на безответной первокурснице.

А сегодня Лера еще и проспала. Какому же начальнику это понравится?

Вечером она села медитировать, сделала все, как советовал Дилан, и у нее получилось! Магия тёплым клубком воздуха крутилась прямо в груди!

Наверное, крутись там что-то другое, то впечатления были бы отнюдь не радостными. Как минимум затошнило бы. Но воздух… Невесомый, ласковый, он щекотал, играл на невидимых струнах и звал в полёт. Вот счастья-то было! И не так уж сложно оказалось почувствовать магию — всего-то перетаскать пару сотен ведер воды да съесть на ужин черствую булку, и усталый организм отключил мозг. Хоть патентуй способ, ведь Дилан-то говорил, что обычно на это уходят пара-тройка недель.

Лера тут же кинулась к изображению на полу — выпускать поток и греть комнату. Но ничего у нее не вышло. Чуть не до утра билась — всё без толку, лишь устала еще больше и проспала.

Вот и надрывался дэр Флавий, воображая, наверное, будто именно его тирады так печалят Леру. Её же больше угнетали болезненные рези в пустом желудке. Завтрак-то она пропустила!

Будто вторя её думам, дэр Флавий запричитал:

— Лиа Дартс, розы уже вянут! Давайте мы и вас не будем кормить и поить, а? Долго ли вы проживете?

Неужели она пробудила в садовнике садистские наклонности? У-у, абориген, потомок римских рабовладельцев… А вообще-то, она ведь не рабыня. Что он себе позволяет?

Лера вылила воду под какое-то дерево — судя по готовым раскрыться бутонам, плодовое, — и, бросив ведра, обернулась к садовнику.

— Вы абсолютно правы, дэр Флавий, — «завяну» я быстро. Так не пойти ли мне пообедать? А то руки, вон, «подвяли» уже, ведра не держат.

В доказательство Лера безвольно опустила руки и поболтала ими, словно резиновыми.

Дэр Флавий на миг опешил, но тут же зло сощурился и отчеканил:

— Вот польете половину, тогда и пообедаете!

Напоследок он мазнул по ее шрамам брезгливым взглядом и удалился, горделиво выпятив грудь и заложив руки за спину.

Вот же… редиска!

Повздыхав и помечтав об обычном садовом шланге, Лера снова взялась за работу.

Половину она одолела, уже когда сгустились зимние сумерки.

Столовая была пуста, один лишь толстяк повар уминал что-то за обе щеки.

— Припозднились вы, лиа, — ехидно лыбясь полным ртом, прочавкал этот вредный дядька. — Но порцию вашу я сберег, и молоко еще не прокисло. Прошу… — С преувеличенной аккуратностью он выставил на поднос тарелку и кружку.

Остывшая каша, как будто покрытая склизкой кожицей, аппетита не вызывала. Как и молоко с морщинистой пенкой. Однако организм упрямо требовал еды, и Лера пошла на компромисс — взяла молоко, а кашу вернула повару.

— Благодарю за заботу, син Лидарий, но я не голодна.

Залпом выпив молоко, она отдала кружку повару и отправилась отдохнуть на одном из диванов. Спину прожёг недобрый взгляд толстяка. Потом по тарелке стукнула ложка и послышалось шмяканье вязкой субстанции. Да, да, син Лидарий, вашей каше самое место в помойном ведре.

Укрывшись за кадками с растениями, Лера с тихим вздохом растеклась по мягкому сиденью. Напряженные мышцы начали расслабляться, по телу пробежала приятная волна. Хорошо…

— Лиа Дартс! — раздался вдруг с улицы гневный вопль дэра Флавия.

Лера застонала и, не двигаясь с места, сонно проворчала:

— Да иду я, иду… И чего так орать? Будто на кактус сел…

Вечером от усталости она еле шевелилась, но даже мысли об отдыхе не допустила. Надо было во что бы то ни стало совладать с магией.