Чтение онлайн

— Товарищ Волконогов! Да не я это придумал, будь оно проклято, тем более за день до праздника! Это вчера дал указание второй секретарь крайкома товарищ Холяков! Я всю ночь не спал, организовывал изготовление!

— Что? Товарищ Холяков дал указание, а вы до сих пор не поставил меня в известность? Что вы себе позволяешь? Вот, сами никогда не догадаетесь проявить инициативу, придумать что-то новое! Вечно за вас должны думать партийные органы, а вы только ждете указаний сверху! Объясните толком, что должны делать фигуры.

— Дед Мороз — поднимать руку вверх, Снегурочка — приседать, Баба Яга — шевелить в ступе метлой, Медведь — реветь, Волк — сучить ногами и щелкать зубами, а Заяц — бить по барабану! Все звери согласованы лично товарищем Холяковым!

— И что Волк ногами должен сучить и зубами щелкать — это тоже согласовано товарищем Холяковым?

— Так точно, товарищ Волконогов! — не краснея соврал Налий.

— Ну, ну! Так почему, Я Вас Спрашиваю, Фигуры До Сих Пор Не Работают?

— Идет монтаж, товарищ Волконогов, вот–вот заработают, сам спешу!

— Даю вам час, чтобы все фигуры заработали! Я должен лично доложить товарищу Холякову! Идите, выполняйте! И немедленно!

Несмотря на строгий крайкомовский запрет на курение, не куривший уже три месяца Дмитрий Сергеевич все-таки не выдержал, достал сигарету и закурил. Потом, уже куря одну за одной, почти час нервно ходил по ковру кабинета, заново пережевывая все превратности сегодняшнего дня. Затем, посмотрев на часы, выглянул в окно и нажал кнопку звонка к дежурному горкома.

— Налий не приходил? Срочно найти!

Минут через пять дежурный доложил, что начальник горжилкомхоза уехал проверять новогоднюю иллюминацию и скоро должен быть.

— Мне некогда его ждать! Срочно разыщите заведующего отделом культуры горисполкома Фартового.

Красавец мужчина, любимец женщин и публики, завотделом культуры Анатолий Фартовой через 15 минут был доставлен в кабинет Волконогова.

— Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич! С Новым годом! Слушаю вас!

— Это я вас должен слушать! Отдел культуры, я надеюсь, имеет какое-либо отношение к городской елке?

— Конечно, Дмитрий Сергеевич! Я отвечаю за организацию и проведение вечерних, дневных и утренних утренников!

— Вот, вот! Тогда ответьте, скоро первый вечерний утренник, а возле елки все фигуры работают, кроме Волка! Это как понимать? Волк должен сучить ногами и щелкать зубами, лично товарищ Налий мне обещал, что все будет готово через час! А Волк до сих пор не работает!

— Дмитрий Сергеевич! Прошу доверить этот вопрос мне! Я не подведу! — густым красивым басом снова загудел Фартовой, — Волка я беру на себя! Он у меня прямо сейчас и засучит, и защелкает! Можете не беспокоиться, все будет сделано в лучшем виде! Елка будет готова в срок!

— Хорошо! Можете идти!

Уставший первый секретарь Зеленодарского горкома КПСС Дмитрий Сергеевич Волконогов, вызвав очередную дежурившую служебную «Волгу», с чувством исполненного до конца долга поехал домой праздновать наступающий Новый год. Все! На сегодня хватит!

Хлебом и зрелищем город Зеленодар на праздники был обеспечен.

Нет, все-таки что бы там ни говорили, а все беды и несчастья в нашей стране (кроме, конечно, постоянно неблагоприятных погодных условий) начались с самой обыкновенной рядовой кухарки. И даже не столько с самой кухарки, а с того момента, когда наш Великий Вождь объявил, что у нас каждая кухарка может и должна управлять государством. Отсюда все и пошло наперекосяк и продолжается до сих пор. Кухарка с тех времен стала для государства нужнее, ценнее и важнее, чем какие-то там специалисты–инженеры, экономисты, юристы и всякая другая шушваль умственного труда. А раз принцип «кухарки» у нас был принят за главное направление в политике и экономике, то, соответственно, была принята и оплата труда. Если кухарка самая ценная и нужная, то почему какой-то там министр или академик должен получать зарплату больше ее и иметь квартиру лучше ее?

Уравниловка и приоритет гегемона в оплате за труд поставили у нас в стране с ног на голову многие общечеловеческие понятия и ценности, К чему нас приучили с детства, и к чему мы во многом привыкли и даже сейчас не замечаем. Ну скажите, в какой еще стране (не считая бывших «социалистических») рядовой парикмахер зарабатывает больше врача, а всемирно известный академик проживает в малогабаритном квартире на одной лестничной клетке с золотарем–алкоголиком и стоит в очереди за колбасой после грузчика Сереги? А попробуйте объяснить американцу, почему у нас за час труда уборщица или дворник получает в два раза больше директора? Ведь для того, чтобы это ему понять надо, чтобы этому американцу с детства внушали, что главная у нас — кухарка. Она все может — управлять заводом и государством и еще и борщ варить. А вот директор завода параллельно со своей директорской работой борща сварить не сможет.

Поэтому опять-таки никак не поймет американец, хоть мозги набекрень вывернет, вот такой, например, рассказанный моим мудрым другом адыгом Эмбером Граховым анекдот, который мог родиться только в стране «развитого социализма»: «Два милицейских сержанта, задержав вечером крепко подвыпившего прилично одетого мужчину, узнав от него, что он работает все-таки мясник, может в дальнейшем пригодиться. Но, зайдя в квартиру и увидев вокруг сплошные книжные полки, сержанты усомнились в профессии задержанного и переспросили хозяйку, где работает ее муж. Услышав, что ее супруг всемирно известный ученый, лауреат Нобелевской премии, почетный член многих зарубежных академий, спросили: «А зачем он нам сказал, что он мясник?» — на что хозяйка ответила: «Не обращайте на это внимания! Когда он выпьет, то у него всегда начинается мания величия!»

Раз кухарка у нас все может, то мы выработали новое советское «мышление» — у нас страна абсолютной и полной грамотности, у нас все все–все знают и все все~все умеют. Вы спросите у американца о чем-нибудь, кроме его работы. Ведь он ничего не знает! Он узкий специалист, он знает только свое дело и знает его очень хорошо».'А мы работаем кое-как, зато все знаем. У нас кухарка учит министра, как надо руководить, министерством, слесарь учит врача, как надо лечить, врач учит архитектора, как надо строить, архитектор учит землепашца, как надо пахать. Все всё знают. А вот спррсите кого-либо из этих всезнающих, как он делает свою работу. Получите простой ответ: «Не твое собачье депо!»

Уравниловка отучила нас работать, ведь в стране у нас не зарабатывают, а получают, как пенсию в собесе. Кто хотел бы заработать — не давали, тут же снижали расценки, и сами же рабочие такого ударника «задавливали». А кто не хотел — все равно получи свои сто рублей.

А попробуй директор выгнать с работы прогульщика и пьяницу — ничего не выйдет. Тут на его защиту стеной встанут и суд, и профсоюз — никаких увольнений, корми и воспитывай! И, соответственно, выработалось отношение к труду — как бы поработать поменьше, получить побольше, а еще что-нибудь и утащить с работы., Все равно не выгонят, а будут только воспитывать, если попался, А государство все равно кормить обязано, и все тут. У нас даже при найме на работу не спрашивают, сколько можно заработать, а только один вопрос — а сколько платят?