Чтение онлайн

О котах уже сказано немало, а про кошек мы еще речь не вели, а стоит, так как кошка не всегда жена кота. К примеру, о человеке, который мечется в исступлении, бессмысленно, говорят: мечется как угорелая кошка. Угорелых кошек или котов мне видеть не приходилось, но самому испытать это состояние однажды пришлось. Не то, что метаться, руку тяжело поднять. Одним словом, отравление, как любое пищевое или алкогольное. Тошнота, ломота, голова раскалывается. Вы видели, чтобы люди с похмелья метались как угорелые кошки? Я думаю, нет. Во всяком случае, такое поведение нехарактерно для отравленных. И в поговорке не о кошке идет речь. Звучит она на арабском так: гаралак-шакк (на египетском диалекте). Смотрите, как совпадают согласные. А значение эта фраза имеет такое: “случился с тобой удар (шок)”. Значит; идиома буквально означает “что ты мечешься, как будто с тобой случился шок”.

Тот же корень ЩКК мы видим в слове тормашки. Удивительно, что никто на свете не знает, что такое тормашки и даже не связывает, пусть и ошибочно, с каким-либо значением, тем не менее вы не найдете русского, который хоть раз в жизни не употребил этого странного слова. Это совершенно бессмысленное слово, тем не менее, обладает совершенно определенным значением. Вот такой парадокс. Кстати, о парадоксе. Ниже мы узнаем, что и это слово вовсе не греческое, как думают ученые, а такая же абракадабра, как я наши идиомы.

Так вот о тормашках. Говорят: полетел верх тормашками. Пишем вверх тормашками арабским способом, то есть одни согласные, получаем ВРХ ТР М ШК. Восстановим слабые гласные, которые не всегда обозначаются даже в Коране, получаем вполне осмысленную арабскую фразу, выражающую именно тот смысл, который мы вкладываем в наши тормашки. Переводим: “и полетел летанием того, что ударено копьем”. Это буквальный перевод. По-русски, если не употреблять слово тормашки, эту мысль можно выразить так: “полетел, словно его кто копьем ударил”.

С тормашками покончили, но еще остались странные кошки. Из выражения кошки скребут на душе. Очевидно, что и здесь не кошки, а обычный образ арабской поэтической речи: ка-шук “словно шипы, колючки”. Согласитесь, что пахучие розы с душой сочетаются лучше, чем вонючие кошки.

Раз мы заговорили о кошках, те надо что-то сказать и о мышах. Выражение мышиная беготня или мышиная возня подразумевает мелочные хлопоты, суету. Эту идею арабы обычно выражают через понятие ходьбы, говоря “ходит туда-сюда”, буквально: “приходит-уходит”. Так вот, глагол миши означает “уходить”, а бйиги – “приходить”. Отсюда и мышиная беготня.

С мышами мы пока еще не разделались. Во фразеологическом словаре русского языка я нашел такое выражение: мышиный жеребчик, с пометой устаревшее. Имеется в виду молодящийся старик. Если молодость и прыть хорошо согласуются с русским словом жеребчик, ясно, что жеребчик здесь употреблен уместно, то как жеребчик может быть мышиным, совсем непонятно. Действительно, какое отношение такое прилагательное, как мышиный, имеет отношение к возрасту или к жеребцу. То ли это масть такая серая, то ли что-то еще. Зная арабский язык, смело можно утверждать, что никакой он не мышиный этот жеребчик, а мусинн “престарелый”. Просто звуки С и Ш в семитских языках часто чередуются, например арабское приветствие салам алейкум на еврейском звучит шалом алейхем.

Ну, а теперь о совсем маленьких. О малюсеньких. О мухах. Если вы иностранец, любой русский объяснит вам что такое под мухой. Пьяный значит. Но, прежде чем понять, какое отношение мухи имеют к состоянию опьянения, несколько слов об арабской грамматике. Самая распространенная приставка в арабском – М. С помощью ее образуются причастия действительные и страдательные, имена места, времени, орудия и т. д. В русском языке ей соответствует в ряде случаев приставка по, например, покос – имя места и времени косьбы. Иногда она проявляется в сохранившемся виде, то есть тоже в форме М, например, слово место происходит от есть, точно так же, как в арабском: макян “место” от кян “быть”, буквально: “место бытия”. В слове миска тоже сокрыта арабская формула имени орудия или сосуда, преобразующая корень СКЙ “лить, поить” в имя сосуда, то есть то, чем пьют, из чего хлебают или поливают. И все же в русском более употребительна в этом значении приставка по. Таким образом, устанавливается равнозначность начальных согласных М и П при сопоставлениях между русским и арабским. Значит, мотмайих (диалектное произношение), в арабской графике “качающийся”, может дать в русском рефлекс с начальным П, если же учесть еще, что долгое арабское А в других языках, например, еврейском, персидском, дает 0 (У), то достаточно оснований, чтобы в выражении под мухой признать арабское мутама 'их (классическое произношение), тем более что значение подходит как нельзя лучше.

Надо сказать, что описанный случай – не единственный пример маскировки начала этой арабской грамматической модели под русскую приставку или предлог под. Возьмем русское слово подхалим. Что оно значит? Русскому человеку кажется, что оно состоит и на этот раз из приставки под– и корня халим. Но что означает халим? Других слов в русском языке с этим корнем нет. Единственное утешение для филолога, это то, что бессмыслица для русского языка – обычное явление. Случай такой, как и остальные, сколько ни ломай голову, ничего не придумаешь, если не знаешь арабского языка. Зная теперь, что приставка под – просто маскировка, смотрим в арабском словаре, что означает мутахалим. Оказывается, это тот, кто прикидывается кротким, послушным, как это обычно и делает подхалим. Подхалим и под мухой – это формы одной грамматической модели, которая в арабской грамматике называется причастием шестой породы.

Любопытно, что в древнегреческом языке эта форма маскируется под приставку мета, например, метафизик – это тот, кто пытается выглядеть красноречивым и логичным. Так что, метафизика – это не то, что за физикой, как пытаются убедить окружающих философы, а потуги на красноречие и логичность. Первым, кто раскусил метафизику, был Гегель, который называл ее антидиалектикой, а он знал, что говорил.

Мы уже коснулись этой темы. Фразеологизмы здесь раскрываются точно так же, как и вся русская фразеология. Алкогольная окраска ничуть не влияет на метод.

Про того, кто под мухой, вполне можно сказать пьяный в стельку. Но, пожалуй, что пьяный в стельку все-таки посильнее. Пьяный здесь, надо полагать, в прямом значении, а вот стелька непонятна. Филологи-специалисты придерживаются того мнения, что выражение происходит из профессионального языка сапожников, как будто это что-то объясняет. Наши филологи, кстати, поддают ничуть не меньше чем сапожники, иначе они давно уже расшифровали бы все русские идиомы. Сапожников здесь филологи притянули за уши, и это выясняется, едва мы откроем словарь на корне СТЛ. Это, оказывается, хмелеть. Обычный семантический повтор для арабского языка, который иногда употребляется и в русском, типа ходить ходуном. Здесь только он замаскировался под стельку, что и ввело филологию в заблуждение.

Про того, кто часто бывает под мухой, говорят выпить не дурак. Спрашивается, какое имеет отношение глупость или ум к питейным вопросам? А дело вот в чем. Читатель уже догадался, что смотреть надо в корень. Здесь имеется в виду не дурак и не умный, а арабское выражение майдуррак, что значит “не повредит”. Про того, кто твердит: выпить не повредит, выпить не повредит в переводе на арабский майдуррак, так и говорят “выпить не дурак”.

Того, кто выпить не дурак, иногда посещает белая горячка. Тоже странная болезнь. С какой стати мы именуем ее белою? Не ищите ответа на этот вопрос в наших толковых словарях. Там вы его не найдете. Чтобы понять в чем здесь дело, надо букву Е в слове БЕЛЫЙ прочитать так, как читают ее арабы, то есть айном, тогда болезнь потеряет белизну и станет головной, поскольку от арабского корня БЪЛ происходит название головы, а баълий как раз и означает “головной”, “относящийся к голове” или главный, как в белом грибе, о котором говорят “белый гриб боровик всем грибам полковник”. Дальтонизмом русский народ не страдает, чтобы называть этот гриб так по цвету.