Чтение онлайн

Укоренившийся в свей материалистической философии, суеверный «волшебник, который говорит с другими мирами», продолжал отвергать возможность взаимодействия одного человеческого разума с другим посредством экстрасенсорных методов, хотя недавно ему удалось именно таким способом предупредить своих друзей, чтобы они не садились в поезд, который потом потерпел крушение. Однако при всех он продолжал утверждать, что сверхъестественные явления – чушь. Он дразнил Кэтрин не только за ее склонность к мистике, но также за ее увлечение Хобсоном и за внешний вид.

В семье Джонсонов к Тесла относились как к дядюшке. Его любовь распространялась и на детей. Для Агнес он подписал новогоднюю открытку «Никола Хобсон» и выкроил время» чтобы прочитать первый роман Оуэна «Стрела Всевышнего». Он также поздравил Оуэна с приближающейся свадьбой. Агнес вышла замуж позднее и унаследовала обширную переписку Джонсонов, большую часть которой позже передала Колумбийскому университету. По словам миссис Роберт Андервуд Джонсон, невестки Оуэна (Оуэн назвал своего сына Робертов честь деда), Агнес была «ужасной». «Мне она совсем не нравилась. Однако ее дочь была очень красива. Падеревский считал, что Энн обладает большим талантом. Оуэн был очень эффектным и привлекательным и унаследовал много черт своей матери. Он стал автором серии книг Лоренсвилль и зарабатывал на жизнь, сочиняя романы».

Наша современница миссис Джонсон говорит, что «Кэтрин была истинной ирландкой». Она могла быть «веселой и жизнерадостной и одновременно меланхоличной». Роберт Андервуд Джонсон-младший жил со своими родителями. «У них были две служанки-ирландки: Джози и Нора. У Кэтрин начинался приступ депрессии, она закрывалась в своей комнате и не выходила к столу. Ее депрессия еще более усугубилась после Первой мировой войны». Она говорила, что Роберта считали «скучным, очень чопорным и старомодным пожилым джентльменом». Кэтрин нравился Тесла, потому что у него было богатое воображение, и по европейским меркам он считался интересным человеком. Возможно, он привносил в дом Джонсонов оживление.

Уорденклифф.«Изобретатель Никола Тесла купил двести акров земли в Уорденклиффе – на берегу залива, в девяти милях восточнее Порт-Джефферсона – для строительства телеграфной станции. Земля и строительство обойдутся в 150 000 долларов».

1 марта 1901 года Тесла официально подписал контракт с Морганом. Теперь он мог начать строительство лаборатории и башни на Лонг-Айленде, в шестидесяти пяти милях от Нью-Йорка. Два дня спустя Морган объявил о создании «Ю.С. Стил». Об основании компании Тесла объявлено не было. Вышеприведенная статья, опубликованная в местной газете «Лонг-Айленд Демократ», стала, возможно, единственной, где упоминалась точная сумма в 150 000 долларов, выделенная Морганом. Джону О'Нейлу, в 1944 году написавшему биографию сербского ученого, не были известны подробности взаимоотношений Тесла и Моргана, хотя он лично был знаком с Тесла более тридцати лет. Изобретатель, чьи бумаги по-прежнему находились под замком ко времени завершения биографии, рассказал О'Нейлу, что финансист обеспечил его средствами из филантропии, хотя дело было совсем не в этом. Речь шла об обычном деловом соглашении.

Тесла отпраздновал начало нового предприятия, – устроив шумную вечеринку в «Уолдорф-Астории». С Оскаром он подробно обсудил меню и лично пробовал различные соусы. Безупречно одетый, Тесла зарезервировал один из маленьких банкетных залов и попросил гостей прийти ровно в семь тридцать. Вероятно, там был Уайт, а также Джонсоны, Хобсон и, возможно, мисс Меррингтон или последовательницы учения Вивекананды (мисс Тереби, мисс Фармер или Энн Морган). По слухам, когда подошло время для подачи ужина, метрдотелю пришлось отвести Тесла в сторону и сообщить, что он задолжал отелю более 900 долларов. Метрдотель не может выполнять его поручения. Ужин не подадут, пока не будут улажены дела. Самое время было достать козырь из рукава. Тесла с беспечным видом пригласил к столу своих гостей и попросил позвать управляющего. Мистер Болдт вел себя дружелюбно, но настойчиво, поэтому Тесла пришлось позвонить Моргану. Взволнованный Болдт тем не менее стоял на своем. Немедленно был прислан чек, и ученому удалось выйти из затруднения.

Вскоре после этого Терла встретился с воротилой рынка недвижимости Чарльзом Флинтом, который устроил ученому встречу с Джеймсом Уорденом – директором «Северной промышленной компании». Уорден, державший в своих руках восемнадцать сотен акров картофельных полей на Лонг-Айленде и в графстве Суффолк, предоставил Тесла еще двести акров земли на участке, который сегодня находится рядом с так называемой «трассой 25А». Ученый также получил возможность купить оставшийся участок.

Возможно для того, чтобы польстить, или ввиду других соображений, это место было названо Уорденклифф – по имени владельца, и 2 апреля открылось здание почтамта. Пять лет спустя, в 1906 году, место получило официальное название – деревня Шорем. Журнал «Электрикал Уорлд энд Инженир» сообщал: «Компания предлагает свои акции по цене 100 долларов за штуку, предполагая выплачивать 15 % дивидендов. «Уорденклифф Билдинг Компани» будет обладать правом вести все строительство и приобретать любой выставленный на продажу участок земли». Уорден, давший интервью для этой статьи, предполагал, что «в будущем проект принесет большой доход». Называя Тесла «самым известным инженером-электриком современности, чьи научные достижения по своей практической значимости затмевают все остальные открытия века», Уорден отмечал: изобретатель «только что подписал контракт на очень большую сумму с целью возведения электрических лабораторий и главной станции для системы беспроводной телеграфной связи с Европой и Австралазией (Океанией?). Этот проект потребует много жилья для размещения нескольких сотен людей, которых наймет мистер Тесла».

Конечной целью Тесла было возведение «Всемирного телеграфного центра» с лабораторией, беспроводным передатчиком и налаженным производством осцилляторов и вакуумных ламп. Он вел переговоры с Морганом насчет строительства лаборатории и простой башни для передачи репортажей о гонках яхт, сигналов океанским пароходам и отправления сообщений в Англию кодом Морзе. Одновременно он обсуждал с МакКимом, Мидом и Уайтом возведение настоящего метрополиса, «города-модели» на восемнадцати сотнях акров свободной земли: со зданиями, магазинами и домами для размещения двадцати пяти сотен рабочих. «Уорденклифф будет крупнейшим проектом такого рода в мире, – говорил Тесла местным газетчикам. – Лаборатория привлечет людей из высших научных кругов, и это благотворно скажется на Лонг-Айленде. Располагая штатом из семидесяти пяти конструкторов, фирма МакКима, Мида и Уайта готова к выполнению задания». За чертежи Тесла был прислан счет на сумму 1168 долларов.

По-видимому, Уайт оказался в неловком положении: Морган по-прежнему опасался последствий сотрудничества с непредсказуемым инженером. Будучи художником по интерьеру, Уайт в феврале соорудил в Лондоне статую, которая, он знал, заинтересует финансиста. «Дорогой коммодор, – писал предприимчивый рыжеволосый архитектор, – расставаясь с этим произведением, я будто отрываю его от сердца. Поэтому я лучше подарю ее вам, чем продам. Ведь мое единственное желание заключается в том, чтобы доставить вам радость» – дабы показать, что их взаимная симпатия не касается бизнеса.

Цены были предложены Стерджисом и Хиллом, а также фирмой «Мерц и K°», с которыми сотрудничал Уайт. В мае чертежи лаборатории отправили Тесла на утверждение, в июне был подписан контракт со Стерджисом и Хиллом, а в июле начали расчищать участок и строить дорогу. Уайт рекомендовал одного из своих помощников У.Д. Кроу на роль архитектоpa. Кроу также руководил возведением башни. Однажды весенним ярким и солнечным утром ученый важно шагал по Пикок-элли и Пятой авеню к Сорок второй улице и Центральному вокзалу. Он собирался пересесть на Пенсильванском вокзале и отправиться первым же поездом в Уорденклифф. Золотистые лучи сверкали в окнах верхних этажей здания, похожего на собор, когда Тесла шагал по внушительному коридору к вагону первого класса. Попросив чашку кофе, он принялся просматривать почту. Поезд с грохотом выбрался из города, промчался мимо Манхасетта, миновал Ойстер-Бэй, где жил вице-президент Рузвельт, и Сент-Джеймс близ Смит-тауна, где находилось семейное поместье Уайта, оставил позади Порт-Джефферсон и наконец прибыл в Уорденклифф. Во время поездки на другой стороне пролива иногда показывались берега Коннектикута; со всеми остановками на дорогу ушло около полутора часов. Когда ученый открыл страницу 280 журнала «Электрикал Ревью», у него буквально отвисла челюсть. Одно неосторожное движение, и кофе разлился по белоснежной скатерти.

Настройка беспроводного телеграфа. Гульельмо Маркони.«Даже в научной прессе появляется множество неточной и вводящей в заблуждение информации, посвященной передаче телеграфных сообщений в пространстве. Попытаюсь исправить некоторые из этих ложных утверждений.

Моей целью является подробное описание усилий, предпринятых мною для настройки беспроводной системы, увенчавшихся, говорю это с радостью, абсолютным успехом.

Прежде всего, я создал конструкцию, состоящую из лейденской банки или конденсатора, который включал в себя ток первичной обмотки, или так называемую «катушку Тесла», и ток вторичной обмотки, связанный с землей или воздушным проводником. Идея использования «катушки Тесла» для генерации колебаний не нова. Она была принята почтамтом (по рекомендации Приса), когда он экспериментировал с моей системой в 1898 году, а также предложена доктором Лоджем в патентной заявке от 10 мая 1897 года (№ 11) и профессором Брауном в 1899 году».

Три года спустя в письме к Моргану Тесла написал о впечатлении, произведенном этой статьей:

«Когда я случайно обнаружил, что те, кто открыто насмехается над моими достижениями и поливает грязью созданный мною аппарат, на самом деле тайно пользуются им, очевидно, преследуя те же самые цели, что и я, я столкнулся с совершенно непредвиденными обстоятельствами. Ваше участие в деле вынудило меня пересмотреть свои планы. Я не могу вести дела потихонечку, как бакалейщик. Я не могу заниматься репортажами о регатах или подачей сигналов проходящим пароходам. Это дело не принесет дохода. Возможно, вы никогда не оценивали по достоинству важность нашего контракта».