Чтение онлайн

— Да ну… Ерунда это всё! Шаль какая-то… Она уж давно в огне сгорела эта шаль!

— Не скажи, — задумчиво покусывая травинку, проговорил Матвей, — здесь она, Шаль. Такие вещи не горят. Здесь она запрятана, а вот где только… эх, найти бы самому — вот уж радости бы было!

— Зачем же она тебе? — полюбопытствовал Виктор.

— Да мало ли, — уклончиво пробормотал Матвей и по птичьи склонил голову к плечу, — закрою дверь в свою камору, там разные у меня разности хранятся, чтобы сёстры да братья не добрались!

И придвинувшись к Виктору вплотную, жарко зашептал ему в ухо:

— А давай вместе Шаль эту поищем! Наши-то местные не полезут сюда — бояться! А одному-то ох, как несподручно! А ты я вижу — товарищ-то надёжный, с тобой хоть в огонь, хоть в воду!

Трусоватому от природы Виктору такая характеристика показалась лестной, да и перспектива поисков таинственной шали в живописных развалинах, несмотря ни на что, привлекала. Смущал только не внушающий доверия странно тяжелый немигающий взгляд нового товарища.

— А ты ведь про болотную траву-то соврал, — проницательно заметил Виктор, — не за этим ты сюда приходил!

— Соврал, — легко согласился Матвей, — про Шаль-то никому сказывать нельзя, это я только тебе открылся, ведь мы же с тобою товарищи!

Последняя фраза окончательно решила дело и друзья, ударив по рукам, сговорились всё, держа в страшной тайне встретиться завтра на этом же месте и начать поиски загадочной Шали. Они уже стали расходиться, весьма довольные друг другом, как вдруг вдалеке с другого конца деревни послышался страшный, нечеловеческой силы крик. Прозвучал и замер, в наступившей абсолютной тишине наполняя душу леденящим ужасом. Переглянувшись, мальчики, не сговариваясь, ринулись бегом с холма и, прокричав взаимные слова прощания, разбежались в разные стороны — по домам…

В то же самое время, как Виктор повстречался в развалинах с новым товарищем, младший отпрыск Дмитрия Степановича Николенька, тоже решил совершить небольшой променад по окрестностям. Проснувшись лишь к обеду (разбудили его громкие высказывания матушки, руководившей процессом высадки цветов прямо под его окнами) и слегка перекусив, Николенька отправился прогуляться по лесу. Сразу же набрёл на ягодник и, поедая ягоды одну за другой, вышел к реке, где на пологом бережке паслись местные коровы. Времени было за полдень и Полянские бабы и девки заканчивали полуденную дойку. Николенька постоял, окидывая окрестности скучающим взглядом, пока внимание его не привлекла стройная, миловидная девушка. Она уже закончила свою работу и, погрузив бадью с тёплым молоком в стоявшую поодаль повозку, пошла по тропинке в лес, прямо на Николеньку, не замечая его. Когда она поравнялась с притаившимся юношей, он внезапно вышел ей навстречу:

— Здравствуйте, милая барышня!

Девушка вздрогнула от неожиданности и в следующую секунду расхохоталась (надобно заметить, что юная барышня была вообще очень улыбчива!)

Николай также развеселился, глядя на неё, и молодые люди тотчас почувствовали расположение друг к другу.

— Что же вы, барышня, бросили своё молоко и на повозке вместе со всеми не поехали? — спросил Николенька, пытаясь как бы невзначай удержать девушку за руку.

— Что ж ехать? — она решительно, но мягко отстранилась от его рук, при этом синие глаза её лукаво блеснули, — на повозке места всем не хватит, всё одно — пешком идти, а чай, лесом-то короче!

— Отчего же вы одна? Не боязно вам?

— Боязно? — девушка вновь захохотала, демонстрируя два ряда крепких белых зубов, — вот уж скажете тоже, барин! Да кого же мне в своём лесу бояться?

— Да ну как же? Ведь всё же лес! Здесь верно звери дикие водятся, волки, а то и медведи!

Вновь рассмеявшаяся девушка беззаботно взмахнула рукой:

— Да ну вас, право, барин! Всё то вы шутите! — и наставительно добавила, — волки да медведи в чащобе живут. У них там свои дела, а у нас, стало быть, свои, чего же им в нашем то лесу делать!

— Так таки и не видали вы ни одного волка?

— Отчего же не видала, барин. Конечно, видала! Зимой-то, когда голодно, они в деревню приходят, мы их кормим, жалко — пропадут.

Николай недоверчиво покосился на девушку — не шутит ли над ним? Но его спутница шагала с самым невозмутимым видом.

— А как вас зовут? — продолжал Николай свои расспросы.

— Зовут меня Дарёной, — охотно откликнулась девушка, я живу в доме у реки, прямо насупротив мельницы.

— Чем же твой отец занимается?

— А муку мелет Верхнереченским, когда сезон… а так всё больше рыбалит, да в лес на охоту ходит. Он и вашему столу станет рыбу да дичину доставать.

— Разве ж вы этим проживёте? — удивился Николай, — ведь, чай, семья у вас большая?

— Верно, семья большая, да всё больше девки! У моей матушки нас семеро, а сын только один и есть — Данила! Да уж верно вы его знаете! Ещё тёткиных пять дочерей, да братец Ерёмка, вот так и живём! Это, правда ваша, что одною рыбалкой не прожить, коли рыбу всё одно, никто окромя господ не купит! Так вот мы с мамкой корову держим, огород у нас, мамка зимой платки вяжет на продажу. Они, конечно, не то, что Паучиха прядет — на базар такие нейдут, а Верхнереченские — ничего, берут.

— Что это за прозванье такое — Паучиха?

— Так она Паучиха и есть. Дом у неё сразу за рекой стоит, вот она поутру паутину поперёк реки натянет и ждёт. Как какой путник на лодке заплывёт, так тут в Паучихину сеть и попадает! Сколько Верхнереченских-то в её сети попало! Страсть! А все думают, что на реке потонули, пороги, мол, да омуты, но ты не верь — это всё Паучихины дела, она знаешь какая хитрая?

— Бог с тобою, Дарёнка! — рассмеялся Николенька, что-то ты уж больно страшно рассказываешь! Сказки всё это, разве ж так бывает?

— Ой, ли? — сощурила глаза девушка, — а чего же это мальчишка ваш вчерась средь бела дня с моста свалился? Не знаешь? А я тебе скажу — Паучиха паутину свою там протянула, да с моста дитёнка скинула! Выловила бы потом из воды, да всю кровь выпила! Спасибо скажи, что Машка — ведьмачка рядом оказалась. Если бы не она — не спасли бы вы мальчишку!

— Да ну тебя, Дарёна, право! — возмутился Николай, — знаешь это не смешно вовсе! Наслушалась ты бабкиных сказок и несёшь всякий вздор! Паучиха — кровопийца, Марья — ведьма! Марья-то, почему ведьма?

— Не ведьма она, а ведьмачка. Ведьма это бабка её — Агафья. Они далеко за околицей живут, по ту сторону реки, почти что на самом холму, в лесной чаще. Им со зверями сподручнее, чем в деревне-то! Ох, и страшная она эта бабка Агафья! Кто на неё без спросу взглянет — тот беспременно умрёт!

— Отчего же?

— Да уж так. Не любит она нас. Только ведьмачку свою жалует, хоть она и безумная, да со Старой Барыней всё якшалась. Ну да ведь, она хоть и ведьма, а всё к людям ближе, пришельникам не ровня!