Чтение онлайн

Смотрю на него, и мои руки сжимаются в кулаки.

– Ясно, – он вздыхает, – тогда начну с самого начала….

Он берёт библию, открывает на первой странице и начинает читать:

– В начале была лишь пустота и….

Я не заметил сам, как оказался рядом с Александром, выбил книгу из его рук и схватил его за грудки.

– Я пришёл не ради твоей пустой болтовни, священник!

– Терпение, я только….

– Терпение?! – я припечатываю его к стенке, – не говори мне о терпении! Я терпел две с половиной тысячи лет муки, о которых ты даже не слышал! Отвечай, зачем?! ЗА ЧТО?!

– Ты был избран! – голос священника дрогнул, и я отпускаю его.

Он соскальзывает по стене на пол и продолжает:

– Ты – воин небес на земле. Тебя избрали, как одного из многих, и отправили в ад на подготовку. Всеотец наслал на тебя сон, чтобы ты был закалён в огне, словно разящий клинок, теми, с кем тебе же и предстоит биться.

Я отхожу. Нащупываю скамью и медленно сажусь на неё. Александр продолжает монолог:

– На земле множество слуг князя тьмы. Ты уже и сам мог убедиться. Они живут здесь, скрываясь среди людей и ждут приказа, чтобы начать нападение на наш мир. Но их нельзя обнаружить. Никак. Только ты и подобные тебе могут отличить их от простых людей, сразить и изгнать навеки туда, где им и место. Ты и такие как ты – сильнейшее оружие против них. И наша единственная надежда.

– Надежда на что?

– На победу в битве за мир. Тебя избрали, как лучшего из многих.

– Я об этом не просил. И уж точно не желал, чтобы у меня отнимали половину жизни ради разборок Бога со своим сынком.

– Ты не понимаешь Алексей. Раз он избрал тебя, значит у него были на это основания. Ты ему нужен.

– Да?! А где он был, когда был нужен мне?! Когда я молил о пощаде, получая наказания, которые даже не заслужил, где он был?! Сидел наверху и молча наблюдал. Так пусть теперь и он не ждёт от меня помощи! Я и раньше не верил в Бога, а сейчас, зная, что он есть, уж точно не его фанат.

Выхожу из коморки, хлопнув дверью. Иду к выходу. Останавливаюсь перед распятием, плюю в его сторону и ухожу из церкви.

***

Дома меня встречает Артём. У него выходной.

– Привет, братец. Где был?

– В церкви.

– Серьёзно? Ты? А что ты там делал.

– Искал ответы на вопросы. Как Катя?

– Не знаю, её нет дома. Наверное, лучше.

Внезапно раздаётся ритмичный мотив из кармана моих брюк. Это телефон. На дисплее надпись: «Светлана Игоревна». Похоже эта девушка не из тех, кто сдаётся легко. Сбрасываю звонок.

– Кто там? – спрашивает брат.

– Света.

– Почему не отвечаешь?

– А надо ли?

– Конечно да. Она очень мила и, думаю, правда может тебе помочь снова стать нормальным человеком. Позвони ей. Сейчас же. При мне.

– С какой стати?

– Ты расстроил моего сына и теперь у меня в долгу.

Вот же гад, нашёл рычаг давления. Звоню Светлане. Она тут же отвечает.

– Алексей! Наконец-то! Я уж подумала, что Вы правда решили не сотрудничать с нами.

– Так и было.

– Неважно. Я прошу Вас встретиться ещё раз. Вы знаете, где в городе парк? Отлично. Встретимся там в половине четвёртого. Я буду ждать в кафе.

Света кладёт трубку. Не похоже, чтобы она умела ждать.

– Ну как? – спрашивает брат.

– В половине четвёртого в парке.

– Будь с ней помягче, хорошо? Кто знает? Вдруг у вас что-то получится.

Я смотрю на брата. Он улыбается своей добродушной улыбкой. Но теперь у него звонит телефон. Артём поднимает трубку, и улыбка тут же исчезает с его лица.

– Да, – говорит он кому-то с другой стороны линии, – да хорошо, я сейчас приеду.

Он кладёт трубку.

– Что-то случилось?

– Не знаю…. Катя, она…. Мне нужно ехать. А ты иди к Свете и будь с ней мил. Бывай.

Сказав это, Артём одевается и выходит из дома. Я смотрю на часы. Десять минут четвёртого. Если Света и умеет ждать, то явно недолго.

***

Парком оказался большой стеклянный купол-теплица собранный из сот, внутри которого среди невысоких кустов и скромных клумб с цветами располагались площадка, небольшая аллея и малюсенькое кафе из небольшого вагончика и трёх столиков рядом с ним. За одним столиков сидит Света и ждёт меня.

Я подхожу к ней, она встаёт и протягивает мне руку. Вспоминаю просьбу брата и пожимаю её. Несильно. Видимо девушку это устраивает. Она улыбается и приглашает меня присесть.

– Я заказала Вам мороженое, надеюсь, Вы не против, – говорит она.

– Что именно Вы хотите обсудить? – отвечаю я.

Света вздыхает, отпивает кофе и начинает говорить:

– Я звонила своему директору, и рассказала ему, что Вы не горите желанием сотрудничать, и уж тем более уезжать из города. Тогда он велел мне оставаться здесь и писать о Вас без Вашего согласия. Я считаю, что это неправильно, но, если Вы не оставите мне другого выбора, я буду вынуждена так поступить. Поэтому я в последний раз предлагаю Вам сотрудничать.

Тут приносят мороженое. Я смотрю на него и, странно, не испытываю отвращения.

– Что если я откажусь? – спрашиваю я, беря в руку десертную ложку.

– Статья будет написана так или иначе, но наш журнал не будет Вас спонсировать. И Вы потеряете друга во мне навсегда.

Я зачерпываю ложкой мороженое из пиалы, осторожно кладу его в рот и меня накрывает волной фантастического вкуса. По телу бегут мурашки. Я вдруг оказываюсь посреди ничего, наполненного только сливочным сладким вкусом замороженного молока. Я открываю глаза. Света сидит напротив и ждёт, что я отвечу. Но я не помню вопроса. Хочу попросить её повторить, но тут, неожиданно, включается истошный вой сирены.

– Только не это! – Кричит девушка и в ужасе прячется под стол.

Я смотрю по сторонам. Немногочисленные посетители парка следуют примеру моей спутницы и прячутся кто-куда. Хозяин кафе запирается в своём вагончике. Я вдруг понимаю, что остался один. Что всё это значит?

Ответ появляется сам собой. Верхняя сота купола разбивается, и в парк, вместе с холодом, стеклом и снегом, попадают огромные, волосатые и злые существа, похожие на людей. Выпрямившись во весь рост, они глядят на меня сверху вниз.

Их трое. Из одежды только изодранные брюки. Черный мех, запорошенный снегом, колышется на сквозняке. Острые когти на руках в любую секунду готовы вонзиться в меня, а угрожающий оскал клыков говорит о том, что беды не избежать. В моей руке сам-собой оказывается нож. Схватка началась.

Первый из троицы бросается в атаку. Он бьёт меня огромной лапой, угрожая убить с первого удара. Я уворачиваюсь, пропускаю зверя мимо, и мой нож тут же вонзается в его спину, перебивая позвоночник. Его хруст пробегает лёгкой дрожью по моей руке.