Чтение онлайн

Повар удивился такому приказу, но промолчал, быстро заменив содержимое продуктовой корзины.

Взяв еду, Адель вышла через заднюю дверь на конюшню. Демоны! Отец здесь! Стоит, размахивает руками и орёт на испуганных конюхов.

“ Значит, пойду до столицы пешком. Денег и еды должно хватить. К тому же, если хватятся, то в лесу по отпечаткам копыт не найдут. ” - решила девушка.

До Шена, имперской столицы, путь оказался нелёгким. Адель, привыкшая в дорогом экипаже добираться до него из родового поместья буквально за пару дней, потратила почти неделю. Мало того, что несколько раз сбивалась с пути, так ещё и людей приходилось обходить стороной.

Единственная ночёвка под крышей чуть не обернулась трагедией. Хозяин постоялого двора, увидев одинокую девушку, расплачивающуюся золотом, решился на убийство. Лишь счастливое провидение помогло Адель избежать подобной участи. Случайно подслушанный разговор трактирщика с женой заставил, так толком и не поев, схватить свои вещи и бежать в ночной лес.

Но любой, даже самый сложный путь когда-нибудь заканчивается. На седьмой день, приведя себя в порядок в одной из столичных гостиниц, девушка решительным шагом двинулась в сторону императорского дворца.

– Передайте Его Величеству Тирену Второму, что к нему прибыла с визитом княжна Адель Бокори!
– собравшись с духом, твёрдым голосом объявила она охране.

Через полчаса томительного ожидания двери дворца наконец-то распахнулись. Встречали Адель несколько вооружённых офицеров. Но на них были не алые мундиры императорской гвардии, а серые. Тайная канцелярия…

“ Всё. Дальше уже от меня ничего не зависит. Выбор сделан окончательный. Обратной дороги нет. ” - грустно подумала княжна Бокори и сделала шаг вперёд.

______________________

Чёрт! На самом интересном месте!

Рывком вскочив с кровати, я взяла в руки будильник и отключила его. Постояла немного, отгоняя наваждение сна, а потом со вздохом направилась в душ. Старый советский будильник - это не телефон с приятной мелодией на выбор. Он даже мёртвого своим звоном разбудит, поэтому только его и использую. С моей работой просыпать никак нельзя.

Так что не выйдет досмотреть, чем закончилось у Адель посещение императорского дворца. Жаль… Впервые вижу такой яркий, реалистичный сон! Словно сама побывала в империи… кажется, Шенской. Прямо до мурашек впечатления!

Стоя в душевой кабинке под сильными струями воды, я никак не могла до конца прийти в себя. Такое ощущение, что это не приснившаяся мне Адель ощутила всю горечь предательства отца, а я сама. Я помню все эмоции молодой княжны, каждый её шаг на пути к столице. Причём в мельчайших подробностях. Словно за одну ночь прожила несколько дней.

А эти непривычные названия стран и городов? Я отчего-то знаю их! Будто бы подглядела в памяти Адель карту навеянного сном мира! Сумасшествие какое-то… В отпуск, что ли, отпроситься? А то нервишки ни к чёрту стали. Даже контрастный душ мозги на место не вправил. Пожалуй, сегодня поеду в “контору” не на своей машине, а на такси.

Лишь около работы я смогла нормально собраться, перейдя в “боевой режим”. Потянув неприметную дверь, скрывающую за собой элитное агентство телохранителей…

Да! Я телохранитель… или телохранительница. Хоть как называй, но суть не меняется.

Все удивляются, когда узнают об этом. Особенно парни. Им кажется, что со своими внешними данными я должна по подиумам фланировать. Такое несоответствие плохо укладывается в сознании “сильного пола”… Относительно сильного, так как я намного сильнее любого из моих бывших воздыхателей. Они это чувствуют, поэтому долго не задерживаются рядом с “сумасшедшей девкой”, могущей и в лоб закатить, когда очередной ухажёрчик переходит грань дозволенного. Лишь только коллеги воспринимают меня как нормального человека. Но на службе я романы не кручу.

Откуда такой странный выбор профессии? Так судьба сложилась. Всё дело в том, что мой отец был командиром элитного отряда спецназа разведки. Маму не помню... Она умерла при родах. Полковник Свиридов, тяжело переживший смерть жены, вложил всю свою любовь в дочь. Он не стал отдавать её… то есть меня на попечительство бабушек с дедушками, а воспитывал сам.

Вместе с папой я прожила до семнадцати лет в закрытом военном городке. Но в отличие от других дочерей военнослужащих, меня не интересовали куклы, любовные сериалы, смазливые “плохие” мальчики и прочая ерунда, типичная для девушек моего возраста. Частенько пропадая вместе отцом на тренировочной базе, я впитала дух спецназа практически с младенческих пелёнок.

Лет с шести, став любимицей бойцов, старалась подражать им во всём. К десяти годам могла с закрытыми глазами разобрать и собрать станковый пулемёт. В пятнадцать лет впервые прошла сложнейшую полосу препятствий. И пусть основательно не дотянула до нормативов папиных подчинённых, но сам факт заставил сильно гордиться собой. Не каждый неплохо подготовленный претендент в отряд моего отца сразу мог и половину дистанции осилить! А тут школьница!

Папа, мечтавший о сыне, не то что запрещал, а даже потакал моим увлечениям. Сам лично учил стрелять из всего, чего только можно. Ну а инструкторы по рукопашному бою с удовольствием видели дочь полковника на тренировках, так как молодые парни старались не ударить перед девушкой в грязь лицом и в моём присутствии всегда работали с максимальной отдачей. Всем польза!

Но когда я окончила школу и захотела поступать в военное училище, папа резко этому воспротивился.

– Пойми, Юльчик, - мягко объяснил он - Война - это дело неженское. Хватит того, что я, кажется, и так переборщил, вырастив командира в юбке. Ты научилась выживать в сложных ситуациях. Теперь пора научиться жить в нормальном мире. Освоить мирную профессию, влюбиться по-настоящему. Потом выйти замуж и нарожать детишек. Ты пока ещё слишком молода, поэтому не понимаешь. У тебя, Юль, начинается самая важная битва - битва за Счастье! И поверь, что она намного сложнее, чем прохождение полосы препятствий. Тут никакие навыки рукопашного боя не помогут. Только разум и душа.

– Но ты ведь сам всю жизнь… - попыталась возразить я.

– Да, - перебил отец, поняв, о чём я хочу сказать.
– Я всю жизнь в армии. Но если бы вернуть всё назад, то с удовольствием отказался от чинов и наград. Уволился и поселился бы с семьёй в городе. Быть может, тогда твоя мама осталась бы жива, родив в цивильной больнице, а не в застрявшем на весеннем бездорожье уазике… Я семнадцать лет живу с мыслью об этом. Пытаюсь заглушить воспоминания службой, но не помогает. Так что виноват я перед тобой, дочка. Ох, как виноват, что ты без мамы росла. Не хватает нам её…

– Но ты же не знал, что так получиться!
– воскликнула я, впервые увидев на щеках отца слёзы.
– Тебе не в чем себя винить! Папа! Я тебя очень люблю!

– И я тебя, доча, - ответил он, прижав меня к своей широкой груди.
– Но не повторяй моих ошибок. Очень прошу… Не повторяй. Не ломай себе жизнь.

Этот разговор сильно подействовал на меня. Поэтому я подала документы не в Рязанское воздушно-десантное училище, а в один из московских университетов на юридический факультет. Даже поступила. Жаль только, что на платное отделение. С моим “гарнизонным образованием” на большее рассчитывать было нечего. И так, с трудом, подключив все свои полковничьи связи, отец смог меня пропихнуть в блатное заведение.