Чтение онлайн

4 апреля семья Дасслеров в полном составе собралась на похороны Кристофа Дасслера, скромного сапожника, умершего в 80 лет от сердечной недостаточности. Когда на следующий день свояченица Рудольфа Бетти подходила к их дому, у нее были недобрые предчувствия. Что-то было не так. У двери она нашла свою сестру Фридль, потрясенную и громко плачущую: Рудольфа арестовали. Гестапо забрало его и поместило в нюрнбергский следственный изолятор на улице Бэреншанц. Только несколько дней спустя, после освобождения американцами, он смог вернуться домой.

Последние несколько месяцев только самые отчаянные сторонники режима верили в «окончательную победу». Жители Херцогенаураха, во всяком случае, в конце марта 1945 года, когда американские танки пересекли Рейн, отнеслись к приходу союзников абсолютно спокойно. Нацистское командование, правда, призывало, по долгу службы, к позиционной обороне города, но результаты были малоубедительны. В субботу 14 апреля 60 мужчин выступили из города, чтобы противостоять армии США. Но уже через несколько километров почти половина защитников незаметно испарилась. Тогда и остальные поняли бессмысленность затеи и повернули назад. Это и без того бесславное возвращение превратилось в полнейший фарс, когда «бойцы» повстречали женщин, которые как раз опустошили винный погреб в находившейся по соседству усадьбе министра иностранных дел Иоахима фон Риббентропа. Трофеи, которые они тащили оттуда в корзинах, были щедро разделены с доблестными солдатами Херцогенаураха.

Оба моста через Аурах были взорваны, но когда войска США ранним утром в понедельник 16 апреля вступили в город, им едва ли стоило опасаться местных. Валентин Фрёлихь, консервативный бургомистр довоенных лет, смог не допустить кровопролития, уговорив убежденных нацистов сдаться. И снова жители Херцогенаураха избежали санкций, которых с прибытием союзников ожидали люди в немецких городах.

Как описал в неопубликованном произведении биограф Дасслеров, несколько американских танков остановились перед фабрикой. Они собирались разрушить здание, по их предположениям, принадлежавшее офицерам СС, как вдруг оттуда вышла молодая женщина. 28-летняя Кете храбро подошла к солдатам и попросила их не трогать фабрику. Она объяснила, что производство кроссовок – единственная забота ее семьи. Чары Кете, без сомнения, сыграли свою роль, но у американцев была и другая причина оставить поместье Дасслеров в целости: особняк был одним из лучших домов города, а они нуждались в подходящем жилье.

В последующие недели в городке царил хаос. Валентин Фрёлихь был снова временно назначен бургомистром, а американские солдаты хватали самых известных нацистов Херцогенаураха. В целях денацификации жители должны были смотреть фильмы о тех неописуемых ужасах, которые были обнаружены при освобождении концентрационного лагеря Дахау.

Когда Рудольф Дасслер через две недели после своего задержания вернулся в родной город, он утверждал, что сам едва избежал этого ада. Он рассказал своей семье, видевшей его в последний раз при аресте гестапо, что его 14 дней продержали в тюрьме. Затем начальство выбрало нескольких заключенных, которым надлежало отправиться в Дахау. 26 узников, скованных попарно, должны были пешком покрыть расстояние почти в 200 километров до концентрационного лагеря.

Людвиг Мюллер, надзиравший за шествием, уже в пути получил приказ от офицера войск СС расстрелять заключенных. По словам Рудольфа, Мюллер ослушался указа и продолжил вести людей в южном направлении, но до Дахау они не дошли. У Паппенхайма конвой был задержан американцами, и, по свидетельству Рудольфа, Мюллер с облегчением отправил арестованных по домам.

После возвращения Рудольф был полон решимости укрепить свое влияние в фирме. Но вечером 25 июля его снова задержали. В этот раз он оказался в руках американских солдат. Арестовывали всех, кто занимал высокие позиции в национал-социалистических организациях. В случае Рудольфа Дасслера в постановлении об аресте говорилось, что он подозревается в работе на Службу безопасности, контрразведку и цензуру.

Как и многочисленные женщины, Фридль Дасслер, при поддержке своей сестры Бетти, отчаянно разыскивала своего мужа в это полное хаоса время. Когда она через несколько недель нашла Рудольфа в лагере под Хаммельбургом в северной Франконии, он был вне себя от гнева. От американцев он слышал, что его арестовали из-за доноса, и у него не было ни малейшего сомнения в том, кто за этим стоял.

Ади Дасслер, между тем, должен был думать, где доставать материалы. В послевоенной разрухе проблемы были практически со всем, что требовалось для производства спортивной обуви: от кожи и клея до шипов. Для миллионов немцев, оставшихся без крыши над головой и искавших пропитание в мусорных кучах, спорт был неактуален. Спасением стали солдаты США, которые не желали сидеть без дела в баварском городке и как минимум раз или два в неделю устраивали баскетбольные и бейсбольные матчи.

В отличие от других держав, управлявших разделенной на оккупационные зоны Германией, американцы видели в спорте надежное средство для смягчения трудностей послевоенных лет. Немцы, тяжело переживавшие свое униженное положение, теперь хотя бы на футбольной площадке могли выпустить пар. По прошествии шести месяцев с окончания войны, когда многие считали увлечение спортом неподобающим занятием, американцы разрешили создание футбольной лиги в Южной Германии. Это было в их собственных интересах, ведь для солдат общественная жизнь в Германии состояла почти исключительно из спорта. И для этого требовались целые вагоны кроссовок.

Когда американцы узнали, что это Ади Дасслер изготовил обувь, в которой Джесси Оуэнс имел триумф в Берлине, военная администрация оперативно предоставила фабрике лицензию на производство. И в начале ноября 1945 года братьям Дасслерам был поручен выпуск баскетбольной и бейсбольной обуви.

Чтобы заполучить обувь Dassler, американские солдаты в Херцогенаурахе озаботились доставкой пригодного для работы материала. Однажды они принесли пустые топливные баки из оставленного армейского транспорта, так как полагали, что из резины можно сделать подошвы для кроссовок. В другой раз была доставлена целая куча списанных армейских палаток. Хоть они и требовали муторного мытья и чистки, в итоге из них получалась легкая обувь для бега.

Зима принесла новые заказы. В течение нескольких месяцев Дасслеры занимались производством нескольких тысяч пар хоккейных коньков. Фирма получила крупный заказ от американского штаба в Гармиш-Патенкирхене. Удачным приобретением Ади Дасслера стала партия бейсбольных перчаток. Он разрезал их и использовал полоски первоклассной кожи для пяток и петель в своих кроссовках.

Благодаря заказам американского военторга дела Дасслеров шли относительно неплохо. В то время как другие боролись за выживание, Ади Дасслер мог позволить небольшие излишества для жены и детей. Правда, особняк был реквизирован армией США, так что семья была вынуждена переехать в «башню», высокую пристройку к фабрике. Но по сравнению с другими семьями, которые, будучи сами в ужасных условиях, часто должны были делить свой дом с беженцами из восточных областей, они жили с комфортом. Дети и взрослые сосуществовали и работали в мире и согласии, чтобы спасти фирму – пока не вернулся воинственный Рудольф, чтобы за нее бороться.

На протяжении нескольких месяцев лагерь для интернированных Хаммельбург состоял лишь из участка земли, обнесенного колючей проволокой и охраняемого хорошо вооруженными американцами. Санитарные условия улучшились, только когда мало-помалу стали возводиться бараки. Рудольф Дасслер, или арестант 2597, снова и снова писал лагерному начальству и просил разрешения вернуться в Херцогенаурах. Но Хаммельбург был переполнен, а американцы в первые послевоенные месяцы старались со всей тщательностью рассматривать каждое дело.

Пока его бумаги покоились в самом низу высокой стопки, Рудольф Дасслер готовил свою защиту. Кроме него были интернированы и другие руководящие нацисты его родного города. Гораздо важнее для Рудольфа оказалось то, что среди заключенных оказались те, кто был готов выступить свидетелями в его пользу. Среди них Фридрих Блок, его непосредственный начальник в Тушине, арестованный американцами за свою деятельность в Службе безопасности. А также Людвиг Мюллер, который предположительно отвечал за доставку арестованных гестапо из Нюрнберга в Дахау.