Чтение онлайн

— Но, это не русская крепость, — офицер с ужасом посмотрел на своего повелителя. — Это наша крепость «Еникале», которую неверные захватили несколькими днями ранее, еще до вторжения в наши суверенные системы…

— Названия кораблей буксирующих «Еникале», — коротко приказал султан, заранее предчувствуя ответ оператора.

— Линейный корабль «Евстафий-2», линейный корабль «Афина», тяжелый крейсер «Одинокий»…

Селим заскрипел зубами, кивая и отдавая приказы:

— Почему-то я не удивлен… Увеличить скорость, раздавите этих жалких гяуров… И немедленно соедините меня с адмиралом Бозкуртом!

— А я грешным делом подумал, что ты дал стрекача, Александр Иванович, — с легким сердцем смеялся вице-адмирал Козицын, наблюдая, как из кольца перехода в открытое пространство выплывает громадина турецкой крепости, которую тянули за собой три дредноута, в том числе среди них и мой «Одинокий». — А я старый дуралей совершенно забыл, что по ту сторону портала болтается брошенная турецкая крепость. Молодец, Васильков, вовремя сообразил!

— Так ума-то палата, грех не пользоваться, — хмыкнул я, за шуткой скрывая некоторое смущение, хоть кто-то ценит мой вклад в противостояние с врагом. — Сейчас корабли восстановят мощности после прыжка, и сразу потянем станцию в центр построения. А вы свяжитесь со своими коллегами адмиралами, Василий Иванович, пусть они меняют конфигурацию и отходят назад под прикрытие крепостных энергощитов…

— Ты и поля на «Еникале» успел за это время починить?! — изумленно воскликнул Козицын.

— Нет, это уже наши умельцы с космофлота Дессе, из группы охранения перехода, — ответил я. — От безделья их техники не только силовые экраны, они и часть крепостных орудий в порядок привели. Так что какая-никакая, но все-таки дополнительная защита, которая сильно может помочь в обороне, а главное помещает противнику разбить наши порядки, если бы они находились на открытом пространстве…

— Я тут после твоего возращения подумываю, не остаться ли и мне с 3-ей «линейной» с вами, — залихватски покрутил ус Василий Иванович. — А там глядишь и Хромцова в «Тарс» обратно зайдет несколькими группами. Авось сдержим силахдаров султана! Что ты думаешь, сынок?

— Ни в коем случае, — запротестовал я, мотая головой. — Оставьте ваши фантазии насчет одолеть галеры султана! Я тащил сюда крепость не для того, чтобы затевать с криптотурками очередную битву, где мы находимся в заведомо невыгодном положении. «Еникале» должна, прежде всего, сдерживать навалы османов до момента, пока все наши корабли не покинут «Тарс». Так что, как только аккумуляторы «врат» накопят энергию, сразу же начинайте эвакуацию кораблей своей дивизии! Вы меня услышали, Василий Иванович? Не подведите…

— Ладно-ладно, — нехотя, но все же сдался вице-адмирал Козицын, головой понимая, что мы при любом раскладе не сможем удержать позиции и будем сметены огромным султанским флотом, если затеем с ним генеральное сражение… — Сейчас свяжусь с Хиляевым, обрадую его новым усилением в виде космической станции…

Как только мощности после выхода из подпространства были восстановлены, три наших корабля-буксировщика: «Афина», «Евстафий-2» и «Одинокий» не теряя времени, потянули оплавленную в предыдущих сражениях, неприглядно выглядящую и полуразрушенную, но все-таки действующую трофейную турецкую крепость в заранее выбранные мной координаты…

Как среди нас оказалась «Афина»? Очень просто, корабли 27-ой дивизии, к которой линкор княжны, как вы знаете, до сих пор был приписан, стояла у перехода со стороны «Тавриды» в ожидании, когда же, наконец, в систему войдет их флагман — крейсер «Меркурий». Но вместо Гуля и его корабля в «Тавриде» образовался я на своем «Одиноком», чему Аристарх Петрович Жила был неимоверно рад, сразу же со мной связавшись и первым напросившись в помощь для транспортировки «Еникале» обратно в «Тарс»…

… Между тем османский космофлот по мере приближения к «вратам» и стоящим около них русским эскадрам начал медленное перестроение из походных колонн в какие-то непонятные атакующие порядки…

Селим несмотря на неожиданное подкрепление в стане противника в виде новоприбывшей крепости «Еникале», похоже, все еще не рассматривал нас всерьез, вальяжно и беззаботно приближаясь к кольцу перехода. Дивизии адмирала Бозкурта, шедшие в авангарде, не выстраивались ни в какие тактические фигуры, а просто шли широким охватывающим построением, видимо, собираясь одним общим навалом с разных направлений раздавить как букашек дивизии Хиляева и Белова…

— Этот Васильков просто смеется над нами, снова вылезая на авансцену! — взревел командующий Южным флотом султана адмирал-паша Бозкурт, наблюдая с мостика своего флагманского авианосца за тем, как трофейная крепость «Еникале» вырастает на пути его эскадр, и в это же время русские дивизии отходят под прикрытие ее защитных полей. — Что ж, посмотрим, кто будет смеяться последним… 9-ой «линейной» — выстроиться в авангард построения, а после — атаковать врага, пока он не успел закрепиться на новых «линиях»!

Удара с «флангов» Бозкурт, боясь потерять время, совершать не стал, решив, исполняя волю своего повелителя, одним махом разделаться с маленьким отрядом русских, ударив по нему всеми своими силами разом. Однако не все дивизионные адмиралы Космофлота Южных Сил остались довольны таким приказом командующего…

Мехмет Атеш — адмирал-паша и командир 9-ой «линейной», которой и предстояло взять на себя роль тарана и первой ударить по русским порядкам, проклиная последними словами Ясина Бозкурта, повел свои восемнадцать вымпелов в бой. Он понимал, что командующий, желая выслужиться перед султаном, посылает корабли 9-ой дивизии практически на смерть. Гяуры, хоть их и стояло напротив небольшое количество, но они были готовы к первому навалу противника. С другой стороны Атеш не мог ослушаться командующего Бозкурта, поэтому сжав кулаки, отдал приказ своим капуданам лететь в атаку, надеясь, что сумеет-таки прорвать оборону русских.

Надежды на чудо не оправдались. 9-ая «линейная», не собранная даже в «конус», а ударившая по нам в рассыпном строю сразу с походного положения, ничего не смогла сделать против плотного заградительного огня артиллеристов Хиляева и Белова. Галеры и крейсера адмирала Атеша по выходу на линию атаки наполучали в свои фронтальные поля столько мощнейших зарядов плазмы, что их силовые экраны были практически обнулены уже в начале операции…

В свою очередь энергополя русских кораблей функционировали, как и прежде, прикрытые дополнительной защитой в виде силовых полей бывшей турецкой крепости «Еникале», вокруг которой и собрались две наши дивизии. Одновременно с началом боя, первая из трех эвакуационных групп дивизии Василия Ивановича Козицына покинула звездную систему «Тарс», а аккумуляторные батареи портала начали быстро копить энергию для следующего прыжка…

Между тем крейсера и галеры адмирала-паши Атеша, лишенные теперь энергозащиты и начавшие получать прилеты по броневой обшивке, заметались по космосу, разрушая свой, уже и до этого ненадежный срой и, стараясь как можно быстрей уйти из обстреливаемого сектора. Теряя вымпел за вымпелом Мехмет Атеш, вынужден был отдать приказ на отступление, первым развернув свой флагманский линкор, и оставляя за его кормой уничтоженными и сожженными, пять кораблей из первоначальных восемнадцати.

— Вернись в сектор, трусливый шакал! — орал на него командующий Бозкурт, который в это время вводил в сражение еще одну свою дивизию, готовую поддержать авангард Атеша. — Наш космофлот уже выстраивается для общего навала. Своей трусостью ты срываешь атаку и позоришь меня перед повелителем! Немедленно вернись в сектор!