Адмирал Империи 42
Шрифт:
— Император приказывает всем вам — не препятствовать контр-адмиралу Василькову в его действиях! — громко произнесла Таисия Константиновна вслед за мной. — Пропустите нас на корабли, господа. Мы желаем навсегда покинуть это место.
Окружающие смотрели на меня, как на умалишенного, большинство не поверило моим словам и расценило их как попытку обмануть присутствующих, чтобы вырваться из ловушки.
— Не рассказывай нам сказки, Васильков, — ухмыльнулся великий князь Михаил Александрович, не обращая внимания на слова Таисии, будто его племянницы не было сейчас рядом. — Тебе нас не обмануть. Как только вы сядете на корабли, то тут же помчитесь к Полю Дессе, а в руках у тебя будет Иван в качестве заложника…
— Все только что сказанное мной чистая правда, — я грозно посмотрел на князя, в этот момент сжимая рукоять своей сабли. Я знал, что буду делать, если кто-либо из стоящих передо мной скажет, что я лжец. — Кто смеет сомневаться в моих словах, господа адмиралы?!
— Пусть забирает мальчишку и его сестру! — воскликнул Никита Львович Трубецкой, видя решимость в моем взгляде и понимая, что через секунду произойдет непоправимое. — Их имена ничего уже не значат в Империи! Династия Романовых давно дискредитировала себя и никто, слышишь Васильков, никто не последует за Иваном, сколько бы нелегитимный царь не издавал указов и эдиктов!
— Время рассудит, кто из нас прав, — ответил я, не желая сейчас вступать в бессмысленные дискуссии по поводу легитимности сегодняшнего императора, при этом запомнив и поставив для себя галочку — спросить с князя за подобное оскорбление. — Так вы пропустите нас?
— Можете убираться куда хотите, — продолжал Никита Львович, смерив меня презрительным взглядом. — Хоть к Дессе, хоть под крыло к Птолемею. Но кое-что вы оставите здесь в любом случае…
— Если вы говорите об имперской казне то, пожалуйста — она ваша без остатка, находится в данном хранилище, — я кивнул в сторону большого смежного с центральным технического модуля.
— Казна — дело хорошее, но с ней мы разберемся и без вас, — отмахнулся вице-адмирал Трубецкой. — Нет, я говорю не о контейнерах набитых империалами, я говорю об атрибутах власти, которые сейчас находятся в этих инкрустированных ящиках.
Князь показал пальцем на гравитационные повозки с двуглавыми императорскими гербами на крышках.
— Отдай их нам, Васильков!
Глава 7
Место действия: звездная система HD 60901, созвездие «Тельца».
Национальное название: «Ладога» — сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен…
Точка пространства: орбита планеты Санкт-Петербург-3. Космическая крепость «Кронштадт».
Дата: 20 июля 2215 года.
— Мы, как представители самых знатных аристократических семей Российской Империи желаем получить эти символы, — упрямо повторил то же самое Никита Львович Трубецкой, по выражению лица которого мне стало понятно, что князь намерен стоять на своем. — Контр-адмирал Васильков, мы не пропустим вас дальше, пока все до единого атрибуты царской власти не окажутся в наших руках. После этого убирайтесь, куда вам заблагорассудиться, вас не будут преследовать, обещаю…
— Что такого ценного в этих побрякушках? — тихо спросил я у Густава Адольфовича, бросив взгляд на ящики с двуглавыми орлами, которые мирно парили сейчас рядом с нами. — Дессе тоже как с цепи сорвался, талдыча, чтобы я обязательно их прихватил с собой.
— Каждая из этих вещей обладает символизмом, — кривясь от боли в сломанных ребрах, прошептал Гинце, которого по-прежнему поддерживали на ногах двое щитоносцев-мадьяр из моего отряда. — Большая императорская корона, держава и скипетр, созданные еще на Земле в глаза многих колонистов нашего сектора Галактики точно не являются, как вы сказали, побрякушками, а очень даже священными артефактами. А с учетом того, насколько шатко положение нынешнего государя, думаю, многие знатные семейства, в частности в лице князя Трубецкого в предстоящей борьбе за трон захотят иметь у себя эти регалии. Да, это не настолько весомый аргумент, но все же… Таковы уж настали времена, господин контр-адмирал…
— Итак, вы считаете, что борьба за престол не окончена? — переспросил я профессора, хотя сам прекрасно знал ответ, и сейчас был заинтригован совершенно другим. В суете и накале страстей я только сейчас обратил внимание на то, что наш Гинце совершенно позабыл свой верхнесаксонский диалект и говорит на чистейшем русском без давно привычных моему слуху «корошо» и «гут». Это как же у него за пару-тройку месяцев, которые мы не виделись, получилось?
— К сожалению, схватка за трон только начата, — кивнул Густав Адольфович, воспринимая причину моего удивления по-своему.
«Хм, старик действительно шпрехает по-нашему как носитель, — подумал я. — Ладно, пока оставим эту тему, разберемся позже, а сейчас займемся решением насущных проблем»
— Отдай нам эти предметы, Александр Иванович, это не обсуждается, — между тем продолжал свою шарманку вице-адмирал Трубецкой. — И я лично прослежу, чтобы никто из этих досточтимых господ, — Никита Львович кивнул в сторону остальных своих ситуационных союзников, — не нарушил свое слово и не напал на вас сзади. Но если ты откажешься, я, к сожалению, не поставлю за твою жизнь и за жизнь императора даже одного сапфирового империала.
— Передать «вам» всем или «вам» лично, господин вице-адмирал? — уточнил я, ехидно посмотрев на Трубецкого и так же изначально зная ответ.
— Эти вещи принадлежат Российской Империи, — горделиво заявил Никита Львович, пытаясь за словоблудием скрыть свои личные корыстные мотивы. — Династия скоро итак прекратит свое существование, поэтому данные атрибуты должны вернуться на Новую Москву-3…
— И именно вы проследите за этим, так? — я почти издевался над своим собеседником, но на самом деле тянул время, чтобы понять, как нам выбраться из этого капкана. Мой мозг снова наполнился хороводом сталкивающихся меж собой нейронов, выискивая в этом хаосе вариантов самый правильный…
— Какого черта вы говорите за всех, вице-адмирал?! — тут же начали возмущаться остальные игроки, включая великого князя Михаила. — Вас никто не уполномочивал! Васильков должен отдать нам императора… Зубова, великую княжну…
Даже пропуская между ушей весь этот пафосный бред из уст Трубецкого, я прекрасно осознавал, что моему маленькому отряду не удаться прорваться через столь плотный заслон, состоящий из, на сегодняшнюю минуту, почти тысячи вражеских штурмовиков, преградивших нам путь. Если быть точным, то шанс лично меня и моих друзей на то чтобы выскочить из западни, конечно же, имелся — наши Ратники позволяли на это рассчитывать. Но вот что будет с императором и Тасей, которая, во-первых, без брони, а во-вторых, безусловно, не покинет своего брата и останется его защищать? Это если не учитывать того факта, что я час тому назад при всех поклялся охранять Ивана Константиновича ценой собственно жизни. Это значило, что я, Наливайко и Белло тоже останемся сражаться до конца, и непременно погибнем в неравной схватке с превосходящими силами врага.
— Да, я прослежу, — кивнул князь Трубецкой, отвечая на мой провокационный вопрос и при этом заметно краснея.
— В этом я ничуть не сомневаюсь, — отреагировал я, теперь уже поворачиваясь к Романову. — А вы, великий князь, чего желаете? Впрочем, этот вопрос всех вас касается, господа и дамы, — я повысил голос, чтобы меня услышали Хромцова и Джонс. Вы же не просто так, наплевав на сражение, которое до сих пор не окончено, лично прибыли в Кронштадт? Итак, я жду ответа…
Мои противники заметно стушевались, видимо, не желая говорить о таких деликатных вещах, когда рядом находятся твои же офицеры и космопехи.