Адмирал Колчак и суд истории
Шрифт:
«Учитывая необходимость нейтрализации японских сил, которую сугубо важно обеспечить, и рассчитывая дипломатическим путем добиться международного вынуждения Японии соблюдать политику невмешательства в вооруженную борьбу за обладание Иркутском» [62] , – витиевато настаивал И.И. Ахматов [63] . Однако согласиться с подобным объяснением означало бы принять упрощенный взгляд на политическую ситуацию.
Решающим стремлением Политического центра к возобновлению переговоров с кадетами являлось желание упредить повторение иркутского «недоворота» в Черемхове, где эсеровский «сценарий» был переписан местным комитетом РКП(б) во главе с Е. Бердниковой, поддержанной шахтерами, промышлявшими в 1-м Иркутском кавалерийском дивизионе анархистов Н.А. Каландаришвили [64] .
62
См.: Стенографический отчет переговоров о сдаче власти Омским правительством Политическому центру в присутствии высоких комиссаров и высшего командования союзных держав, г. Иркутск (станция), январь 1920 г. Харбин, 1921; ЦА ФСБ России. Арх. № Н-501. Д. 7. Л. 77.
63
Ахматов Иван Иванович (1886–1939) – в 1902–1910 гг. член РСДРП(б), в 1910–1922 гг. член РСДРП(м), в 1925–1930 гг. член ВКП(б). Окончил факультет общественных наук Женевского университета. Журналист; в 1906–1917 гг. корректор и редактор газеты в Туле. В 1920–1923 гг. редактор газеты «Наш голос» в Чите. В 1918 г. командирован ЦК меньшевиков на Дальний Восток для создания организации. В 1919 г. создал Дальцентр РСДРП(м), в 1919–1923 гг. его председатель. В 1920 г. товарищ председателя Политического центра, 5 января возглавил комиссию по приемке дел МИДа Омского правительства. В 1923 г. по уголовному процессу выслан из Дальнего Востока. В 1923–1924 гг. инструктор-контролер Симферопольской опытной станции. В 1929–1930 гг. председатель Средазбюро ЦК профсоюзов сельскохозяйственных и лесных рабочих. В 1934–1935 гг. работал научным сотрудником в Международном аграрном институте. До ареста в 1938 г. – организатор массовых форм технической учебы на 2-м Московском авторемонтном заводе. Репрессирован и расстрелян. В 1958 г. уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления.
64
Каландаришвили Нестор Александрович (1876–1922) – родился в Кутаисской губ. в семье дворянина. Окончил Кутаисскую гимназию, поступил в Тифлисскую семинарию. Учеба прервалась службой в армии в 1895–1897 гг. Вступил в ряды ПСР. Работал учителем, конторщиком на батумских предприятиях. В 1908 г. при бегстве от преследований царской жандармерии в Японию решает остаться в Иркутске. Активный участник Февральской революции. В 1918 г. командовал кавалерийским дивизионом анархистов. В 1920 г. вошел в состав Восточно-Сибирской Красной армии отдельной боевой частью – интернациональной Гонготской дивизией. В 1921 г. встречался с В.И. Лениным; вступил в РКП(б). Награжден орденом Красного Знамени; назначен командующим советскими войсками Якутии и Северного края.
Однако прийти 4 января 1920 г. к соглашению, по которому Совет министров намеревался передать свои полномочия Сибирскому народному собранию (по его созыву) в лице Политического центра, помешал отряд генерала Сычева, попытавшийся вывезти из Иркутска золотой запас. Объявленный делегацией Политцентра перерыв превратился в отсрочку ареста «правящих» кадетов-цензовиков, а его сообщение о падении «реакционного режима Колчака» не было закреплено каким-либо официальным и юридически оформленным двусторонним актом.
Стремление местных большевиков скорректировать «недоворот» в Иркутске с первых дней провозглашения власти Политическим центром отмечали не только его руководители. «Если командующий народно-революционной армией капитан Калашников [65] в первые три дня был свободен в своих действиях, то на четвертый – рядом с ним уже сидел комиссар-солдат, без которого никто не мог быть принят командующим и не могло состояться ни одно решение» [66] , – свидетельствовал Гинс.
65
Калашников Н.С. – поручик царской армии; в годы революций произведен в штабс-капитаны; в начале 1918 г. возглавлял Военный отдел комитета ПСР; в конце 1919 г. назначен командующим народно-революционной армией Политического центра, 8 января 1920 г. – управляющим военным министерством.
66
Гинс Г.К. Указ. соч. С. 215.
Поэтому одновременно с разъяснительной работой по поводу заинтересованности разделенного на две части пролетариата Сибири («одна здесь, по эту сторону семеновского фронта, а другая там, в царстве Семенова») в конструировании демократической власти 11 января 1920 г. руководство центра выслало мирную делегацию навстречу Красной армии, хотя аргументов у сторонников непременного воплощения в жизнь советской власти было недостаточно. Возможно, одной из важных причин такого решения стала реальная опасность союзнического вмешательства (особенно японского).
Перед делегацией была поставлена задача – договориться через Сибревком и командование 5-й армии с центральным советским правительством о создании в Восточной Сибири земско-краевого объединения – так называемого «буферного государства несоветского типа».
19 января в Томске в присутствии 13 человек состоялись переговоры по буферу. При этом советская делегация имела директивы «искать пути к мирному разрешению запутанного вопроса Восточной Сибири, по возможности избегая вооруженного столкновения» [67] . Председатель делегации Политцентра И.И. Ахматов, указывая на то обстоятельство, что антиколчаковское движение под лозунгами «мир с советской Россией», «борьба с интервенцией» и «воссоединение Восточной Сибири с Россией», «свержение правительства Колчака» увенчалось успехом, предложил завершить начатое дело.
67
Сибирская правда. 1920. 13 января; Вендрих Г.А.. Декабрьско-январские бои 1919–1920 гг. в Иркутске. Иркутск, 1957. С. 47
Завязывание экономических отношений с Америкой, поддержка нейтралитета Японии и продолжение борьбы с сибирской реакцией диктовали необходимость образования временного государства-буфера, которое могло бы послужить окном в блокаде советской России на Дальнем Востоке.
После обмена мнениями между членами делегации Ахматовым, В.М. Коноговым [68] , Е.Е. Колосовым, с одной стороны, и с другой – председателем Сибревкома И.Н. Смирновым [69] , командующим 5-й армией Устичевым [70] , председателем Дальсовнаркома А.М. Краснощековым [71] принимается решение:
68
Коногов Василий Моисеевич (1889—?) – из крестьян Пензенской губ., работал кооператором и газетным сотрудником; образование среднее. В 1907–1909 гг. занимался репетиторством. Член ПСР с 1908 г.; в 1910 г. за партийную деятельность приговорен к каторжным работам в Енисейской губ., где проживал до 1917 г. В 1918 г. избран гласным думы и губернского земства, членом Совета рабочих и солдатских депутатов Пензы, членом Учредительного собрания по списку социалистов-революционеров. С октября 1918 г. нелегально проживал в Томске; в 1919 г. переехал в Иркутск, где вошел в Исполком Военно-социалистического союза и Политического центра. В начале 1920 г. принимал участие в составе мирной делегации для переговоров с советской Россией. До 1922 г. проживал в Чите; член Дальбюро ПСР и Народного Собрания Дальневосточной республики. Работал в читинской газете «Труд». В 1922 г. по уголовному делу против Дальневосточной организации ПСР приговорен к трем годам заключения в Архангельском концлагере. В 1925 г. выслан в Казахстан на три года.
69
Смирнов Иван Никитович (1881–1936) – член РСДРП(б) с 1899 г. За революционную деятельность неоднократно подвергался ссылкам. В 1917 г. один из организаторов Совета солдатских депутатов Томского гарнизона; в 1918 г. член Реввоенсоветов Республики, Восточного фронта и 5-й армии. В 1919–1920 гг. председатель Сибревкома. С апреля 1920 г. член ЦК РКП(б). В 1936 г. репрессирован и приговорен к расстрелу. Реабилитирован в июне 1988 г.
70
Командиром 5-й армии в период между 25 ноября 1919 г. и 21 января 1920 г. был Г.Х. Эйхе.
71
Краснощеков Александр Михайлович (1880–1937) – государственный деятель. В 1917 г. назначен председателем Никольско-Уссурийского обкома РКП(б) и Дальневосточного крайисполкома. В 1918 г. председатель Дальневосточного СНК. С 1920 г. председатель правительства и МИДа Дальневосточной республики. С 1921 г. замнаркома финансов РСФСР, в 1922–1926 гг. председатель правления Промбанка СССР. Репрессирован.
«1) Создание Восточно-Сибирского государства-буфера считается необходимым. Границы его с запада временно определяются по линии рек Ока и Ангара, 2) Восточно-Сибирская государственность принимает на себя обязательства очистить в порядке дипломатических переговоров Кругобайкальскую и Амурскую железные дороги от иностранных войсковых частей и укрепить выходы Кругобайкальской дороги, 3) Политический центр обязуется передать советской власти адмирала Колчака с его штабом и весь золотой запас» [72] .
72
Социал-демократ (Иркутск). 1920. 21 марта.
Эти (и еще одно – технического свойства) решения были переданы Смирновым 20 января по прямому проводу в Москву. А на следующий день предсовобороны Ленин и предреввоенсовета Троцкий дали четкую установку: «В отношении буферного ваше предложение одобряю. Необходимо лишь твердо установить, чтобы наш представитель или лучше два представителя при Политцентре были осведомлены обо всех решениях, имели право присутствовать на всех совещаниях Политцентра» [73] .
О каком представителе шла речь в ленинской телеграмме? Уж не о том ли, который, по воспоминанию А. А. Ширямова, всего лишь «присутствовал на заседаниях с информационной целью», притом что губком и революционный военный штаб отказывались от участия в городских боевых сражениях, направив единомышленников на поиски складов с вооружением? Нам думается, что томские переговоры в общей концепции Гражданской войны в Сибири должны рассматриваться с учетом следующих моментов.
73
Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 51. С. 334.
Первый – признание центральной советской властью разгрома «правобольшевистской атамановщины» за земско-эсеро-меньшевистским Политическим центром. Второй – отказ центральной советской власти от дальнейшего продвижения частей Красной армии в глубь Сибири с возложением на «Восточно-Сибирскую государственность» обязательств «очистить в порядке дипломатических переговоров Кругобайкальскую и Амурскую железные дороги от иностранных войсковых частей». Третий – воплощение в жизнь идеи образования «государства-буфера несоветского типа», сформулированной в конце октября 1919 г. «земской политической мыслью», благодаря прежде всего стремлению центра, подкрепленному согласием Москвы. Четвертый – возникновение разногласий между центральной и местной сибирской советской властями в вопросе о буфере, а значит, о дальневосточной государственности.
Ряд советских историков вину за «дезорганизацию» членов советской делегации при решении вопроса об устойчивом положении Политцентра в Иркутске переложили на плечи представителя Сибирского и губернских комитетов РКП(б) А.М. Краснощекова. Между тем ответ советской делегации члены Политцентра получили вовсе не от Краснощекова, а от И.Н. Смирнова.
«Надо бешено изругать противников буферного государства, – телеграфировал Ленин Троцкому, – погрозить им партийным судом и потребовать, чтобы все в Сибири осуществили лозунг: «Ни шагу на восток далее, все силы напрячь для ускоренного движения войск и паровозов на запад в Россию». Мы окажемся идиотами, если дадим себя увлечь глупым движением в глубь Сибири, а в это время Деникин оживет и поляки ударят. Это будет преступление» [74] .
74
См., например: Агалаков В.Т. Указ. соч.; Вендрих Г.А.. Указ. соч.; Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 51. С. 137, 466.
Будучи осведомленными о предварительном томском соглашении, иркутские большевики стремились упредить нежелательную для них ленинскую соглашательскую установку по образованию «Восточно-Сибирской государственности».
Прежде всего, не дожидаясь официальных инструкций Москвы или Томска, поздно вечером 20 января 1920 г. они созвали объединенное заседание ЦК сибирских организаций РКП(б), Иркутского губернского комитета РКП(б), центрального штаба рабоче-крестьянских дружин, бюро сибирских групп левых социалистов-революционеров (автономистов). Исходя из того что «советская власть есть […] единственная Всероссийская власть», «власть Политического центра превратилась в одно из проявлений […] интервенции», «Политический центр, лишенный поддержки низов, не желающих идти под лозунгом Учредительного собрания, не способен к решительной борьбе с реакцией как с востока, так и с запада, в виде семеновских и каппелевских [75] банд» [76] , заседание предложило Политцентру передать власть ВРК до созыва Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.
75
Каппель Владимир Оскарович (1883–1920) – в 1903 г. окончил Николаевское кавалерийское училище, в1913 г. Николаевскую Академию Генштаба. Участник Первой мировой войны. Летом 1918 г. командир 1-й добровольческой дружины Народной армии Комуча, взявшей Симбирск и Казань; в ноябре 1919 г. произведен в генерал-лейтенанты, назначен командующим 3-й армией; 11 декабря 1920 г. назначен главнокомандующим. В Великом Сибирском Ледяном походе простудился, 25 января умер от воспаления легких.
76
Знамя борьбы. 1920. 24 марта; Сибирская правда. 1920. 24 января.