Чтение онлайн

— Кайо, он ведь успел тоже сбежать? — сорвалось с моих губ, пока я с замиранием сердца наблюдала ужасающую картину масштабного пожарища. — А остальные? Кроме нас ещё кто-нибудь был в доме?

Насколько я сама успела понять, пока мы крались в библиотеку к сейфу, кроме нас троих и непрошенно вторгнувшихся гостей, никого не было. Это подтвердила и нянюшка сухим кивком. Вот только после она добавила:

— Мне жаль, девочка моя, но ты и сама знаешь, что Дух Хранитель привязан к дому. Он погибнет вместе с ним.

С какой стати мне жалеть привидение, с которым я знакома в общей сложности от силы шесть секунд? Сложный вопрос. Но навернувшиеся на мои глаза слёзы остановить не получилось. Они стекали горячими ручейками по моим щекам, пока я, до побеления пальцев комкая кружева на подоле своего платья, словно махохистка представляла, как именно сейчас погибал тот, кто пытался нас защитить и не смог, только сам пострадал.

— И что, совсем ничего нельзя сделать? — прошептала я, не слыша собственный голос.

Горло сдавило спазмом, даже говорить было больно. Сердце стучало так сильно, что казалось, его стук отдавался в ушах. В груди и вовсе будто огненный цветок расцветал, настолько жгло и пекло в том районе.

— Мне жаль, девочка моя, — ещё раз повторила та, чьё имя я так и не вспомнила.

Как и узнать не смогла. Мы простояли ещё примерно с минуту, переводя дыхание, бессильно глядя на пылающее в ночи зарево, а я осознала, что зря утаила от нянюшки то, что тоже являлось немаловажным.

— Его светлость. Когда я разговаривала с ним, что-то произошло. Возможно, его ранили. Он обещал, что прибудет за нами в монастырь Пресвятой Магдалины, но, вполне возможно, этого не произойдёт, — шмыгнув носом, смахнула тыльной стороной ладони свои слёзы.

И вовремя. Женщина совсем побледнела, уставилась на меня в чистейшем ужасе.

— Пресвятые… — нервно закусила губу.

Но предавалась она своему отчаянию недолго.

— Я отправлюсь в посольство Гарда и всё узнаю. Если с единственным послом Гарда в этом отвратительном всеми богами забытом королевстве что-то произошло, они обязаны об этом что-то знать, — решительно заявила она.

Так я осознала, что Сиенна Анабель Рэйес — единственная дочь посла империи Гард, а его светлость герцог Марселус Ренард Рэйес её горячо любимый отец. И мало того, что я попаданка в чужой мир и чужое тело, так ещё и само тело конкретно в данных краях — чужестранка, преследуемая злопамятным мстительным наследником трона королевства Арденны, которому никто не указ.

Что сказать…

Зато я жива!

Не знаю, в самом ли деле я умерла и поэтому оказалась здесь, и что в таком случае произошло с предыдущей хозяйкой этого тела, но упускать полученный шанс быть здоровой и жить я не стану.

В монастырь, так в монастырь…

Аэдан

Рассветные часы поместья Крез-д'Ор наполнял стук молотков во внутреннем саду, пока рабочие устанавливали деревянные столбы, которые должны послужить опорой для шатров из белых шёлковых тканей. Между ними уже установили столы и стулья, украшенные живыми цветами и лентами. Снующие туда-сюда декораторы расставляли вазы с букетами орхидей и свечи в хрустальной оправе. Адмиралу Великой Гардской армады не было никакого дела до всех этих свадебных приготовлений, но чем дольше он оставался на террасе, вчитываясь в предоставленный ему доклад о потерях и итогах последнего сражения, тем больше начинали откровенно раздражать эти монотонные удары и звуки, а сам Аэдан Каин начинал сожалеть, что не задержался на своём линкоре ещё хотя бы один день. И пусть на корабле часто бывало ещё более шумно, но к тому шуму он давно привык и воспринимал его, как неотъемлемую часть себя, то ему никогда не мешало сосредоточиться. Но сосредоточиться пришлось, ведь содержимое доклада было не из лучших.

За последние двое суток в его армаде четыре корабля получило серьёзные повреждения, понадобится немало времени и средств для их восстановления, ещё три фрегата безвозвратно потеряно. Бой был жестоким и проходил в условиях надвигающегося шторма, и адмирал Арвейн точно знал, что могло быть намного хуже, но и едва ли то приносило хоть каплю облегчения. Экипажи всех кораблей проявили выдающуюся храбрость, но, к сожалению, не все смогли вернуться. А он так и не дочитал итоговый доклад своих капитанов, потому что послышался перестук женских каблучков, а на террасу ворвался маленький вихрь со счастливым воплем:

— Наконец-то ты вернулся домой, брат!

Ещё секунда, и младшая сестра радостно повисла на широком крепком плече. Только одной Зои мужчина и позволял так делать.

— Да, вернулся, — обнял он её в ответ.

— Говорят, твоя армада разнесла в пух и прах весь флот Марны, а их король трусливо бежал из столицы, это правда? — с горящими от восторга глазами добавила она.

— В чём именно ты сомневаешься, в первом или втором? — шутливо уточнил Аэдан Каин, за всю свою службу на благо империи не проигравший ни одного боя.

— А что, разве могут быть варианты? — притворно удивлённо округлила глаза и рассмеялась следом Зои.

Ветер подхватил её звонкий весёлый смех. Адмирал лишь покачал головой, не став вдаваться в подробности.

— Ты рано встала, — заметил мужчина.

Солнце едва показалось на линии горизонта, так что он рассчитывал провести хотя бы час предоставленный сам себе до пробуждения домашних, но не вышло.

— Ещё бы! — округлила глаза девушка. — До церемонии осталось всего ничего, а мне ещё надо сделать достойную причёску, потом — макияж, потом влезть в очень-очень тесное платье и, главное, не грохнуться в обморок от голода при всём при этом! — хихикнула и тут же состроила глубоко несчастный вид. — Мама меня на одной воде двое суток держит, — пожаловалась следом.

Аэдан Каин на это сочувственно улыбнулся сестре.

— И к чему всегда столько сложностей с этими вашими нарядами и фигурой?

— Как это? — тут же, несмотря на предыдущее, возмутилась Зои. — Мой самый любимый, хоть и временами жутко вредный, брат наконец женится! Это будет самая грандиозная свадьба во всём Крез-д'Ор! Я должна выглядеть, как истинная принцесса на выданье! — горделиво вздёрнула подбородок.

— Никакого тебе выданья, пока не окончишь Академию, — усмехнулся адмирал, потрепав сестру по волосам, отчего она фыркнула и отскочила в сторону.

— Какой же ты временами зануда, непобедимый адмирал Арвейн, — съехидничала с фальшивой обидой. — Никакой любви и романтики с тобой! — обвинила, а на моментально ставший хмурым взгляд старшего брата тут же расхохоталась и бросилась прочь.

Он успел преодолеть всего шаг вслед за ней, прежде чем по разуму ударило незримой волной чьего-то призыва, а медальон под рубашкой мигом нагрелся, вынуждая притормозить и сосредоточиться на новом обстоятельстве. Вызов по крови — редкий способ связи, которым обычно с ним связывались лишь его капитаны, всё-таки адмирал Аэдан Каин Арвейн не из тех, кто привык делиться собственной кровью, но на этот раз призыв исходил от кого-то, кого он совершенно не знал. Поначалу это немного озадачило. Хотя мужчина всё равно поспешил усесться в ближайшее кресло, а затем раскрыл медальон и прикрыл глаза. Проваливаться во тьму и оставаться при этом в реальности совершенно беззащитным — так себе жизненное обстоятельство, особенно для человека, привыкшего всё вокруг всегда контролировать, но вряд ли кто-либо отважится потревожить его таким способом, не имея на то веских оснований. К тому же основания и правда нашлись. Он увидел и осознал их, стоило ему лишь раз взглянуть на юную хрупкую незнакомку, замершую напротив него в свете золотого сияния среди окружающей их чернильной пустоты. Её тонкая фигурка была затянута в наглухо застёгнутое чёрное платье, сшитое на традиционный манер самых старых провинций Гарда. Длинной в пол, с пышной юбкой и высоким воротником, украшенным кружевом. Это так разительно отличалось от ярких и куда более откровенных нарядов, которые предпочитали современные леди империи, с которыми когда-либо виделся и общался сам адмирал, что он невольно всматривался в неё снова и снова, каждый раз подмечая какую-то новую деталь. Длинные, вьющиеся тёмные волосы ниспадали по плечам упругими локонами, подчёркивая бледность её кожи, а большие карие глаза в обрамлении густых ресниц смотрели перепуганной ланью. Она едва уловимо сморщила свой маленький аккуратный носик и нервно закусила нижнюю губу, тем самым привлекая к ней особое внимание адмирала. И впервые в в жизни его вдруг задело, что зря он не сменил пыльный дорожный плащ и рубашку, бывшую давно не первой свежести, на более подобающий статусу белый мундир.