Чтение онлайн

Для доставки продуктов, воды и выполнения других работ по лагерю выделялись специальные дежурные, выполнявшие поручения под присмотром офицера. Офицеры обязывались строго следить, чтобы никто из рабочей группы не общался с кем-либо из посторонних, не приобретал вещей и т. п. При встречах матросы должны были

отворачиваться друг от друга и как можно скорее уходить.

Если в артели появлялся больной, то его немедленно отправляли в палатку, стоящую вне лагеря, а его товарищи переселялись в землянки, окружавшие палатку. Здесь они находились до выяснения характера болезни. Если больной оказывался заражённым чумой, то он немедленно отсылался в больницу, а его веши, палатка, где он лежал, и общая палатка артели сжигалась. А члlbны артели тотчас выводились за лагерь и-подвергались санитарной обработке. ...

Благодаря точному выполнению тщательно продуманной системы противочумных мероприятий скоро в команде корабля Л*» 4 чума исчезла.

За строгим выполнением установленного режима Ф. Ф. Ушаков внимательно следил сам. Все переводы больных, выздоравливающих и подозрительных происходили под его непосредственным контролем. Он наблюдал и за работой врачей и за аккуратным выполнение i их указаний.

В самые трудные два месяца, когда вокруг свирепствовала чума, в команде Ушакова не было ни одного случая заболевания. Отдельные вспышки, появившиеся с возобновлением работ, были быстро ликвидированы. С 4 ноября 1783 г. в команде Ф. Ф. Ушакова чума больше не появлялась.

С наступлением зимних холодов и некоторого спада эпидемии решено было вернуть матросов и мастеровых в казармы. 9 ноября 1783 г. жившие в степи кораблестроители вернулись на зимние квартиры.

Борьба с чумой в казарменном расположении при большой тесноте и массовом выходе на работу значительно затруднялась. -

Но Фёдор Фёдорович Ушаков и в условиях казармы применил свою оригинальную систему.

После отправления своей команды в степь Ф. Ф. Ушаков приказал произвести тщательную дезинфекцию казармы. Эго разумное профилактическое мероприятие говорит о дальновидности Ушакова.

Он перегородил камышовым забором двор, прилегавший к тон части казармы, где располагались его люди. Таким образом команда Ф. Ф. Ушакова была изолирована от бытового общения с другими командами.

В своей части двора люди Ушакова устроили вспомогательные помещения наподобие степного лагеря. Они вырыли маленькие землянки, куда помещали только что заболевших, и соорудили три большие тёплые землянки. В одной находились больные, оставленные для лечения в команде, в двух остальных размещались выздоравливающие, вернувшиеся из госпиталя и портового главного карантина.

'У самой казармы была построена ещё одна тёплая землянка с тремя помещениями. В одном помещении изолировались заразные больные, в другом производились окуривание одежды матросов и санитарная обработка вернувшихся из карантина; в третьем помещении размещались матросы, бывшие на работах и общавшиеся с другими.командами.

В 'отдалённой части двора на поставленных козлах просушивались и проветривались постели, одежда и другие предметы домашнего обихода.-

На работу команда выходила в сопровождении офицера, который подавал Ушакову письменный рапорт с точным указанием, где, когда и какие производились работы.

Фёдор Фёдорович попрежиему строго следил за выполнением всех установленных им правил по борьбе с чумой и добился изумительных результатов: люди Ушакова и в казарменных условиях не болели чумой. В других же командах чума косила судостроителей вплоть до середины лета 1784 г..-

В конце апреля 1784 г. Екатерина II с тревогой писала Потёмкину:

«Пронёсся- слух по здешнему народу, будто язва в Херсоне попрежнему свирепствует и будто пожрала большую часть адмиралтейских работников. Сделай милость. .. примись сильной рукой за истребление Херсонской язвы»

Самоотверженная борьба Ушакова с чумой снискала ему среди херсонских кораблестроителей исключительный авторитет, а у матросов глубокую любовь и привязанность. Фёдор Фёдорович проявил к простому матросу, солдату и мастеровому максимум человеческой заботы и внимания. Среди бушующей эпидемии Ушаков держался, как настоящий мужественный командир.

Как прекрасный офицер, он понимал, что в минуту опасности очень многое зависит от командира. В его твёрдости и уменье подчинить своей воле людей, растерявшихся перед грозной стихией, было спасение от гибели. Побеждает лишь сильный духом. Это Ушаков знал по опыту.

Самоотверженный и неустанный труд Ушакова был замечен и оценён как непосредственным, так и высшим начальством.

Командующий флотскими и адмиралтейскими командами и командир порта капитан 1-го ранга Муромцев объявил в приказе «искреннюю благодарность и похвалу» Ф. Ф. Ушакову за самоотверженный труд по борьбе с чумой и доложил в рапорте вице-адмиралу Сухотину, назначенному командующим Черноморским флотом вместо умершего Клокачёва. Сухотин написал в Петербург, и Адмиралтейств-коллегия в своём именном указе выразила Ушакову «особливое своё удовольствие», как «отличавшемуся неусыпными трудами, попечением и добрым распоряжением», благодаря чему «гораздо скорее успел отвратить опасную болезнь, так что оная с 4 ноября больше не показывалась...» *.

По представлению Коллегии «за отличный подвиг» по борьбе с чумой Ф. Ф. Ушаков был награждён орденом св. Владимира 4-й степени.

1 января 1784 г. Ф. Ф. Ушаков был произведён в капитаны 1-го ранга.

Строительство кораблей на херсонских верфях, прекращённое на некоторое время в связи с чумой, продолжалось.

Уже в 1783 г. со стапелей Херсонской верфи сошёл первый 66-пушечный корабль «Слава Екатерины» и 50-пу-шечный фрегат «Георгий Победоносец». Командиром корабля был назначен капитан 1-го ранга Марко Иванович Войнович.

Два месяца пришлось потратить на проводку большого линейного корабля через мелководный фарватер Днепра и лимана. В конце августа 1784 г. корабль «Слава Екатерины» под охраной фрегата «Херсон» появился на виду турецкой крепости Очаков. 56

«Прибытие корабля к Очакову турков весьма потревожило», — сообщал в Петербург вице-адмирал Сухотин 56.

Конечно, турки знали о строительстве судов в Херсоне, но они нс допускали, что на речных верфях можно построить, а главное провести в море первоклассный линейный корабль. «Не мало ж тому удивлялись, — писал Сухотин, — как такую машину через мелководье перетащили, и что они никак сего не ожидали, чтоб можно было то сделать»57 58.

Скоро вокруг корабля «Слава Екатерины» и фрегата «Св. Георгии» образовалась небольшая эскадра, которая под командованием Войновича, покрейсировав на виду Очакова, отправилась в Севастополь.

В 1784 г. был спущен на воду ещё 66-пушсчный корабль «Св. Павел», командование на нём принял Ф. Ф. Ушаков. -

Корабль «Св. Павел» был проведён в лиман и летом 17S5 г. на рейде Кннбурна вооружался н оснащался такелажем.

В августе 1785 г. главное начальство над Черноморским и Азовским флотами с адмиралтействами и портами было передано Потёмкину» В этом же году были утверждены морские штаты Черноморского флота и учреждено в Херсоне Адмиралтейское правление с выделением его из подчинения* Адмиралтейств-коллегнн и передачей в полное ведение Потёмкину.