Чтение онлайн

В ходе борьбы за Чёрное море флот сыграл исключительную роль. Несмотря на большие финансовые затруднения во время воины, Потёмкин изыскивал средства и удовлетворял нужды флота. После Ясского мира мате-

риальное положение Черноморского флота сильно ухудшилось.

Назначенный в августе 1793 г. главным правителем Екатерннославской губернии и Таврической области Платон Зубов, хотя и обещал всемерную поддержку флоту, на деле же мало заботился об его укреплении.162 Отпущенные по бюджету денежные средства Черноморское адмиралтейское правление получало очень неаккуратно. За три года, с 1792 по 1795, государственное казначейство не додало Черноморскому флоту 8 394 360 рублей 163 164.

Мордвинов, чтобы досадить Ушакову, отпускал ему из полученных сумм самое незначительное количество денег и создал в Севастопольском флоте.такое положение, что зимой 1795—1796 гг. нечем было кормить матросов. Екатерина II потребовала от Мордвинова объяснения, «от чего сие последовало» и почему этот «недостаток не был отвращён заблаговременно»? 165 166. Мордвинов оправдывался ссылками на общие трудности после войны.

Ф. Ф. Ушаков смело обличал Мордвинова в невнимании к нуждам Севастопольского флота и' не раз заявлял, что благодаря ему «флот противу прежнего упадает и приходит в ветхость» \ Это было тем более недопустимо, что в конце 1792 г. из Константинополя стали поступать известия о подготовке турецким адмиралтейством флота «в знатном количестве судов» якобы для усмирения восставших вассалов в Египте и других местах Оттоманской империи. На самом же деле Порта замышляла внезапно напасть на черноморские порты и истребить в них русский флот. «Хотя и не можем почитать сего за основательное по слабости и истощению турков от войны для них бедственной, — писала Екатерина в секретном указе Мордвинову 23 ноября 1792 г., — не меньше однакож находим благовременно принять надлежащую осторожность и поставить себя в полную готовность не токмо к ограждению подобных покушений, но и к обращению оных в вящий собственный вред туркам распространением на водах и твёрдой земле наших успехов» 167.

Екатерина II потребовала от Мордвинова, не ожидая присылки денег, местными средствами привести парусный и гребной флоты в исправность, «дабы отнюдь не быть неготовыми против неприятельских намерений». Она предписывала Мордвинову принять меры к усилению защиты портов и особенно Севастопольского.

Общее руководство строительством укреплений на юге поручалось А. В. Суворову. Он тогда был назначен главнокомандующим войсками Екатеринославской губернии и Таврической области.

Тревога за безопасность границ на юге не проходила. Русский поверенный в делах в Генуе Лизакевич сообщал, что Французская буржуазная республика, с целью помешать участию Екатерины II в контрреволюционной коалиции, склоняла Порту вступить в союз с Францией и объявить войну России,-обещая выделить эскадру из десяти кораблей и пяти фрегатов для совместных действий в Чёрном море К

В это время Ушаков находился в Петербурге. Екатерина II вызвала его в столицу на короткое время, желая посмотреть на черноморского героя, стяжавшего себе и флоту громкую военную славу. Она увидела в нём строгого, слегка угрюмого и неразговорчивого моряка, корабельные пушки которого куда красноречивее говорили, чем он сам. Хотя Ушаков был принят ласково, но в Петербурге он долго не задержался. В мае 1793 г. Ушаков вернулся в Севастополь к своему любимому флоту.

2 сентября 1793 г. Екатерина II за исключительные военные заслуги произвела Ф.' Ф. Ушакова в вице-адмиралы, оставив его в прежней должности командующего Севастопольским флотом и начальника порта.

Возвратившись в Севастополь, Ушаков получил от русского поверенного в делах в Константинополе полковника Хвостова письмо, в котором сообщалось о засылке капудан-пашой шпионов в черноморские порты, а также о том, что в Константинополь беспрестанно прибывают войска, которые спешно отправляются в Анапу, Измаил, Браилов и Варну для исправления и укрепления крепостей. Туда же посланы были недавно прибывшие из 162

Франции четыре инженера 162. Эти данйые Ушаков сообщил Мордвинову. Для борьбы с шпионажем были приняты срочные меры.

Помимо военного шпионажа, дворянско-крепостническое правительство Екатерины II особенно 'боялось распространения в армии и флоте революционных настроении. Поэтому принимались строжайшие меры к пресечению малейшей агитации в войсках и среди населения. Гражданское население, жившее в районе Севастопольского военного порта и Адмиралтейства, было.выселено168 169.

Напряжённая международная обстановка заставила срочно укреплять Черноморский флот. В первую очередь были приняты меры к увеличению личного состава. Зимой 1793 г. по указу Екатерины II в Черноморский флот были отправлены из Адмиралтейств-коллегии 123 лейтенанта и мичмана, 209 шкиперов, подшкиперов, штурманов, боцманов и «другого корабельного звания чинов», 1 400 старослужащих матросов «первостатейных и второстатейных, каждого по равному числу», около 90 лекарей, подлекарей и лекарских учеников.

Военной коллегии было приказано отправить во флот из артиллерийских команд в канониры и бомбардиры 500 человек и 2 400 человек для пополнения морских батальонов 170. Такое пополнение личного состава значительно укрепляло морские силы на Чёрном море.

Принимались меры и к строительству новых кораблей и замене старых и малонадёжных. Екатерина II поставила перед Мордвиновым задачу всеми способами увеличить флот на Чёрном море до тридцати линейных кораблей 171.

Угроза нарушения Турцией мира не проходила. Наоборот, в начале 1794 г. такая опасность возросла ещё больше.

«Угрожение войною от вероломной Порты Оттоманской явилось со дня заключения мира, — говорилось в указе нlb имя вице-адмирала Мордвинова. — Теперь делают они наивеличайшие усилия поставить нам твёрдые препоны и сильно вооружаются для поражения напада-тельною войною, в намерении и сухим путём и водою нечаянно напасть на пределы областей наших» *.

Положение, отмечалось в указе, может ешё ухудшиться, если Турция узнает об изгнании в конце 1793 г. войсками Французской республики контрреволюционных отрядов и английского флота из Тулона, а также о победах якобинцев над австрийской армией на Рейне172 173.

Екатерина требовала от Мордвинова, чтобы к маю 1793 г. Черноморский флот был готов к выходу в море на случай выступления Турции. Она поставила Ушакову боевую задачу — в случае войны предупредить турецкий флот и не дать ему. соединиться, так как часть его кораблей обычно находилась в константинопольских портах, а другая в черноморских. Для этого рекомендовалось закрыть выход из Босфора и истреблять неприятеля по частям 174.

Осуществление таких операций было под силу только Ушакову. Это учитывала Екатерина II, с этим вынужден был считаться и Мордвинов.

После окончания войны Ф. Ф. Ушаков много внимания и сил затратил на поддержание флота в боеспособном состоянии. При исключительно скудном отпуске денег он всё же ухитрялся чинить суда, часто расходуя на это свои личные деньги. Севастопольский флот мог выйти в море при первой необходимости.

В середине мая 1794 г., согласно указу Екатерины II, Ушаков вышел на севастопольский рейд, по словам Мордвинова, «во всей своей силе, с крепкими, слабыми и с ветхими кораблями», но вооружёнными по военному времени. Флот насчитывал двадцать линейных кораблей и фрегатов и четырнадцать вспомогательных судов175.

Русской дипломатии удалось всё же удержать турецкое правительство от военного выступления против России, однако Черноморский флот оставался на рейдах.

Лишь одну эскадру, состоявшую из пяти кораблей, десяти фрегатов и четырёх других судов, Ф. Ф. Ушаков вывел в море для «обучения практике и эволюции».

Во флот прибыло много новых офицеров и рядовых, нужно было научить их по*ушаковски управлять судами и вести бой. Ушаков с присушей ему тщательностью и методической последовательностью принялся за обучение и совершенствование личного состава своего флота.