Чтение онлайн

– Это другое дело, – кивнул Шепель. – Если с ходу применить «РПГ» по домам «духов», то тогда нормально.

– А иначе не получится. Не вести же десять, пусть даже таких, как ты, профи на полусотню хорошо подготовленных бойцов?

– Ладно, с предварительным планом все понятно, хотя не мешало бы послушать Дака. Не исключено, что с флангов талибы установили минные поля. Тогда обстановка усложнится.

Тимохин достал из чехла радиостанцию малого радиуса действия и вызвал полковника Дака:

– «Ирбис», это «Орион»!

– На связи, – ответил Дак.

– Вы вышли к объекту?

– Только что. Пришлось делать крюк по балкам, и скажу тебе, дно оврагов плохое, неровное.

– Я понял. Меня интересует вот что: ты успел пробить местность через «Поиск»?

– Этим сейчас занимается мой Пятый.

– Что докладывает?

– Пока ничего.

– Я попрошу тебя по результатам работы сапера доложить мне через десять минут. Этого времени вам хватит, чтобы прощупать местность.

– Сделаем. Доклад по работе сапера в 23.35.

Тимохин переключился на заместителя подполковника Соловьева:

– Второй, ответь Первому!

– На связи!

– Что у тебя?

– Вышли в балку, откуда имеем возможность наблюдать западный пост «духов» и западный фланг двух линий домов. Пещеры не видим.

– Как прошли маршрут?

– В общем, нормально. Задержались на реке. Она широкая, мелкая, но быстрая; дно неровное, галечное, скользкое. Форсировали по одному со страховкой. Дальше прошли на запад и вошли в овраг с западной стороны. Напрямую подойти к нему невозможно, попадаешь в сектор контроля поста.

– Понятно. Кто на посту?

– Часовой с «РПК». Службу несет бдительно, но у него слишком большой сектор наблюдения. Сосредоточиться на каком-то одном направлении он не в состоянии. Выбрали позицию для снятия часового, на восточном подъеме. Расстояние от позиции до поста двести пятьдесят метров, как раз для «винтореза». После снятия часового можно переместить подгруппу ближе к перевалу и, форсировав реку, атаковать базу с западного фланга.

– А если без форсирования реки?

– Без форсирования можно из гранатометов уничтожить два-три фланговых дома, далее вести обстрел кишлака.

– Я тебя понял. Как насчет минно-взрывных заграждений с западного направления?

– Отсутствуют.

– Добро. Продолжай наблюдение.

– У вас что, Первый?

– Нормально. С фронтальным постом проблем не возникнет, а вот дальше… дальше будем думать, как развернуть наступление.

– Понял. Отбой.

В 23.35 на связь вышел полковник Дак:

– Я – «Ирбис». В радиусе пятисот метров от нашего настоящего местонахождения прибор «Поиск» минно-взрывных заграждений не фиксирует.

– Отлично! Какое расстояние от вас до восточного поста?

– По дальномеру триста шесть метров. От поста до развалин – сто четыре метра, и от поста до дома главаря банды – четыреста пятьдесят шесть метров.

– Есть возможность снять часового без применения огнестрельного оружия?

– Трудно сказать. Если только обойти пост с севера, вдоль подножия перевала… Но это очень рискованно.

– У «духа» на посту обширный сектор наблюдения. Какой его части он уделяет наибольшее внимание?

– Юго-восточной. Но периодически осматривает через бинокль весь сектор.

– Какова периодичность осмотра?

– Этого сказать не могу. Мало времени мы его наблюдаем.

– Продолжай наблюдение. Я начинаю выдвижение к вам. При входе в овраг свяжусь с тобой.

– Принял!

Отключив радиостанцию, Тимохин вложил ее в чехол на груди, поверх бронекостюма. Шепель удивленно смотрел на Александра:

– Ты хочешь сказать, что мы пойдем к Даку?

– Почему нет? Погода хорошая, не жарко, безветренно…

– На хрена, Сань?

– У нас сколько «винторезов», Миша?

– Два.

– Два… А снимать без шума предстоит часовых трех постов. Следовательно, что? То, что одного из «духов» придется валить ножом. А для этого надо выйти на сам пост. Или хотя бы сблизиться с ним на расстояние метания ножа.

– А что сказал Дак насчет возможности сближения с восточным постом?

– Джон сказал, что подойти к нему можно, прижимаясь к перевалу, но это слишком рискованно. Насколько рискованно, мы с тобой и проверим. Ведь нам отрабатывать базу, не забыл?

– Не забыл. А почему для снятия часового в контакте ты выбрал восточный пост?

– Потому что, по докладу Соловьева, к западному подобраться гораздо сложнее. Ну, а к фронтальному, передовому, сдвоенному, – невозможно.

– Тогда на какой хрен ты брал в разведку американцев, если мы работаем по всем направлениям? Запустил бы наших ребят, они и без нас все сделали бы…

– Конечно, сделали бы, но мы не могли оставить в стороне наших коллег. У Харсона не должно возникнуть ни малейшего подозрения в том, что мы ведем двойную игру.

– Хреново, командир…

– Согласен. Но решение принято, отходим к восточной окраине «зеленки».

– Надо предупредить Харсона, чтобы о нашем возвращении и перемещении на юго-восток известил посты охранения лагеря, а то попадем под пули братьев по оружию.

– Это ты верно заметил… – Александр вызвал на связь командира отряда особого назначения. – «Марс», я – «Орион»!

– «Марс» на связи!

– Я с напарником намерен переместиться в район работы «Ирбиса». Прошу оповестить посты о нашем проходе на юго-восток.

– С чем связано ваше решение? – не без удивления и тревоги спросил Харсон. – У «Ирбиса» проблемы?

– Нет, все нормально. Просто хочу проверить возможность подхода к восточному посту «духов» для снятия часового в непосредственном контакте.

– Моджахеда нельзя убрать с дистанции?

– Можно, но только обнаружив себя до времени… Давайте поговорим о подробностях после завершения проводимых мероприятий.

– О’кей! Посты будут предупреждены о вашем проходе по «зеленке».

– Вот и отлично. До связи, «Марс»! – Тимохин обернулся к Шепелю: – Готов?