Чтение онлайн

С довольной ухмылкой она достала из рюкзачка оккультные прибамбасы.

Чэд посветил фонариком в лицо мертвецу.

— Э… Тэмми?

Она сделала вид, что не расслышала. Тэмми перестала существовать, как только они с Чэдом прошли через врата храма.

— Госпожа Лилит.

— Да?

Чэд, стараясь держаться подальше, на цыпочках обошел мертвецов.

— Послушай, на фига нам понадобились эти жмурики?

— Нам? — усмехнулась Тэмми. С чего этот парень взял, будто он равноправный партнер? — Мы сейчас поможем им восстать из мертвых.

— Ух ты. Ладно. Как зомби, да?

— Типа того.

Ритуал действительно имел нечто общее с сотворением зомби, однако эти мертвецы принадлежали к породе куда более опасных. Уже само заклинание могло навредить тому, кто его применял. Это был самый сложный трюк черной магии, и если не дай бог что-то пойдет наперекосяк, то восставшие мертвецы могут в два счета разорвать кого-нибудь на куски. Чэд вызвался помогать ей, если вдруг возникнет такая необходимость — правда, он не догадывался, какая роль ему отводилась.

Чэд потянулся было к черной свечке, которую она захватила с собой, но Тэмми больно стукнула его по руке.

— Ни к чему не прикасайся!

— Да ладно, не буду. — Он с опаской покосился на ближайшего к нему мертвеца. — А раздеваться догола будем?

— Нет.

— Ты уверена?

— Да.

— Понятно.

— Ну ладно, уговорил, — вздохнула она.

Чэд с дебильной улыбочкой разоблачился ровно за пятнадцать секунд.

— Теперь твоя очередь, госпожа Лилит.

Пока она раздевалась, он, едва не пуская слюни, пожирал ее глазами. В принципе раздеваться им ни к чему, но, с другой стороны, так даже проще. Чэд готов на что угодно, лишь бы только они оба при этом были голыми.

— Послушай, киска, ты случаем не положила глаз на того лысого чувака? — поинтересовался он, принимая выгодную для демонстрации своих достоинств позу.

— Нет. С чего ты взял? — ответила она.

Тэмми разложила принесенные магические примочки, которых оказалось не так уж много. Ей нужно было лишь призвать тени, чтобы те вошли в мертвецов, а для этого достаточно короткого заклинания. Она велела Чэду разложить серебряные приборы его матери и колья для палатки из запасов собственного отца, после чего зажгла черную свечу и приступила к священнодействию. Чэду хватило ума, пока она делала свое дело, тихо сидеть в углу.

— Я призываю тебя из бесконечной ночи, из ледяного очага вечного покоя, из теней, которые невозможно изгнать, я призываю тебя!

Тэмми положила палец на страницу, чтобы отметить нужное место, и схватилась за перочинный нож. Спустя еще минут пять непрерывного заклинания, она надрезала указательный палец.

— Айз-рей рам-фрей!

Она стряхнула капельку крови на черную свечу. Пламя вспыхнуло ярче, и вокруг него возникло неестественно густое облако. В сером дыме извивались и корчились ужасные, уродливые формы. Они что-то нашептывали и смеялись противным смехом в надежде в скором времени обрести вожделенную плоть.

— И-зей оулз-бей! — продолжала тем временем заклинание Тэмми. — Воля моя, слушай меня, оф-йя и-зей урз-ей!

Она широко раскинула руки. Фонарик отбрасывал на ее лицо жуткий свет. По глазам пробежала какая-то черная тень.

Чэд наверняка бы сидел ни жив, ни мертв и трясся от страха в своем углу, обрати он на это внимание. Но он был занят другим — а именно, пялился на ее голые сисечки. Тэмми продолжала читать заклинание, и они то поднимались, то опадали в ритм причитаниям.

Дым струйками потянулся вниз, в глаза и рот мертвых тел. Откуда-то потянуло холодом. Потусторонние чудовища притихли, и в храме Тэмми воцарилась тишина.

Спустя десять минут здесь было все так же тихо.

— Госпожа Лилит, — осмелился подать голос Чэд. — Это все?

Тэмми пролистала «Некрономикон», чтобы проверить, что собственно у нее вышло не так.

Чэд вылез из своего угла и встал рядом с ней.

— Они не встают.

— Сама вижу.

— А что не так?

— Да заткнись же ты, осел, не мешай мне думать.

Чэд обнял ее за талию.

— Я ничего не понимаю в жмуриках, но сдается мне, Большой Джимми точно встает.

Тэмми задумалась, куда бы побольнее впиться ногтями этому придурку, но в следующее мгновение пламя свечи дрогнуло и погасло. Рядом послышались пять хриплых стонов. Тэмми схватила фонарик и посветила на трупы.

Ее подопечные сели, а затем медленно поднялись на ноги. Четверо ходячих мертвецов с двумя целыми ногами застыли, чуть пригнувшись, в хищных позах. Пятый прыгал вокруг на одной ноге и махал руками, пытаясь удержать равновесие. Десять мутных, подернутых поволокой глаз, уставились на свою новую хозяйку в ожидании не то первых распоряжений, не то первого обеда.

Чэд поплотнее прижался к Тэмми, то ли из страха, то ли для того, чтобы пощупать у нее между ног. Так или иначе, но она тотчас топнула ногой, мол, не смей даже думать.

— Идите туда. — Она указала им на дверь. — Идите и утолите аппетит плотью моих врагов.

Четверо мертвецов зашаркали ногами (пятый запрыгал на одной ноге), намереваясь взять в руки ножи, вилки и колья для палатки. После чего по одному вышли вон из сарая. Последний на мгновение застыл в дверях и, обернувшись, бросил на свою повелительницу злобный взгляд. Но затем и он исчез за дверью.

Тэмми подняла руки над головой и злобно захихикала. Это было хихиканье школьницы, которая якшается с легионами тьмы и получает от этого кайф.

Как только Дюк припарковал грузовик на стоянке ресторанчика, Эрл выпрыгнул, схватил видавший лучшие дни кассетник и зашагал по дороге.

— Ты куда намылился?

— Хочу чего-нибудь перекусить, — ответил Эрл.

— А на фига тебе понадобился кассетник? — не унимался Дюк.

— Потому что идти долго.

— Ты что, забыл, что шериф хотел поговорить с тобой?

— Я успею вернуться.

Эрл шагнул прочь от светового пятна, отбрасываемого вывеской ресторанчика, и растворился в темноте. Он прошел по дороге добрую милю, прежде чем повернуть назад. Вампир не горел желанием навлечь на себя неприятности, если приятель-оборотень узнает, что он отправился на встречу с призраком. Дюк не станет ничего говорить, а просто одарит таким взглядом, что пожалеешь о том, что родился. Эрл не раз становился свидетелем тому, как пьяные дебоширы, которым, как говорится, море по колено и черт не брат, дрожа, отступали, стоило лишь Дюку выгнуть бровь. Эрл этого хоть убей не понимал. Впрочем он знал точно: не дай бог испытать на себе ни эту выгнутую бровь, ни злорадную полуулыбочку. А именно это светило ему, узнай оборотень, что он спешит на кладбищенское свидание.