Чтение онлайн

Дюк выплюнул комок мокроты, крови и рвоты.

— Пошла ты знаешь куда!

— Как хочешь. Мое дело предложить. Я бы могла тебя убить, но как хотелось бы, чтобы ты стал свидетелем моего восхождения к вершинам славы.

Она швырнула его на пол и отвернулась. Зачем он ей? И она взялась нежно поглаживать щупальца Фруш'и'агхова. Вскоре свет померкнет навсегда. В своем ликовании Тэмми почти забыла про Эрла и Кэти. Кстати, где они? Не иначе, как Фруш'и'агхов раздавил их своей массой или же они провалились в ад.

Тьму пронзил свет фар, и в передние двери ворвался грузовик. Не сбрасывая скорости, он обогнул колышущуюся башню щупалец и врезался в центральную колонну. Колонна треснула.

Фруш'и'агхов завизжал. Тэмми ощутила, как ворота начали закрываться. Темные силы отпрянули, но ничто, ничто не остановит ее! И откуда только Эрл догадался? Как так получилось, что он едва не разрушил матрицу? Но своей цели он все равно не достиг, она станет живой богиней! Внутри нее клокотал хрипловатый хохот.

— Меня не остановить!

Колонна дрогнула. Сверху на нее давил потолок, нижняя ее часть удерживала открытым портал между измерениями. Долго вынести такое давление кирпичная колонна не могла и вскоре начала рушиться.

— Нет! Только не это! Так неправильно!

Центральная колонна обрушилась на кабину грузовика, а поверх нее рухнуло то, что осталось от крыши. Портал, ведущий из чрева преисподней в этот мир, почти захлопнулся; древние боги издали возмущенный рев. В оставшуюся щель просачивалась лишь малая толика их сатанинской мощи. Неожиданно тело Тэмми сжалось до жалких человеческих размеров. Теперь связь между Фруш'и'агховом и миром держалась лишь благодаря силе ее воли. Напряжение было неимоверным, почти невыносимым. Вот незадача, так незадача. Продержаться еще хотя бы несколько секунд!

За спиной верховной жрицы раздалось рычание. Тэмми резко обернулась. К ней хромая приближался оборотень.

— Не подходи, не то узнаешь на себе силу моего гнева!

Увы, никакой силы у нее не осталось. Даже простейшие магические действия требуют концентрации, а в данную минуту весь ее колдовской дар был направлен на то, чтобы не дать окончательно захлопнуться воротам.

Оборотень нанес ей удар в грудь и вырвал сердце. Он держал его в своей огромной лапе, и оно продолжало биться. Тэмми покачнулась. Древние боги наполнили ее своей энергией, и вот она умирает. Господи, продержаться хотя бы еще пару мгновений!

— Дюк, прекрати! — рявкнул на приятеля Эрл.

Но Дюк сжал в кулаке сердце Тэмми, и оно лопнуло. Жрица древних богов испустила дух.

— Черт!

Недовольно размахивая щупальцами, Фруш'и'агхов начал неуклонно погружаться в пол. Врата втянули назад его почти раскрывшийся глаз. Правда, одно упрямое щупальце не желало сдаваться — обвившись вокруг пикапа, оно потащило грузовик вместе с собой в ад. Эрл и Кэти едва успели выскочить из машины.

— Проклятие!

Эрл предпринял отчаянную попытку спасти обреченный пикап. Сколько они вместе с ним накрутили миль! Эрл не желал сдавать без боя любимые четыре колеса. В его руках остался бампер. Пикап подпрыгнул, зарылся носом в пол и начал погружаться в топкое море линолеума. Еще мгновение — и с душераздирающим скрипом покореженного металла он растворился в адской бездне. В сливном отверстии Бытия крутился лишь черный туман. Постепенно трещины и проломы в полу начали суживаться и зарастать, и вскоре не осталось даже крохотной трещинки. Из своей подземной темницы древние боги издали последний вопль поражения.

Правда, донесся он откуда-то издалека и был едва слышен.

Выплюнув к ногам вампира шарф, портал захлопнулся.

Эрл поднял его и описал пируэт, окидывая взглядом закусочную. Если не считать кое-каких мелочей, та была почти в норме. Правда, кое-где криво сидела кафельная плитка. В одной стене застрял стол. Дверь в уборную переместилась примерно на метр от своего первоначального места. Но то были лишь мелкие погрешности в ткани пространства-времени, и на них можно было не обращать внимания.

Наполеон осторожно приблизился к столам. Кэти опустилась на колени и взяла пса на руки.

— Мы победили, малыш! Мы победили!

Эрл и Дюк посмотрели вверх, где по идее полагалось быть крыше. Луна и звезды вернулись на положенные места. Тысячи мерцающих огоньков смотрели с небес на закусочную, и даже это слабое мерцание казалось ослепительным блеском по сравнению с гнетущими сумерками, что едва не поглотили мир. За почти сто лет бесконечной ночи Эрл не видел зрелища прекраснее.

— Я уже думал, что нам крышка.

Дюк кивнул.

Эрл наступил на что-то мокрое и склизкое — нечто такое, что вывалилось из зияющей дыры в боку Дюка.

— С тобой все в порядке?

Оборотень вернул вывалившиеся внутренности на место. Его собачьи губы скривились в подобии улыбки.

— Да что там я! Ты-то как?

Эрл посмотрел на Кэти. Наполеон лизал ей лицо, а она заливалась смехом. Даже красота возвращенной ночи меркла по сравнению с серебристым колокольчиком ее голоса.

— Лучше не бывает!

Уже к концу недели жизнь вернулась в нормальное русло. Обитатели Роквуда настолько привыкли ко всякой чертовщине, что несостоявшийся апокалипсис не произвел на них должного впечатления. Конец света не наступил. Все сделали вид, будто ничего не заметили. Жизнь шла дальше своим чередом.

И все-таки изменения были, пусть даже и не столь заметные. Солнце светило ярче. Коричневая трава приобрела более здоровый желтоватый оттенок. Среди стаи воронов на вывеске закусочной как-то раз была замечена весело распевающая пичужка. Наконец удалось навсегда оттереть с линолеума на полу кровавое пятно. А на городском кладбище несли вахту два новых привидения.

Где-то в дальнем конце бок о бок лежали двое юных любовников. Их специально похоронили вместе — пусть хотя бы на том свете обретут счастье, которого их лишило ночное нападение койота.

Тэмми застыла у ворот кладбища. Ничто не мешало ей шагнуть наружу, но она не решалась сделать этот шаг. И не то чтобы путь ей преграждала некая невидимая стена. Просто всякий раз, когда она намеревалась оторвать от кладбищенской дорожки ногу, та, казалось, намертво прирастала к земле.

Чэд решил попробовать протаранить ворота. Он взял приличный разбег, но чем ближе к воротам, тем с большим трудом давался ему каждый новый шаг. Стоило же приблизиться к заветной черте, как он, словно каменный, застывал на месте.