Чтение онлайн

— Благодарствуем! — ответил за гостей Савелий, присаживаясь первым. — Шли мы сюда действительно долго и немного утомились. Но поскольку не знакомы со здешними порядками, резонно вспоминаем басурман. Они, не в обиду вам будет сказано, имели склонность гостей травить ядами разными.

— Даю слово, — ответил регент, вставая и направляясь к ним. — С вами так поступить не хотят.

— Говорят ещё, правда у вас не в чести! — хмыкнул поп.

— Отвечу на это, что вы действительно плохо знакомы с нашими устоями. — Регент шагал величаво, и Жулиус подставил ему руку для поддержки. Если по лицу адъютанта ещё можно было судить о возрасте, то определить, сколько лет хозяину, представлялось сложным. Он был уже не моложав, но и в старики явно не годился. Возле ушей у него не торчали лохмы; приоткрытая грудь хоть и заросла щетиной, но выглядела ухоженной. По человеческим меркам не дал бы ему Савелий больше пятидесяти. Что очень настораживало: самый расцвет опыта и хитрости.

— Говорить о нас только плохо не совсем правомерно. Всякое высказывание есть одна сторона медали. В людях тоже найдётся, что порицать. Возможно, мы не всегда по-доброму относимся к тем, кто попадает к нам поневоле. Но это всего лишь работа. Труд, который обеспечивает нам хлеб. Вы сажаете картофель именно на этом принципе. Что посадишь, то и поешь. В отношении же гостей у нас другое правило. Законы гостеприимства мы чтим и соблюдаем. Можете в этом сами убедиться. — Регент улыбнулся, указав на угощение. — В знак хорошего расположения и взаимовыгодного сотрудничества.

— С каких это пор, почтенный хозяин, православные христиане вступали с вами в сотрудничество? — Савелий тоже говорил без всяких амбиций, но помня о том, что они здесь не только гости, но в какой-то степени и завоеватели.

— Ну, господа, история знает много таких примеров! — Регент самолично провёл и усадил за стол Оксану, потом откупорил бутылку водки и разлил по четырём рюмкам, стоящим одна возле одной. Впрочем, развивать начатую тему не стал. Оно и понятно: была та скользкой даже для бывалого дипломата. Кузнец, немного нахмурившись, присел по другую сторону от жены.

— Между прочим, ещё советских времен! — похвалился бес, повертев бутылкой перед глазами. Тем временем остальные черти тоже наполнили стопки. — Чертовски качественная, надо сказать. Умели тогда делать люди.

— Думаю, наш самогон-то немногим хуже, — ответил Савелий. — Если изготовить его из зерна да хорошенько очистить угольком… Но что касается старенькой водки, то вещь действительно редкая.

— Личные запасы, — кивнул регент. — Ещё не перевелись. Берегу для особо торжественных случаев.

— Чем же мы заслужили такую честь? — спросил Никола.

— Давайте для начала выпьем! — предложил хозяин. — А чтобы вам не думалось… — Он первым опрокинул в себя содержимое рюмки, на мгновение задержав дыхание, потом смачно почмокал губами, и, взяв со стола пирожок, закусил им. Переглянувшись, гости последовали его примеру.

— Скажу откровенно: не хотел бы я иметь таких гостей, как вы, повторно. Хлопотно это. После вас только материальных убытков мы понесли на пару тысяч золотом. Не считая того, что придётся восстанавливать всё своими силами. А привлечь сторонних специалистов — вообще без штанов останешься.

— Стало быть, экономика у вас тоже имеется, — жуя куриную ножку, понимающе кивнул Савелий.

— Как же иначе? И экономика, и бухгалтерия, и отчётность ежемесячная. Мы ведь, в сущности, мало чем отличаемся от людей. Задачи разве что разнятся.

— Этого уже достаточно, — заметил кузнец.

— Точно, — подтвердил поп. — Мы — созидатели, а вы, извините, разрушители. Как раковая опухоль на теле.

— Философия тем и хороша, господа, что может представить одно явление с разных сторон. Как известно, истина всегда находится посередине. Почему бы, в таком случае, не назвать нас санитарами леса? Мы чистим ваше общество от паразитов и глубоко неверующих людей. Не будь нас, количество лжесвидетелей, завистников, мужеложцев и убийц росло бы не в арифметической, а в геометрической прогрессии. Вспомните Содом и Гоморру. Господь не позволил нам работать в этих городах всего лишь сто лет, решив сделать показательный полигон для всего человечества. И что из этого вышло? Каждый житель стал нашим клиентом. Но не забывайте: попав к нам, душа обрекается на вечные муки, её перерождения не происходит. Это значит, люди не досчитались несколько десятков тысяч особей, которые могли бы развиваться дальше и когда-нибудь достичь уровня Христа. Эксперимент был нужен, чтобы обрисовать и полезность нашей миссии в том числе… Впрочем, если у вас имеется на это своя точка зрения, я не стану переубеждать. Возможно, просто не хватает информации, возможно, пережиток воспитания — вот что не даёт нам понять друг друга. — Регент между тем наполнил ещё раз рюмки, и остальным бесы тоже, как по команде, сделали это. Похоже, производственная дисциплина здесь всё-таки имелась.

Подняв стопочку за здоровье гостей и одним глотком выпив её, говоривший взял из вазы виноградину, и, посмаковав послевкусие, закусил.

— Возможно, вы удивитесь, если я скажу, что не вижу в вас врагов. Несмотря на погромы, которые вы произвели по всему филиалу. Более того, с вашей помощью излечилась одна из моих нежданных головных болей, и, я надеюсь, не последняя…

Регент отвернулся и заходил по залу, задумчиво перебирая жидкую бородёнку. Волосатые щёки в такт движениям подбородка то растягивались, обнажая смугловатую кожу, то сужались.

— Едва вы проникли на территорию филиала, за каждым вашим шагом стали следить уполномоченные мной агенты. Вы не могли их заметить, потому что настоящие профессионалы способны загримироваться даже под камень. Но, скажу сразу, цель наблюдений была весьма необычна. Мы не хотели останавливать вас, или, хуже того, уничтожать. Интерес представляли ваши боевые способности. Даже позволить воссоединиться душе многоуважаемой Оксаны с её телом — наша задумка. После которой две разрозненные силы образовали одну, ещё более функциональную и эффективную.

— Для чего же понадобилась вам эта сила? — спросил Савелий. Впрочем, он уже начал догадываться, куда клонил собеседник: весь их поход — хорошо продуманная инсценировка, и они уподобились марионеткам, которыми руководил могущественный кукловод.

— К сожалению, мы схожи с вами не только внешними проблемами, но и внутренними, — охотно пояснил собеседник. — У нас тоже имеются враги, причём такие страшные, что вам, людям, и не снились. Вы делаете оружие, чтобы уничтожать себе подобных, за нас этот вопрос решает природа. Она создала чудовищ, которые питаются бесами. Живут они ещё глубже под землей, в запечатанных нашими заклинаниями пространствах. Но в любой системе случаются сбои. Охранные замки иногда спадают, и чудовища проникают в ад, пожирая нас десятками и даже сотнями. Потом, насытившись, уползают, и мы снова совершаем ритуалы удержания. При этом проливается кровь, потому что только такой магией возможно запечатать лазейки.

— Что же делают ваши войска? — удивлённо спросил Савелий. — Встречались мы с ними, ребята не из робкого десятка.

— Никто не может справиться с червями, — развёл руками регент. — Их тело покрыто шипами, попав на которые, черти получают определённую дозу парализующего яда. Не умирают, но и не могут при этом шевелиться. Кроме того, яд выплескивается тварью из хвоста — целым потоком, от которого обездвиживаются десятки бойцов. Воины боятся червей больше, чем вашего ладана.

— Стало быть, напастей и здесь хватает, — подытожил Савелий, впрочем, не сказать, чтобы переживая по этому поводу.

— Именно так. Поэтому мы с особым любопытством наблюдали за вашим поединком с ведьмой Матрёной… точнее, с тем, во что она превратилась.

— Как же вы это делали? — удивился поп.

— Очень просто. Не думайте, что мы застряли в прошлом веке и лаптями щи хлебаем. — Регент усмехнулся, и, в который раз взмахнув рукой, вызвал на одной из стен появление белого полотна. Тотчас на нём возникли фигуры людей, и отобразилось течение битвы в реставрируемом зале. Всё шло беззвучно, что, впрочем, не помешало гостям снова пережить драматические моменты сражения.