Чтение онлайн

Хотя она дразнила Адексиоса на тему его любви к чтению, сама Валаска тоже тайком читала. Это был секрет, иначе её подруги померли бы со смеха.

Валаска знала значение слова «луддит», и всех остальных фраз, которые использовал Декс, но не упоминала об этом вслух. Почему?

Он меньше всех склонен высмеивать её за то, что она почти всю жизнь притворялась тупой воительницей. А ей нравилось так жить. Она использовала смекалку, как элемент неожиданности, что часто помогало в сражениях. Но Адексиос — не сражение, а мужчина. Подтянутый, умный, хорошо одарённый мужчина, который не похож ни на кого другого.

И он — единственный мужчина, не пытающийся соблазнить её, даже, когда она ясно выразила намерения. Единственный мужчина, который не опрокинул её на стол и не подарил парочку минут веселья. Единственный мужчина, который относился к ней с уважением.

«Какой придурок».

Но, каков вызов.

«Я покажу тебе, как игнорировать меня».

Почему её так тяжело игнорировать?

Этот вопрос не давал покоя Адексиосу, пока он притворялся спящим в супер комфортабельной кровати, которая была удобнее той, что в его квартире. И вправду стоит подумать о том, чтобы разорвать договор аренды и подыскать постоянное жилье, после того, как всё закончиться.

Если он выживет. И под выживанием он имел в виду не миссию. Адексиос подразумевал пытку нахождения рядом с Валаской. Эта женщина сумасшедшая. Совершенно бесстрашная. Абсолютно великолепная и пугающая, как адская бездна. Она искушала его на каждом шагу, даже пригласила попробовать. Но он не мог.

Не потому, что Адексиос не хотел, очень даже хотел её. А потому, что боялся последствий. Он не мог отделаться от мысли, что эротический момент с ней разрушит его для всех остальных. Глупая мысль, которая не имела под собой основания.

Он и раньше занимался сексом и знал, что будет хорошо. Но, учитывая сильное влечение к Валаске, Адексиос мог спокойно предсказать, что секс с ней будет самым замечательным моментом, взорвавшим мозг. А мозг ему свой нравился.

И это беспокойство не давало покоя, хотя Адексиос сильно устал. Так что, откинувшись на подушки, он воспользовался трюком, который позволял ему расслабиться в детстве. Он начал считать вещи.

Один. Эта глупая миссия.

Два. Два дня, как он встретил Валаску.

Три. Три минуты, как он забрался в кровать.

Четыре. Четырёхглазый умник, который надерёт любому зад… в «Эрудит».

Пять. Пятью пальцами мастурбируют.

Шесть. Шесть лучше добавить к девяти, потому что так веселее.

Семь. За семь толчков можно кончить.

Восемь. Восемь грёбаных часов до рассвета.

Девять. Объединить с шестёркой — и получиться поза «шестьдесят девять», которая понравится каждому.

Десять…

Ой, да на хер всё. Адексиос лишь сильнее возбудился, и это отстойно, особенно учитывая, что он хотел встать и перекусить. А ещё учитывая, незнание того, что сейчас делала Валаска. Он занял кровать, оставив ей диван, потому что снова проявил поддержку женскому движению и отнёсся к Валаске, как к равной.

Несмотря на то, что прислушивался, Адексиос так и не заметил скрипа дивана. Он вообще не слышал ни черта с той минуты, как забрался в постель. Что она там делала? В хижине было слишком тихо. Валаска тут, или же вернулась на улицу, чтобы позабавиться с насекомыми?

Адексиос решил взглянуть. Так как очки лежали на тумбочке, всё перед глазами было размыто. По левую сторону не было ничего, кроме стены в ванную. Аккуратно, Адексиос перевернулся на спину, но деревянный потолок ему ничего не сказал. А учитывая близорукость, Адексиос видел лишь большое коричневое полотно. Тогда он решил перевернуться направо и… Закричал.

— Какого хрена?!

Валаска, не моргая, смотрела на него пронзительным взглядом. Присев у кровати, она улыбнулась.

— Привет, Декс.

— Не приветкай мне, засранка. Напугала на все оставшиеся столетия жизни. Зачем подкрадываться?

— Не подкралась, а просто сменила место дислокации, потому что диван слишком маленький.

— И? — Адексиос специально прикидывался дураком, чтобы скрыть учащённое сердцебиение.

— Кровать намного больше.

— И? — Он понимал, что она рассчитывала на приглашение, но не мог себе этого позволить.

— Двигайся.

— А как же, цитирую: «никаких удобств в походе»?

— Хочешь без удобств? — Даже без очков Адексиос заметил озорной блеск в её глазах. Прежде чем Адексиос успел откатиться, Валаска оседлала его.

— Слезь, — прошипел он.

— То есть ты хочешь сказать, что я тяжёлая? — Губы Валаски оказались в миллиметре от его.

— Нет, я хочу сказать, что твоя коленка очень близко к моему мужском достоинству.

Валаска улыбнулась.

— Знаю. Это специально, потому что ты назвал меня «засранкой». Хватит духу повторить?

Хм-м. Сказал один раз — Валаска оседлала его. Скажет второй и… Возможно, она начнёт расправляться с преградами, желая коснуться его нагой кожи.

Он задрожал.

«Я, наверно, слишком везучий».

Валаска перепутала его дрожь с чем то другим.

— Я пугаю тебя, Декс?

«Честно?»

— Да.

— И все-таки, — Валаска начала тереться об него, и Адексиос не смог сдержать стона, — хочешь меня.

Не было смысла отрицать.

— Ты очень привлекательна.

Её улыбка стала шире.

— И ты симпатичен.

Она так считала? Это только смутило Адексиоса.

— Симпатичный, но очевидно, не в твоём вкусе.

— А какой у меня вкус?

Все, кроме Адексиоса?

— Парень, который может защитить себя в бою, который не боится драться. — «А ещё тот, у кого хватит смелости противостоять тебе».

— Я не понимаю. Все это относиться к тебе. Ты не бросил меня одну в битве с осами. Пришёл и спас.

— Убийственным спреем.

— Но жуки ведь погибли? — спросила Валаска, приподнимая бровь.

— Ты можешь легко надрать мне задницу в схватке.

— Да. Могу. Но от этого мне не легче. Я могу надрать задницу большинству мужчин в битве. — Валаска пожала плечами. — Это часть меня. И это не значит, что я не могу считать тебя симпатичным.