Чтение онлайн

Роман ответил не сразу. Подобная карательная санкция могла выглядеть не такой страшной на словах, но на деле же… Бонус Голицыной за полгода был больше, чем большинство людей вообще когда-либо заработают за свою жизнь. И для неё он являлся отражением её собственного успеха.

— Жестоко.

— Справедливо, — вздохнула она. — Я облажалась. Действительно облажалась, Рома. Мне следовало прислушаться к твоим словам и этим слухам насчет Рахманова. Потому что я готова поспорить на бонус за следующие полгода, что весь этот план был исключительно его затеей.

А вот тут Роман даже не собирался с ней спорить.

— Не удивлюсь, что так оно и есть, — произнёс он.

— Скажи, ты поэтому его взял, да?

— Что?

— Рахманов. Ты взял его поэтому?

— Отчасти, — уклончиво сказал Роман. — Просто… Я не знаю, как тебе объяснить, но…

— Что? — спросила Лиза и закатила глаза. — Скажи ещё, что ты почувствовал в нём потенциал.

— Знаешь, можешь смеяться, но так оно и было, — пожал он плечами. — Даже больше тебе скажу. Когда мы встретились и начали работать вместе, я довольно быстро смог понять его уровень.

— И?

— Если не считать того, что он тогда довольно сильно плавал в законодательстве и порой даже ошибался в банальных трактовках права, его опыт и хватка где-то на том уровне, который был у меня, когда я получил кресло старшего адвоката.

— Ну, можешь не переживать, — расстроенно фыркнула она. — Свои пробелы в знаниях он компенсирует очень быстро…

— А я в этом даже не сомневаюсь, — не стал спорить с ней Роман. — Иногда, во время наших разговоров, у меня вообще создавалось впечатление, что он этим делом уже лет тридцать занимается. Если бы не их конфликт с отцом, то думаю, что Александр занял бы одно из наших кресел лет через пять-семь.

Эти слова заставили Елизавету удивленно посмотреть на него.

— Ты настолько высоко его оцениваешь?

— Ты с ним недавно сошлась, — отозвался он. — Сама-то как думаешь?

— Справедливо, — хмыкнула Елизавета. — Но место старшего адвоката…

— Поверь мне, — Роман негромко рассмеялся. — Он мастер находить решения для проблем, из которых не видно выхода. Даже больше тебе скажу. Я считаю, что Рахманов куда больше специализируется на решении проблем с глазу на глаз. Мировые — это его конёк.

— Знаешь, как-то трудно сравнить ощущение от того, что тебя переехал грузовик, с заключением мирового соглашения.

— Эй, ты сама не хуже меня знаешь, что переговоры нужно вести с сильной позиции, — развел руками Лазарев. — А лучшее определение сильной позиции — это когда у твоего противника сломаны руки, ноги и выбиты зубы. Вот тогда да. Тогда можно и поговорить.

— Твоя правда, — Голицына спрятала улыбку за стаканом с кофе. Она сделала глоток и задумчиво прикусила губу. — Ладно. Я облажалась. Сама виновата, что недооценила его. Но это не повод опускать руки. Просто в следующий раз буду осторожнее.

— Здравый подход к делу, — проговорил Роман, поднимаясь на ноги. — Но ради твоего же душевного спокойствия я надеюсь, что вы с ним больше не пересечетесь.

Эти слова заставили Елизавету повернуть голову и посмотреть на направляющегося к выходу Романа.

— Я сейчас что? Слышу в твоих словах страх?

— Уважение, Лиза, — поправил её Роман, прежде чем покинуть её кабинет. — А уважение всегда идет рука об руку с опаской. Тебе стоит об этом помнить.

Улыбнувшись на прощание, он вышел из её кабинета и закрыл за собой дверь.

Деньги перечислили на счёт созданного нами фонда тем же вечером. Всё, как мы и договаривались. Скворцов обещал проинформировать меня о том, когда все его клиенты получат свои суммы. Мне даже было немного жаль, что я не увижу их лица в тот момент, когда они обнаружат, что получили в пять раз больше того, на что надеялись.

Конечно же, мы могли бы и не завышать сумму, но зачем мелочиться, когда держишь оппонента за яйца? Если уж играть, то играть по-крупному.

В конечном итоге остаток того дня прошёл великолепно. Да и было бы странно, будь оно иначе. Всё-таки мы победили.

Я уже возвращался назад в «Ласточку», когда получил сообщение с просьбой о встрече. Учитывая, от кого именно оно пришло, отказываться было бы верхом глупости. Тем более что я и так понимал, в чём именно будет состоять суть разговора. Поэтому прямо в дороге попросил водителя отвезти меня по другому адресу.

В итоге тридцать минут спустя машина остановилась напротив «Параграфа». Я прошёл через вход ресторана и не без удовольствия вдохнул в себя атмосферу этого места. Запах натурального дерева, мастерски приготовленной еды и аромат кофе и дорогих сигар. При этом я абсолютно не понимал, откуда тут последний, потому что вроде бы внутри никто не курил.

Впрочем, какая мне разница? Я улыбнулся одной из девушек-хостес на входе и сообщил, что у меня назначена встреча с владельцем заведения, на что одна из них с милой улыбкой попросила подождать, пока она уточняет информацию.

Долго ждать не пришлось. Уже через две минуты она сообщила, что Молотов будет рад со мной встретиться, после чего провела через зал ресторана к дверям, что вели во внутренние помещения. Один раз я тут уже ходил, когда мы приезжали сюда вместе с Мариной, чтобы узнать по поводу видеозаписей. Тех самых, где, по идее, должно было быть прекрасно видно, как я дал Даниилу Волкову по морде прямо в зале. Сколько прошло с тех пор времени? Три с половиной… почти четыре месяца, а кажется, будто в два раза больше времени.

Что ни говори, но когда постоянно занят делом, оно летит до обидного быстро.

— Прошу вас, — произнесла моя провожатая, подходя к двери и открывая её передо мной.

Поблагодарив её, зашёл внутрь, сразу увидев сидящего за роскошным рабочим столом хозяина ресторана. Едва только стоило мне войти, как Вячеслав Молотов отложил ручку в сторону и поднялся из кресла, чтобы поприветствовать меня.

— Александр, рад, что ты смог приехать, — добродушно улыбнулся Молотов, подходя ко мне и протягивая руку в качестве приветствия.

Как и всегда, одет он был, что называется, с иголочки. Явно дорогой и сшитый по фигуре костюм-тройка. Небесно-голубая сорочка под серой жилеткой. Золотые запонки на рукавах и красный в контраст галстук с серебряной булавкой. В такой неформальной обстановке пиджак костюма сиротливо остался висеть на спинке кресла.

— Я бы не стал отказываться от подобного приглашения, — честно признался я, пожимая его руку.

— Прошу, присаживайся, — Молотов указал на стоящие в углу два кресла рядом с невысоким кофейным столиком. Когда мы заняли свои места, он продолжил: — Для начала позволь мне поздравить тебя. Как я слышал, ты сегодня принял участие в одном крайне интересном деле.