Чтение онлайн

Но чего она никогда не могла у него отнять — это того восхищения, с которым Павел каждый раз смотрел на неё. Столько лет прошло, а огонь в его глазах не угасал ни на секунду с той ночи, когда они скрепили свой союз узами брака и легли в постель как муж и жена.

И эта не угасшая ни на мгновение любовь и страсть подкупали. Валерия слишком хорошо знала о тяге многих аристократов к разного рода адюльтерам. Многие из них даже не пытались их скрывать. Но только не Павел. Он не отрывал от неё взгляда, каждый раз смотря так, словно видел впервые и вновь поражался её красоте. Валерия хорошо знала об этом. И умела использовать.

Всё-таки гордыня и тщеславие не такие уж и страшные грехи, чтобы о них переживать. Пусть даже и в мелочах.

Тем не менее она понимала, что он не побеспокоил бы её просто ради того, чтобы похвастаться деловыми достижениями.

— У нас есть небольшая проблема, — наконец произнёс он, всё ещё сидя на краю ванны рядом с ней.

— Какая именно проблема?

— Не притворяйся, Валь. Ты знаешь всё не хуже меня.

— Знаю, — не стала она возражать. Прикрыв глаза, женщина позволила себе погрузиться в воду чуть глубже. — Но я всё равно…

— Скажи, ты знаешь, где сейчас наша дочь? — негромко спросил Павел, и Валерия ощутила, как его ладони легли ей на плечи.

— У себя дома, я полагаю, — спокойно ответила она. — Но, судя по тону твоего голоса, наверное, это не так.

— Думаю, ты и сама не хуже меня знаешь ответ на этот вопрос. Она ушла.

— Значит, Настя…

— Что ты ей сказала?

Несмотря на его обманчиво мягкий голос, которым был задан вопрос, Валерия услышала в нём железные нотки.

— То, что сказала бы хорошая мать своей дочери, — произнесла она, откинув голову назад и посмотрев в глаза нависшему над ней мужу. — И ты должен хорошо понимать: то, что я сделала, пойдёт ей лишь на пользу. В долгосрочной перспективе.

— И какая же польза может быть от того, что она бросила всё, что у неё было, Валь? — поинтересовался Павел, посмотрев на неё сверху вниз. — Какая может быть польза от того, что наша дочь бросила комфортную, а главное, безопасную квартиру в принадлежащем нам районе и сейчас перебралась в поганый клоповник? Может быть, ты мне объяснишь?

Валерия ответила не сразу. Для начала она знала, что Павел утрирует. Служба безопасности рода не спускала с Анастасии цепкого взгляда. И назвать небольшую квартирку в весьма хорошем районе, которую Настя сняла на неожиданно появившиеся у неё деньги, клоповником она бы не стала. Тем не менее её молчание затянулось почти на минуту, в течение которой мужчина и женщина сверлили друг друга взглядами.

— Если мне действительно требуется это объяснять, — медленно произнесла она, — то либо ты слишком плохо знаешь свою дочь и меня, либо…

Валерия замолчала, так и не договорив.

— Либо что? — спросил Павел.

— Либо тебе и так всё известно, — продолжила она через несколько секунд. — У тебя всегда плохо получалось казаться глупее, чем ты есть на самом деле, дорогой. И ты не хуже меня понимаешь, что, как бы тебе это ни не нравилось, а я вижу, что тебе это не нравится, Насте это пойдёт только на пользу. С моей подачи или же сама, но она должна понять, что она не придаток к нашей фамилии. Это наша фамилия лишь дополнение для неё.

— Вырвать нежный цветок из сада и бросить его в дикую природу. — Граф в задумчивости посмотрел на свою супругу. — Я планировал иное…

— Значит, тебе придется скорректировать свои планы, — отрезала Валерия. И прежде, чем её муж успел сказать хоть слово, продолжила: — Я знаю, что ты любишь её, Павел. Любишь, возможно, даже больше любого из наших детей. Я понимаю это, но…

Её покрытые мыльной пеной ладони поднялись и мягко коснулись его подбородка.

— Что? — спросил он.

— Ты мужчина, Павел, — ответила Валерия, глядя на мужа. — Ты убьёшь любого, кто вздумает причинить вред кому-то из нашей семьи. Но порой твои желания и амбиции могут навредить нам куда сильнее, чем ты можешь этого ожидать. А потому, пока ты будешь беспокоиться о нашем будущем, я стану защищать наше настоящее.

— Думаешь, надолго её хватит?

— Посмотрим. В любом случае, хуже от этого не будет…

— … видели бы вы Павла в тот момент, когда Вячеслав разбил его, — сквозь смех проговорила Анна. — Боже, его лицо в тот момент я, наверное, никогда не забуду. Павел потом на протяжении недели пытался доказать, что Вячеслав жульничал. Он просто не мог поверить, что его, проходящего учёбу в магистратуре, смог победить второкурсник!

Её звонкий, весёлый смех наполнил комнату, а Молотов, как я обратил внимание, постарался спрятать смущённую улыбку за бокалом вина. Впрочем, меня это не обмануло. Видно, что, несмотря на их прошлое, он явно гордился той победой.

После ужина мы переместились в одну из гостиных поместья Харроу и сейчас сидели втроём у большого горящего камина. Под звуки потрескивающего пламени наш разговор как-то сам собой плавно перетёк к рассказам о былых временах, когда все они учились в университете.

Поначалу я задавался важным вопросом. Если не ошибаюсь, графу Лазареву сильно больше пятидесяти. Вроде бы пятьдесят семь или старше.

Решив уточнить этот вопрос у самого Молотова, оказалось, что я был прав. Они с Анной действительно учились на одном потоке. Аркадий был на курс старше. А вот Павел Лазарев в тот момент только поступил в магистратуру, отработав некоторое время самостоятельно в принадлежащей их с Райновским семьям фирме.

В итоге я узнал об истории их знакомства. Получается, что Молотов переиграл Лазарева на игровом суде. Блин, а ведь семейное сходство прямо налицо. Я даже вспомнил первую реакцию Насти, после того как сам обставил её в нашей дурацкой викторине. Похоже, что яблочко от яблони недалеко упало. Да и понять, почему Молотова и остальных считали «свитой» в обществе Лазарева, тоже нетрудно. Он был старше. Имел знатное происхождение и всё прочее.

В общем, ситуация действительно забавная.

К сожалению, каким бы приятным ни был в итоге этот вечер, стоило перейти к более важным вопросам.

— Анна, позвольте задать вам вопрос, — начал я, отставив в сторону бокал с вином, к которому после ужина так практически и не притрагивался.

— Конечно, Александр. — Женщина посмотрела на меня. — Что вы хотите узнать?

— Какой у вас срок?

Стоило мне это сказать, как её лицо побледнело. Не сильно, но всё равно заметно, а общее настроение в комнате заметно изменилось и не в лучшую сторону. Глаза женщины напуганной молнией метнулись в сторону Молотова, но тот лишь покачал головой.

— Я ничего ему не говорил, Анна, — произнёс он. — Александр — умный парень, так что не удивляйся. И, надеюсь, тебе станет легче, если я скажу, что полностью ему доверяю. Действительно доверяю, я имею в виду.

— Справедливости ради, — тут же спокойно добавил я, — это не так сильно заметно, как вы сейчас об этом должно быть переживаете. Это действительно просто моя догадка.

Ну вот. Испортил женщине вечер. Всё веселье мигом исчезло из её эмоций, уступив место настороженной подозрительности с налётом тревоги.