Чтение онлайн

– Отлично! – воскликнул Гоша. – Профессор! Предлагаю вам засвидетельствовать своим почтением, так сказать, метод воскрешения из мертвых.

– Что? – не понял тот.

– Прошу вас соприсутствовать при операции, - сказал Гоша.

– Вы что же? Резать её собрались?!

– Ни в коем случае! – снова воскликнул Гоша. – Мы просто приложим к височной области пациентки наш уникальный прибор и по прошествии всего нескольких минут она очнется! Уверяю вас.

– А что за прибор? Можно взглянуть?

Гоша без всякого стеснения достал из кармана свой сотовый телефон и показал профессору. Тот недоуменно уставился на него. Гоша рассмеялся.

– Понимаю этот взгляд, Семен Аркадьевич, - сказал он. – Прекрасно понимаю. Когда Василий Миронович впервые представил его на мое обозрение, у меня было ощущение, что со мной жестоко шутят. Но увидев эффект, я готов был на руках носить своего коллегу… К тому же, - Гоша наклонился к уху профессора. – “Органы” были просто в восторге…

– Ну что ж, - улыбнулся профессор. – Прошу вас коллеги, - он указал раскрытой ладонью на дверь. – Явите мне чудо.

Они отправились втроем в реаниматологическое отделение. По пути профессор спросил Гошу:

– Георгий Афанасьевич, можно задать вам вопрос, касающийся вас лично?

– Всё что угодно, Семен Аркадьевич, - широко улыбнулся Гоша. – Для вас всё что угодно…

– Я заметил,… у вас под халатом,… словом - вы несколько необычно одеты… И эти длинные волосы… Это что? Дань моде середины прошлого века?

– Абсолютно верно, Семен Аркадьевич, - Гоша и глазом не моргнул. – Я, знаете ли, в юности был ярым сторонником движения “Дети цветов”, хиппи, как их раньше называли… Эх, славные были времена… Бесшабашные… Впрочем, уже несколько повзрослев, защитив диссертацию, я так и не смог отказаться от своих убеждений. Они не мешают мне нисколько. Скорее - наоборот, подталкивают к чему-то необычному, прекрасному… - Гоша взглянул на профессора. – А вы, Семен Аркадьевич, я заметил, тоже сторонник пережитой эпохи? От моего взгляда не ускользнул, стоящий в углу вашего кабинета, патефон с набором пластинок…

Профессор рассмеялся.

– От вас ничто не утаишь, друг мой. Вы потрясающе умен и изобретателен. И, конечно, внимательности вам тоже не занимать. Да. Я тоже иногда люблю, знаете ли, вечерком послушать настоящего Утесова…

Они оба весело рассмеялись. Сева был просто поражен своим другом. Он открыл сегодня для себя совершенно другого Гошу – веселого, бесшабашного, проницательного…

“Оказывается, Гоша не лишён чувства юмора. Мне, как другу, стыдно это признавать, но до сегодняшнего дня я его знал не до конца. Даже выдумщик Эдик, по сравнению с ним – любитель”, – мысленно сказал Сева.

“А я, кажется, влюбилась”, - хихикнула Кира.

Сева улыбнулся. Они прошли в одну из палат реанимации, рассчитанную на шесть человек. Профессор отошел на минуту поговорить с дежурной медсестрой.

– Где она? – прошептал Гоша.

“Ой… Я волнуюсь… Сева, не говори ему”.

– Вон та, - Сева указал рукой. – У окна.

Они подошли к лежащей под включенным аппаратом девушке. Сева увидел знакомые черты лица, только несколько исхудалые, но при этом не потерявшие своей природной красоты.

– Она - красивая, - в восторге прошептал Гоша. Севе показалось, что Кира внутри него вздохнула с облегчением.
– Для меня даже слишком…

– Да брось ты, Гошан, - улыбнулся Сева. – Ты ей тоже нравишься… Даже слишком…

“Предатель”, - весело сказала ему Кира.

Подошел профессор.

– Ну что? – сказал он. – Можно приступать.

– Держите, коллега, наше чудо современной медицины, - Гоша протянул Севе свой сотовый.

“Я сейчас упаду в обморок от волнения”, - проговорила Кира.

“Не дрейфь, подруга. Всё прокатит. Если твое сознание грохнется без чувств у меня в башке – это будет нонсенс”, - с этими ироничными мыслями Сева сделал вид, что набирает какие-то цифры на телефоне, нажал кнопку “Отбой” и прижал ладонь правой руки вместе с телефоном к левому виску лежащей Ирины, а левую ладонь к правому виску.

“Поехали”, - мысленно скомандовал он и хотел, было, закрыть глаза, но подумав, передумал.

***

Кира находилась все там же, где он её и оставил в последний раз – заперта в комнате для гостей. Сева открыл дверь и увидел её, замершую напротив телевизора.

– Долго ли длится процедура? – услышал он голос профессора. На экране виднелось только лицо Ирины.

– Это зависит от сложности случая, - отвечал Гошин голос. – Обычно все происходит в течении,… не более десяти минут. При этом реаниматору надо все время находиться без движения и беспокоить его ни в коем случае нельзя. Поэтому, предлагаю нам пока подождать в коридоре…

– Может, тогда, коньячку? – предложил профессор.

– С удовольствием, - ответил Гоша. – Думаю, нам стоит вернуться минут через пятнадцать…

– Договорились.

Послышались удаляющиеся шаги и звук закрываемой двери.

– Правда, Гоша – умница? – сказал Сева и улыбнулся.

Кира резко обернулась, увидела Севу, вскочила и прижалась к нему.

– Ну, ну, - проговорил он. – Полегче, подруга. Я женат.

– Дурак, - улыбнулась Кира. – Я же по-дружески. Знаешь как здесь одиноко…

– Представляю… - улыбнулся Сева. – Ты готова?

Кира часто закивала.

– Тогда слушай. Сейчас ты закроешь глаза и будешь мысленно представлять себе, что ты находишься уже не у меня в голове, а в голове Ирины. Поняла?

Кира кивнула. Сева продолжал:

– Когда ты четко это осознаешь, открывай глаза. Вокруг тебя ничего не должно быть… Ни этой квартиры, ни этой комнаты, ни телевизора, ничего…

Кира кивала.

– Я окажусь рядом и если всё в порядке, “размажу тебя по мозгам”.

– В смысле?

– Сейчас информационная оболочка девушки Иры покинула это тело. Как личность она перестала существовать, умерла, растворилась в своей Вселенной. Но тело её продолжает жить. Оно как пустой сосуд, который ты должна заполнить.

– Ясно.

– Давай.

Они одновременно закрыли глаза.

Когда Сева вновь их открыл, он увидел себя стоящим в абсолютно белой мгле. Киры рядом не было.

– Черт, - ругнулся он и вернулся на кухню.

Кира плакала.

– У меня не получается, - она прильнула к нему. – Я не могу сосредоточиться… Я волнуюсь…

– Да, ладно тебе, - ласково сказал Сева и погладил её по голове. – Закрой глаза и не отпускай меня…

Сева подождал пока она выполнит его просьбу и снова зажмурился.