Чтение онлайн

Дик Гордон колебался. Его лицо то светлело, то темнело. Руки за спиной нервно сжимались в кулаки. Но вот он подошел к Джонни совсем близко и сказал, глядя ему прямо в глаза:

Так ты говоришь, что я трус? Что я прячусь?

Что-то трепетало и искрилось в его зрачках. Зеленовато-серые, они неожиданно для Джонни потемнели; веки были прищурены, голос звучал глухо и угрожающе. Джонни невольно сделал шаг назад:

Да, я говорю, что…

Нет, теперь ты послушай. Я буду говорить. Да, я действительно ошибся. Времени у нас очень мало. Подожди!

Быстрым шагом он подошел к телефону и снял трубку:

Алло! Дежурного по гаражу. Да. Говорит лейтенант Гордон. Да. Подайте авто к штабу. Да, для меня. Нет, шофера не нужно, я поведу сам. Да. Немедленно. Все.

Гордон снова повернулся к Уолтерсу:

Пойдем, Джонни! Там поговорим.

Но куда мы едем?

Там увидишь. А впрочем, чтобы ты не беспокоился, — мы едем на позиции, на нашу базу. Надо же готовиться к утренней операции?

Джонни пожал плечами: Дик Гордон вел себя как-то странно. Однако он накинул шинель и вышел вместе с Диком.

Перед дверью уже стоял автомобиль. Шофер вылез из машины, козырнул Дику и, не говоря ни слова, отошел в сторону. Дик Гордон сел за руль, Джонни легко запрыгнул на сиденье рядом с ним. Машина мягко двинулась, покачиваясь на поворотах. Автомобильные фары бросали вперед яркие лучи белого света, выхватывая из темноты то куски дороги, то обочину шоссе, то телеграфные столбы на повороте. Джонни с наслаждением потягивался под порывами свежего ночного ветра. Автомобиль мчался на восток.

Дик молчал, уверенно управляя машиной, набравшей уже большую скорость: спидометр показывал 120 километров в час. И, когда удары ветра превратились в дикий вой озлобленного, раздраженного скоростью воздуха, Дик, не поворачивая головы к Джонни, начал говорить, притормаживая на поворотах и внимательно вглядываясь вперед:

Нет, Джонни, я не трус. Вовсе нет. Правда, мне трудно освоиться с мыслью, что… что я попаду в лагерь советских войск. Я не знаю, как меня там встретят. Но ты верно сказал, что… что твои мысли — это и мои мысли. Это так. Только я намного сдержаннее тебя — ты сам хорошо это знаешь. Когда… когда ты уже говоришь, я еще обдумываю. Вот, мы мчимся к нашей базе, к моим танкам. И я все еще думаю. Я не знаю…

Лучи фар выхватили из темноты фигуру часового, стоявшего посреди дороги, далеко за поворотом. Дик нажал на педаль тормоза. Машина пошла медленнее и остановилась возле поднявшего руку часового. Дик выглянул из машины. Он показал караульному синюю бумажку — пропуск, поднеся ее к свету фары. Часовой кивнул головой и отошел. Машина двинулась дальше.

Но Дик снова замолчал. Дорога поворачивала то вправо, то влево; она изгибалась, словно змея. Еще несколько минут, и Дик остановил автомобиль возле приземистого здания с большими воротами. Двигатель смолк. И тут оба услышали далекий рев артиллерийских залпов — это грохотал фронт.

Дик вошел в здание. Его встретил офицер с молодым, усталым лицом:

Разрешите доложить, господин командир, на базе все в порядке.

Ясно, — ответил Дик. — Отдайте приказ вывести танк С-613. Да, да, мой танк. Я проведу небольшую разведку вместе с сублейтенантом Уолтерсом.

Есть!

Дик снова вышел из здания. Джонни тихо спросил:

Какая разведка, Дики? Что ты говоришь?

Тебе не все равно? Молчи! — так же тихо ответил Дик.

С приглушенным лязганьем, тяжело поворачиваясь на резиновых гусеницах, из-за угла низенького строения показался приземистый танк. Его странный силуэт лишь угадывался в темноте. Дик Гордон отдал последний приказ офицеру:

Я должен вернуться через час-полтора. Сигнал начинать операцию подам лично. Имейте в виду.

Есть!

Дик сел на место водителя, Джонни встал на место командира танка, в башню. Но Дик решительно сказал:

Слезай, Джонни. Садись рядом со мной, здесь веселее.

Он открыл бронированный щиток, защищавший водителя от пуль, и двинулся вперед.

Танк С-613, самая последняя модель прыгающего танка конструкции Дика Гордона, развивал скорость, мало уступавшую скорости автомобиля. Его резиновые гусеницы мягко ложились на дорогу, подбрасывая танк на вырытых снарядами ухабах. Дик и Джонни молчали. Они приближались к позициям. Что-то звякнуло о броню — шальная пуля. Еще раз… еще…

Дик подал знак Джонни. Тот нажал рычаг — и перед ними опустился бронещиток с узкими прорезями. Дик сбавил скорость, вглядываясь в смотровые щели: они приближались к третьей линии окопов. Дороги уже не было. Танк, тяжело покачиваясь, сползал с бугорка, выбирая дорогу между глубокими воронками от разорвавшихся снарядов. Звон пуль стал чаще, но это не могло повредить танку, одетому в прочные доспехи.

Третья линия окопов… вторая линия… Дик уверенно вел танк в почти полной темноте, по-кошачьи вглядываясь вперед.

На первой линии окопов отдельные удары пуль слились в сплошной звон. Казалось, целый полк выбрал танк своей целью и упорно стреляет в него из винтовок. Танк медленно полз вперед.

Вскоре танк оказался в мертвой зоне, между двумя линиями окопов. Со скрежетом он ломал своим тяжелым корпусом проволочные заграждения, продвигаясь все дальше и дальше. Резкий удар заставил Джонни вздрогнуть: в танк попал небольшой снаряд. Он ударил под углом и поэтому срикошетил в сторону, лишь поцарапав броню.

Вдруг в глаза Дика ударил ослепительный свет. Зажмурившись, он отшатнулся назад.

Прожектор! — воскликнул он. — Нас нашел прожектор!

Он с трудом заставил себя снова взглянуть вперед. Сквозь узкие прорези было видно, что танк приближается к советским окопам. И тогда Джонни, словно сквозь вату, услышал новый приказ Дика, всю странность которого он понял лишь позднее. Но он сразу бросился выполнять его: привычная дисциплина не позволяла терять ни минуты. Дик крикнул:

Поднять пушки стволами вверх.

Джонни нажал на рычаги. Со скрипом, о котором Джонни только догадывался, потому что его не было слышно из-за грохота выстрелов, пушки поднялись к небу и застыли в таком положении. Со стороны это было удивительное зрелище: тяжелый танк медленно полз вперед, бессильно подняв пушки вверх и напоминая человека, поднявшего руки…

Дики, мы сдаемся? — прокричал Джонни.

Вместо ответа Дик Гордон левой рукой выхватил из кармана белый носовой платок и протянул его Джонни, взмахом руки показывая вверх, на бронированную башню. Джонни понял его без объяснений. С ловкостью обезьяны он пролез в башню, открыл верхний люк, прицепил платок к тонкому пулеметному шомполу и высунул шомпол с платком из башни. Он закрыл люк — шомпол остался наверху. Сердце Джонни колотилось с бешеной силой: они выбросили белый флаг… поверят ли советские окопы этому символу мира…