Чтение онлайн

– С той стороны! – Закричал Рэбе, наводят лук с наложенной стрелой куда-то в сторону густого кустарника. До него локтей двести! Уже полтораста! Сто двадцать! Меньше сотни!

Рэбе продолжал отсчёт, зажмурив глаза и отслеживая направление и дистанцию на слух. Мы с Длинным достали мечи и прияли оборонительные стойки. Девчонки прижалась друг к дружке, "спрятавшись" за спиной Толстого, который поудобнее перехватил алебарду двумя руками и приподнял над плечом.

Но, несмотря на приготовление, тварь появилась внезапно.

Кусты раздвинулись, и на открытый участок вылетел эдакий холм неопрятно–коричневого цвета, как будто покрытый глинистой почвой, с запутавшимися в покрывающей его щетине веточками и листиками. В передней части холмика блестели бусинками мелкие красные глазки, чуть ниже них отсвечивали матовым костяным блеском крупные, чуть загнутые клыки. Тварь, выскочив из кустов, и не подумала замедляется. Она чуть довернула и ускорилась, нацелившись точно на Длинного, определив в нем командира противника. Коротенькие, на первый взгляд, лапы с прочным копытцами, с новой силой ударили в землю, ускоряя эту живую торпеду. Дикий секач (между прочим, один из самых смертоносных обитателей наших лесов!) мчался прямо на соперника. А Длинный, как зачарованный, выставил меч перед собой, намереваясь встретить лобовой удар противника. Идиот! Куда он хочет ударить мечом матерого дикого кабана? В лоб? Да проще наковальню в кузнице пробить мечом, чем его лобовую кость! Да его такой таран просто сметет и отбросит на ветви ближайшей сосны, вместе с мечом! А сам разве что шрам над бровью получит. Нет, это медведя, если повезет, можно взять на рогатину, но не кабана. Этого нужно бить сбоку, под лопатку. И изо всей дури, чтобы пробить жёсткую шкуру, покрытую слоем глины, а потом пройти через плотные мышцы, связки, не завязнуть в подкожном сале и добраться до сердца. И то, даже смертельно раненный зверь попытается (и успеет!) расправиться с незадачливым охотником.

– В сторону, идиот! – заорал я, наплевать на субординацию и армейское единоначалие и зачем-то изо всех сил прыгнул в его сторону.

Кажется, с перепугу я побил все существующие рекорды по прыжкам с места, врезался в плечо Длинного и едва не покатился вслед за ним. Зато в последний момент убрал командира с траектории живого тарана, да и сам оказался чуть сбоку, в удобной позиции для удара.

Картинка перед глазами словно замедлилась, я в лёгком ступоре наблюдал, как смертоносные клыки скользнули в нескольких пядях от моей ноги, а острые копыта взрывают место, где ещё не распрямилась трава, не которой доли секунды назад стоял Длинный. Мелькнула налитый кровью глаз. За ним место, где у остальных животных была бы шея, затем меня качнул ветром, который создавала пролетающая мимо туша. Взгляд автоматически упёрся в точку, единственное уязвимое место этого монстра. Оно размещалось чуть выше моего пояса, намного выше, чем у обычного секача. Но я все же успел сделать единственное, что могло бы меня спасти: успел поднять меч и до упора, налегая всем телом и упираясь подошвами сапог в грунт, вонзил его туда, где у зверя должно находиться сердце. Меч вошёл в тугую плоть больше, чем на локоть. Затем я ощутил рывок, и рукоять вырвало из моей руки. Зверь, не замедляясь, промчался мимо, пытаясь затормозить всеми четырьмя. Домчавшись, замедляясь, до противоположных кустов, это живое исчадие Аида развернулось и уперло в меня ненавидящий взгляд мелких красных глаз. Кабан готовился вернуться и уничтожить обидчика. Ситуация повторялась, но на этот раз я был почти безоружен. Не считать же оружием в данном случае дагу, с совершенно смешной длиной лезвия. Ей можно разве что в зубах этого монстра поковыряться, когда он будет жрать тот мешок с фаршем, который от меня останется после его удара. Но зверь почему– то не нападал. Он стоял и смотрел на меня. В какой-то момент мне показалось, что выражение чистой ненависти в его взгляде сменилось недоумением. А в следующий момент его передние ноги подогнулись, и монстр ткнулся мордой в землю. А затем новость о том, что пробитое мечом сердце перестало биться, дошло и до тщательно упрятанного в глубине черепа мозга. Глаза монстра заволокло мутной пеленой, он рухнул (даже земля под нашими ногами вздрогнула!) на бок, пару раз дернулся и затих. В этот момент пришёл в себя Толстый. Он подскочил к поверженному противнику и изо всех сил опустил топор на его голову. Сказать по правде, особого эффекта это на покойного не произвело: все-таки его череп оправдал надежды. Прочная конструкция!

– Успокойся, Толстый, – окликнула его Ледышка. – Искр его прикончил, пока ты в себя приходил и размахивался.

– Может, это и есть твоя скрытая способность, а? – обратилась ко мне Светлячок. – Уж больно ты быстро двигался! А даже моргнул не успела, а ты уже кончил!

– Главное, чтобы эта его способность в семейной постели не появлялась, кончать с такой скоростью, – схохмила Ледышка, разрядив обстановку.

– Насчёт кончать до срока, это я лично проконтролирую, – не ведясь на подкачки, ответила Светлячок. А тебе до наших половых проблем дела не должно быть никакого.

– Так, закончили пустой трёп, – оборвал начавшуюся пикировку Длинный. – не забывайте, наше дело не этот кабанчик-переросток, а Лютая Стая. Сами слышите, вон они вдали переговариваются. Так что собрались в кучку, и готовимся к неожиданностям!

Но приготовиться мы не успели. Я только сделал шаг к тушёный погибшего в неравной схватке кабанчика, как по ушам ударил запредельно силы и высоты свист. Запредельно громкий, да ещё и модулированный, он буквально врезался с мозг, даже не через уши, а через кости черепа. А ещё заставлял вибрировать внутренние органы. И прежде всего воздействовал на пищеварительную... а точнее, шлаковыделительную и мочеиспускательную системы. И я изо всех сил напряг сфинктер и сжал ягодицы, чтобы не обделаться. Честно говоря, опасение испачкать штаны уверенно конкурировало с вполне естественным инстинктом самосохранения, и даже перекрывало чувство опасности.

Доносится этот ужасный звук, казалось, со всех сторон. Подборов минутную слабость, я, прижав ладони к ушам в попытке заглушить звук, оглянулся вокруг.

Уши пытались зажать почти все наши. Четыре фигуры: Длинный, Толстяк и обе девчонки присели, прижав ладони к ушам. А вот Рэбе, хотя и самый чувствительный и пострадавший от свиста больше всех, стоял прямо и, не обращая внимания на расползающееся по штанам тёмное пятно, выпускал стрелу за стрелой куда-то вверх.

Затем он на секунду замедлился, набирая в лёгкие воздух и задерживая дыхание (видимо, готовясь у ответственному выстрелу) и почти одновременно произошло несколько событий: перекрывая свист, испуганно заверещала Светлячок; Рэбе пустил стрелу почти горизонтально; раздался сдвоенный удар: стрела пробила что-то мягкое и с характерным звуком врезалась в дерево. А затем, почти сразу, зловещий свист сменился жалобным писком, в сопровождении хрипов и бульканья.

Проследив за направлением полёта стрелы, я не сразу рассмотрел, что стрела прибила к стволу сосны, на высоте чуть выше моего роста, странную крылатую тварь. Наверное, это был какой-то подвид летучей мыши: чёрное тельце, покрытие короткой жёсткой шерстью, уродливая морда и пасть, полная острых мелких зубов, раскрытая в жалобном вопле, и широкие кожистые крылья, одно из которых повисло сломанной тряпкой после удара о дерево. Крылья казались тонкими парусами, или перепонками, растянутыми между растопыренными пальцами. Эти длинные, гипертрофированные пародии на пальцы заканчивались острыми, черными, загнутыми когтями. И на сломанном крыле с когтей стекали тягучие капли красного цвета.

Взглянув ещё раз, обнаружил источник крови: Светлячок лихорадочно пыталась закатать стремительно пропитывающийся кровью подранный рукав. Это ж надо: одним движением летающая тварь не только порезала крепкую ткань охотничьего куртки, но и рукав защитного комбинезона и глубоко взрезала мышцы руки.

Я бросился на помощь своей... подруге, но та остановила меня, показав жестом: "Не паникуй, ничего страшного, сама справлюсь!" С другой стороны, к ней развернулась Ледышка и начала накладывать на рану "заморозку". Ну ладно, не буду мешать. В конце концов, медицинскую помощь у нас в отряде оказывают как раз девушки, так что лучшая помощь, которую я могу оказать, это не вмешиваться.

– А это ещё что за чудо с крылышками? – задал вполне уместный вопрос Толстый.

– Похоже, обычный Крылан, – отозвался все знающий Рэбе. – только в этом лесу завелась что-то, что всех их изменило, и усилило. И банальная летучая мышь превратилась в такого вот "Соловья-Разбойника".

– Да уж, свистит он и правда, мощно. Я аж обосрался немного, – простодушно сообщил Толстяк.

– Да я тоже немножко не сдержался, – согласился с ним Рэбе. – И шустрый, зараза! Пять стрел мимо пролетело. Если бы Светлячок его не задержала, то не уверен, что вообще попал бы!

– Но все хорошо, что хорошо кончается, – с облегчением подвёл итог Толстый.

– Эй, не расслабляться в строю! – оборвал их беседу Длинный. – не забываем, что основное задание ещё не выполнено! Наша цель – Стая. А учитывая, какие изменения мы видим у этих зверушек, я все больше начинаю верить в крестьянские сказки о размерах и силе этих тварей. Собрались! Сейчас будет финальная схватка! И Искр, забери свой меч!

Я подошел к все еще пугающей туше кабана, взялся за рукоять и потянул на себя. Ну да, меч застрял в прочных мышцах надежнее, чем оружие знаменитого древнего рыцаря в каменной плите!

Стянув перчатки, ухватился за рукоять надежнее, уперевшись одной ногой в тушу зверя, и потянул оружие на себя, пытаясь его немного раскачать оружие из стороны в сторону. Как пробку из бутылки с вином в родительском погребке. Но как только меч начал понемногу поддаваться…

– Вот и они! – воскликнула Ледышка, разворачиваясь лицом к чаще, из которой свернули несколько пар кроваво-красных пар огоньков. Разум подсказывал, что это, видимо, глаза волков, которых мы вместе с загонщиками должны загонять на номера. Но сознание отказывалось прислушиваться к голосу разума. Для начала, огоньки были слишком высоко от земли, так что принадлежали, как минимум, лошадям. Или животным, равным лошадям по росту. Хотя вой, раздававшийся почти рядом, заставлял все же принять сторону разума. Который, в свою очередь, призывал залезть на ближайшее дерево и спрятаться поближе к верхушке: сражаться с монстрами таких размеров, или, тем более, убежать от них он полагал невозможным.