Чтение онлайн

И только размяв партнершу до кондиции «мягкого теста», приподнял тело, устроил её ноги на своих плечах и вдумчиво приступил к «основному этапу» семейного общения. Не забывая при этом о циркуляции силы в «котле» и прямой передаче энергии. А также попытался настроить «прием» энергии в процессе. И вдруг, в момент наивысший напряжения, вдоль позвоночника как будто вонзили острую раскалённую иглу. Но я ухитрился не прекратить с перепугу фрикции, и сплошная боль быстро утихла, оставив «очаговую». Насколько я помню, центрі боли оказались именно в тех местах, где располагался «дополнительные» котлы, или «чакры», согласно Чинезидской рукописи. А может быть, мне просто так показалось. Но меньше, чем через минуту во мне как будто появились «дополнительные силы».

Правда, продержался я на этом «допинге» недолго. Минут пять, максимум. А потом все закончилось, хотя и достаточно бурно.

Опустив партнершу на лавку, отправился обмываться. И как только успел вытереться насухо, в дверь постучала Надя, сообщая, что утренний кофий опять готов. Вот за что я ценю эфиопскую служанку, так это за умение заваривать кофий. Честно говоря, я и Вику пытался заставить обжаривать и молоть зерна и заваривать напиток, и даже специальные сосуды («джезвы» или «турки») прибрел. И даже сам пытался что-то делать, но без особого результата. А Викина эфиопка (или Абиссинка, если следовать новой моде) все равно делает кофий лучше. Колдовство какое-то!

Взбодрившись маленькой чашечкой почти черного напитка, мы с Викой (а также Крушельницкий и Элеонора) выбрались на набережную, быстро поймали лихача и отправились в Академию. Появившись в казарме, обнаружили всю нашу команду уже на месте. А потом все вместе отправились на занятия.

На этот раз магистр Гаркилд поставил меня спарринговаться с курсантом третьего года. Официально предупредив, что на этот раз дуэль должна идти в полную силу, с применением всего арсенала — нападающего, защитного и магического.

Начало прошло достаточно стандартно. Укол-защита-уход-парирование-смена стоек... даже дагу вводить в борьбу почти не пришлось. Тем более, что партнер не использовал второе оружие (щит или кинжал) в качестве дополнительного. Затем партнер начал вторую атаку, и вдруг на миг прервался и взмахнул левой рукой, как будто швырнув мне в грудь что-то. Парировать я не успевал, и даже не увидел атакующего агента. Ни огонька, ни сосульки, или даже завихрения воздуха, как при уларе «воздушных кулаков». Но чем-то мне это движение не понравилось. И усилием не то воли, не то сознания, не то силы духа, выбросил перед грудью пучок энергии, сформировав из пучка что-то вроде «зонтика», который тут же окрасился в радужные цвета под действием чужой энергии. Отдельные «брызги» разлетелись а разные стороны, и одна такая «капелька» вонзилась в бицепс левой руки. Сгибатель тотчас расслабился и рука с дагой свободно повисла. Но с правой рукой все было в порядке. Поэтому я тут же нанес укол в грудь расслабившемуся, в ожидании результата атаки, сопернику.

Чему тот, судя по поведению, сильно удивился. Похоже, его невидимый «удар» должен был, как минимум, полностью расслабить все мои мышцы. А то и нарушить деятельность внутренних органов. Так что ответный удар был для него совершенно неожиданным — он даже заранее опустил свою шпагу, настолько был уверен в эффективности своей атаки. Или полностью выложился, так что сил на дальнейшее наступление у него не было.

Но, как бы там ни было, победа оказалась за мной, а соперника ухватили санитары, которые крутились поблизости. А ко мне подскочил удивленный магистр Гаркилд.

— Барон? Как себя чувствуете?

— Так себе, Иероним Федорович, — честно ответил я. — Дьявол подери, но я не собирался серьезно ранить соперника. Он, честное слово, сам нарвался! Совершенно забыл в какой-то момент о защите! Должен был среагировать на простой прямой укол! Не понимаю, что с ним случилось.

— А как Ваша рука?

— А что рука? Нормально с ней все, — я как раз разминал локоть, сунув шпагу в ножны. — На пару секунд ослабла, но уже пришла в норму. Готов к следующему сопернику.

— А как Ваш запас энергии? Скажу честно, после такой атаки и курсанты более старших курсов не всегда поднимаются. А как Вам удалось отразить атаку? Совершенно необычный щит!

Это даже не «кокон», который изучают на втором году обучения. Я такого даже сам ни разу не видел. Так как там с запасом энергии?

— Нормально все с запасом, — оценил я наполнение «котла». — А откуда взялся этот «всплеск», даже не знаю. Получается, я совершенно интуитивно поставил защиту... а от чего я поставил защиту, Иероним Федорович? Я как-то даже понять не успел.

— Защитился ты от сильной ментальной атаки. Она должна была, как минимум, все твои мышцы в кисель превратить! Во всяком случае, его однокурсники с трудом от такой атаки защищаются. Точнее, уходят от нее. Но не все и ценой значительной потери силы. Да, интересный вариант подсказал Клаус Павлович. Он с Вами по какой-то особой методике занимается?

— Похоже, что да. Называется «испугай обучаемого до усрачки». И мне приходится каждый раз выпрыгивать из шкуры, чтобы справится с очередным заданием. А может быть, просто мстит мне за то, что я узнал его секретный метод усиления личной колдовской силы, и даже сумел перекупить его персонального инструктора.

— Вы занимаетесь с его личным инструктором? И как она Вам?

— Нет, всего один урок и самые основы. Все-таки очень дорого стоят такие уроки. Но результат уже виден!

— Да уж, с этим не поспоришь. Ну что ж, продолжайте тренироваться. А я займусь пока другими курсантами.

Он отошел, а я, чуть отдохнув, принялся отрабатывать стандартные уколы из разных позиций на чучелах. Все равно ведь делать нечего! Пытаясь время от времени запустить в них «магический удар» левой рукой.

Больше ни в тот день, ни в остальную неделю, до Бала, никаких происшествий не случилось. Если не считать повышенного интереса ко мне со стороны курсантов третьего года. Оказалось, что моего «спарринг партнера» мало кто любил, ведь с его «даром» мало кто мог справиться. А я уложил его к целителям на насколько дней! В результате стал своего рода достопримечательностью. На этом уровне и провел остаток недели.

Вика при этом целыми вечерами проводили со швеями, выбирая ткани и фасоны: оказалось, эти вещи взаимно связаны. Даже меня при этом часто вечерами выдергивали на измерения, примерку и показ различных картинок. Причем мое безразличие к изображениям доводило почему-то швей и портних чуть ли не до слез. Было бы чего реветь! Тут мне стоило бы посочувствовать.

Но, наконец, неделя подошла к концу. И было объявлено о начале традиционного Академического Бала. Да, именно с большой буквы, так как это оказалось общегородским событием. Которое, по слухам, собирался посетить кто-то из свиты Генерального Секретаря.

Не исключено, что кто-то уже задумался о полной несовместимости понятий «дворянство» и «Генеральный Секретарь». Подразумевающее «Власть Советов». На самом деле ничего странного в такой комбинации нет. Да, в первые годы после «Великой Революции», которое один известный поэт назвал «Русским бунтом», противоречие біло. Имелись все его приметы: «бессмысленный» и «беспощадный». Когда толпа люмпена, объединенная представителями «Народной Воли» уничтожали прежде всего дворян, затем заводчиков (справедливо считая их виновниками разорения деревенского уклада), кабатчиков и купцов (с банками, построенными в форме небольших крепостей, толпы народа справиться не могли), а потом и зажиточных крестьян. Но боевой задор быстро сошел на нет, а остатки были подавлены сторонниками Первого Секретаря, подобравшими упавшую на землю власть. А затем оказалось, что в дворянских семьях внезапно появились «одаренные», и в результате даже один человек оказался способен уничтожить неорганизованную толпу, вооруженную преимущественно шанцевым и сельскохозяйственным инструментом.