Чтение онлайн

– Ты похожа на боксёрскую грушу.

Света уставилась на Люську, подумала и спокойным голосом ответила:

– До свадьбы заживёт. У меня к вам большая просьба. Уже поздно… могу я у вас переночевать? Утром я уеду.

– Переночевать можно, – Люська отбросила журнал. – Но с одним условием. Сначала ты расскажешь, кто тебя так оттюнинговал. Предупреждаю, начнёшь переводить тему разговора или опять что-нибудь попросишь, включив дурочку, я вызову полицию. В конце концов, они обязаны знать, кто посмел распустить руки. Решай! У тебя десять секунд, время пошло. Раз… два…

– Мы с мужем возвращались с вечеринки, – нехотя ответила Света. – Всё было хорошо, потом он начал придираться к моему платью. Завёл старую пластинку, платье слишком откровенное, типа я его специально выбрала, чтобы на меня все глазели. Накрутил себя и с катушек съехал. Я пыталась отшучиваться, он только злился. Слово за слово, вдруг он остановил машину и… ударил. Один раз, второй… Бил по лицу. Я выскочила, он за мной.

– Вот сволочь! – в сердцах выкрикнула Люська.

Алиса гладила Свету по плечу, Димон, я так понял, ему были неинтересны признания, вертел в руках смартфон.

– Он меня нагнал, – продолжила Света. – Схватил, хотел снова ударить. Не знаю, откуда у меня взялись силы, саданула его ногой по колену, он согнулся от боли. Благодаря этому мне удалось скрыться. Местность незнакомая, бежала наугад, надеялась встретить людей. Потом услышала лай собаки, вот, в принципе, всё.

– Наверное, твой муж сейчас тебя ищет.

– Не думаю, он уедет. Я его знаю. Походит минут тридцать и уедет.

Люська сверлила Свету глазами. По взгляду было трудно догадаться, какие мысли блуждают в её голове.

– Это, конечно, не моё дело, – осторожно проговорила Алиса. – Но ты должна написать заявление в полицию.

– Что ты, – Света испуганно заморгала. – Ни в коем случае!

– Домашнее насилие дело наказуемое.

– Мой муж слишком импульсивный, ревнует меня к каждому столбу. Отсюда и рукоприкладство.

– Ревность не оправдание. Ревность – это диагноз.

– Он хороший человек.

– Она его ещё защищает, – негодовала Люська. – Сколько тебе лет?

– Двадцать три.

– А замужем давно?

– Год.

– И уже битая. Капец! Полагаю, он дал волю кулакам не впервые.

– Угу.

– С самооценкой у тебя большие проблемы, – сказал я. – Занижена – ниже некуда.

– Золотые слова. Я редко соглашаюсь с братом, но сейчас Глеб прав на все сто.

– Почему ты терпишь побои? – спросила Алиса.

– Люблю его.

– У меня нет слов.

– А у меня есть. Она мазохистка! – Люська приблизилась к Свете. – Можно посмотреть на твои ссадины поближе?

– Смотри.

Люська изучала лицо Светы минуты полторы, после чего заявила:

– Отлично.

– Не поняла, что там отличного. Не лицо, а маска ужаса.

– Не обращай внимания. Лучше скажи, ты работаешь, учишься?

– Работаю.

– Где?

– В магазине бытовой техники, продавцом консультантом.

Люська начала забрасывать гостью вопросами, но Света, сославшись на боль, попросила разрешения прилечь.

– Пойдём, провожу тебя в спальню для гостей.

– Люсь, я с вами.

Оставшись вдвоём с Димоном, я спросил:

– Как тебе история?

– Так-сяк. Стрёмная эта Света.

– Если бы тебя часто били, сам был бы стрёмный.

– Не спорю.

– Что ты в телефоне искал?

– Не искал, а снимал. Свету.

– На фига?

– А не знаю, Глебыч, – честно признался Димон. – Какой-то внутренний порыв возник.

Вскоре спустились девчонки, начался спор. Алиса настаивала на вызове полиции, твердила, они вынудят Свету написать заявление на мужа. Я пытался ей втолковать, полиция ничего не станет требовать. Им попросту не нужны лишние хлопоты. Если сама потерпевшая защищает своего обидчика, о чём здесь вообще можно говорить.

Проспорили до глубокой ночи, затем разошлись по комнатам.

Утром, отказавшись от предложенного завтрака, Света заторопилась домой. Я вызвал ей такси. Через полчаса она махнула нам рукой и упорхнула.

– Как вам это нравится, – спросила Люська. – Муж бьёт, а она твердит о любви.

– Любовь зла.

– Ничего подобного, Дим! Вы настолько доверчивы и наивны, что не видите очевидного.

– В смысле, Люсь?

– Ежу понятно, Светка вешала нам лапшу на уши. Я не поверила ни единому её слову. Из неё актриса, как из Буля гончий пёс.

– Для чего ей врать?

– Неужели вы реально купились? Ха-ха-ха! Она продавщица. Умора! У неё рост сто восемьдесят пять сантиметров, и ноги от ушей растут. С такой внешностью в магазине делать нечего. Дослушайте, и убедитесь в моей правоте. Обратили внимание на платье?

– Красивое, – призналась Алиса.

– Симпатичненько, – повёл плечом Димон.

– Симпатичненько? – передразнила Люська. – Знаешь, сколько стоит это платье? Дизайнерская вещь! Тысяч на пятьдесят потянет. В шмотках я научилась разбираться, спасибо Диане. Так вот, отсюда возникает маленький вопрос, на какие деньги она купила платье?

– Наверняка муж купил.

– Муж, говоришь. Допустим. Значит, можно сделать вывод, что он обеспеченный человек. Так?

– Естественно, – меня начал раздражать поучительный тон сестры.

– Тогда ответьте мне, с какой стати жена обеспеченного мужа, который ко всему прочему ревнив и неадекватен, работает продавцом консультантом? Неувязочка выходит. Светка сама сказала, муж придрался к откровенному наряду. Следовательно, не он ей купил платье! Сечёте фишку?

– К чему ты клонишь, думаешь, у мужа нет денег?

– При чём здесь муж? Нет у неё никакого мужа! Свету преследовал другой человек. – Люська задумалась. – Что-то здесь не то. Но Светка при деньгах, это вне всяких сомнений. Поделюсь своими наблюдениями. У неё наращенные ресницы и волосы, изменена форма носа, в скулах наверняка импланты, да и губы обколоты. И колечко на пальце с бриллиантом карат эдак в пять – говорит само за себя.

– Нет мужа, есть любовник, – зевнул Димон. – Чем не вариант. Какая нам разница, соврала она или нет? Главное, помогли человеку: обработали раны, предоставили кров, вызвали такси. Собственно, на этом наша миссия закончена.