Чтение онлайн

— Насмерть? — спросил Таран.

— Точно. Притом сделали вид, будто он сам себе горло бритвой располосовал. Номер снаружи заперт на ключ, санузел изнутри заперт на задвижку, а в ванне труп плавает. Вот так, брат, так что ты смотри, осторожней. Мужика этого, с кем встречаешься, хорошо знаешь?

— Вроде бы, — пожал плечами Юрка. — Так я пойду?

— Паспорт покажи, я запишу в книгу посетителей, — скорее предложил, чем повелел четвероюродный дядюшка, но Юрка беспрекословно полез за пазуху. Муравьев добросовестно записал все Тарановы реквизиты, вернул паспорт и сказал: — Проходи!

Таран прошел к лифту и поехал на пятый этаж, пытаясь сообразить, зачем он все-таки мог понадобиться Нефедову. Все, что он ни придумывал, вертелось вокруг Полины и Борьки. Насчет того, откуда новоиспеченный дед знает адрес и телефон своего «зятя», Юрка не задумывался. Ведь при Полининых способностях можно узнать все! Прямо из Юркиного мозга. Даже такая мыслишка зашевелилась: а что, если ее папаня тоже мысли читать умеет или, того хуже, людьми управлять, как его доченька?

Впрочем, лифт шел довольно быстро и вскоре остановился на пятом этаже. Юрка вылез, подошел к столику дежурной по этажу и на всякий случай спросил:

— Извините, как пройти в 511-й?

— Прямо по коридору, с левой стороны, — ответила дежурная.

Все четные номера, начиная с 500-го, располагались справа, все нечетные, начиная с 501-го, — слева, так что систему Таран понял мгновенно и быстренько добрался до нужной двери. Из вежливости, конечно, постучал:

— Можно? Михаил Алексеевич, это Юра Таран.

— Да-да, входите! — отозвался тот самый голос, который Юрка слышал по телефону. — Входите, не заперто…

Таран вошел в полутемный коридорчик, где справа располагалась дверь, ведущая в санузел, а слева — стенной шкаф и вешалка. В самом номере светился только экран телевизора, перед которым просматривалось кресло, где кто-то сидел и вроде бы смотрел на экран. В некотором недоумении Юрка сделал по инерции пару шагов вперед, услышал позади легкий скрип и тихий шорох, но обернуться не успел, потеряв сознание от сильного удара по голове…

В тысяче километров к северу от родного облцентра Юрки Тарана несколько ментовских машин сгрудились в переулке, у въезда в злополучную подворотню, где фары освещали бездыханные тела Парамона, Семы и Пинцета. Чуть в стороне от «уазиков» и «шестерок» с милицейскими эмблемами и мерцающими мигалками стояла черная служебная «Волга» начальника областного УВД генерал-майора Теплова, а поблизости от нее темно-зеленый «БМВ» с номерами областной администрации. В «Волге» скромно покуривал водитель-милиционер, а сам Теплов находился в «БМВ», вокруг которой прохаживались шкафообразные дяди в черных кожанках и надвинутых на глаза кепочках. Было у них что-то общее с теми, кто сейчас вылеживался в подворотне, дожидаясь, пока оперативно-следственная группа завершит осмотр места происшествия. И быть может, кто-то из них, взирая на тела Парамона, Семы и Пинцета, с тоской подумывал, не закончит ли и он свой жизненный путь подобным же образом.

В салоне «БМВ», кроме Теплова, находился временный хозяин иномарки — заместитель начальника службы безопасности ЗАО «Белая куропатка» господин Федор Степанов. То есть тот самый Федя, с которым незадолго до собственной гибели в ДТП общался Хром.

— Значит, ты мне все рассказал? — поглядывая на великана из-под набрякших век, спросил генерал.

— Все, что Леха санкционировал, — дипломатично отозвался Федя, пуская в полуопущенное стекло струю дыма. — Он утром приедет — беседуй с ним еще. Можешь Алпатову к базару подключить.

— Пойми, Федор, — поморгав при упоминании фамилии областной прокурорши, нервно произнес Теплов. — Я ведь ни тебе, ни себе не враг, можешь догадаться. Просто мне надо быть в курсе всей этой истории. Чтоб весь этот следственный процесс поехал в ту сторону, которая не заведет слишком далеко.

— Вась, излишне не суетись! — посоветовал Федя. — То есть не старайся узнать слишком много. А то могут неправильно понять, знаешь ли.

— Господи, — заторопился Теплов, — ты что, думаешь, я идиот и сильно хочу срок мотать, если Алпатова в архиве покопается и мое дело по старой 173-3 на свет божий вынет? Я, брат, об этом и по ночам не забываю…

— Это очень хорошо, товарищ генерал, что вы такой памятливый! — осклабился Федя. — Кстати, не слыхали, прошла у господина Грызлова идея сажать ментов на общих основаниях или нет? Одно время про это даже в газетах сообщения были… Во было б смешно когда-нибудь на одну зону попасть!

— Несерьезно все это, Федор, — поморщился Теплов. — Боюсь, что Сенсей тебя не очень хвалить будет. А без меня, извини, ты вашего «партнера» долбаного не поймаешь. Даже если я тебе все, что сыщики накопают, выложу на блюдечко. Так что пораскинь своими мозгами, дорогой. Башка-то вроде большая, небось шестидесятый размер ушанки носишь.

— Я ушанку, гражданин начальник, не надевал с тех пор, как откинулся, — заметил Федя, — эдак лет десять уже. И по новой учиться, как ее носят, не очень хочу.

— И что, уши не мерзнут? У нас прошлой зимой к минус сорока подходило, неужели и тогда в кепке щеголял?

— Вязаную носил. Но вообще-то у меня и пыжик есть, и ондатра. Даже бобра подарили, только пошить не соберусь никак. Но даже нормального пыжика обозвать «ушанкой» — это профанация.

— И откуда ты такие слова знаешь, Федя? — изумился Теплов.

— А от нас господин Сенин требует повышения культурного уровня, — Федя еще раз оскалил золотые фиксы, — как-никак, до XXI века дожили!

— Ладно, — кивнул Теплов, — это очень приятно слышать. А вот насчет того, что тебе завтра скажет Сенсей, ты все же подумай. А скажет он тебе много не самых лучших слов. Потому что, как мне кажется, завтра он будет очень недоволен тем, как ты тут передо мной партизанку-несознанку разыгрывал.

— Это наши проблемы, — пробухтел Федя менее уверенным тоном.

— Нет, господин Степанов! — покачал головой генерал. — Это наши общие проблемы. Судя по предварительным данным — вскрытие точнее определит! — ваши подчиненные были убиты пять-шесть часов назад. Средняя безопасная скорость автомобиля по нашим дорогам — семьдесят км в час. Стало быть, гражданин, который положил этих троих юношей, мог удалиться на расстояние от 350 до 420 километров. То есть покинул пределы нашей богоспасаемой области и одновременно моей юрисдикции. Прошу вас помнить, что и юрисдикция госпожи Алпатовой ограничивается той же территорией. Логику улавливаете, гражданин Степанов?

— Почти, — кивнул Федя. — То есть вы намекаете, товарищ генерал, что дальше его ловить уже не будете?

— Нет, гражданин Степанов, вы не до конца эту логику прочувствовали! Небось лучше меня понимаете, что даже самый крепкий профессионал не застрахован от разных случайностей. То есть от того, например, что его физиономия какому-нибудь постовому не понравится или какому-то гаишнику его права покажутся липовыми. А у него при себе почти наверняка — крупная сумма денег в инвалюте. Возможно, правда, фальшивых. Потому как рядом с трупом потерпевшего Пинчука Станислава Ивановича, он же Пинцет, обнаружили инфракрасный детектор, да и сам этот гражданин Пинчук имел ходки как за валютные спекуляции, так и за изготовление фальшивых дензнаков. Опять же, не исключено, что при вашем… хм!… деловом партнере случайно пушечка отыщется. Потому что три гильзы от 5,45 «ПСМ» ребята нашли, а самого пистолета нет. Как видно, товарищ свое оружие любит больше, чем надо. Оно и понятно, простой «ПМ» на любом базаре купить можно, а «ПСМ» или «дрель» — увы, они и встречаются пореже, и стоят подороже…