Чтение онлайн

Храм Посейдона и пропилеи

Храм был разрушен во время персидского нашествия, возможно, еще до завершения строительства. На его месте между 444 и 440 гг. до н.э. на известняковом основании архаического храма из мрамора был возведен мраморный храм дорического ордера, окруженный колоннами (6х13 колонн, 31.1х13.5 м). Площадка вокруг была выровнена с использованием материалов, оставшихся от стен прежнего здания. Из 34 колонн 15 к настоящему времени восстановлены, одна из колонн хранится в Британском музее. Их высота составляет 6.1 м, а диаметр – 1 м у основания и 79 см у вершины. Внутренняя колоннада и стены целлы почти не сохранились. Внутри целлы стояла шестиметровая бронзовая статуя Посейдона. Предположительно она была покрыта золотыми пластинами. Ее прототипом считают статую, найденную в море вблизи мыса Артемиссион.

Абрис метоп храма Посейдона

Крыша храма была украшена традиционными антефиксами в виде пальмовых листьев. Фронтон декорировался скульптурами, из которых сохранилась лишь одна безголовая фигура сидящей женщины. Над целлой и над птероном (внешней колоннадой) размещался фриз со сценами из кентавромахии (битва лапифов и кентавров) и гигантомахии (битва олимпийских богов и титанов), а также сценами из подвигов Тесея. Части фриза выставлены в музее Лавриона, но большая часть хранится в Национальном Археологическом музее Афин. К сожалению, фриз дошел до нашего времени в очень плохом состоянии и фигуры на нем едва различимы.

Считается, что храм Посейдона на мысе Суний имел много общего с храмом Гефеста и Ареса на афинском Акрополе и храмом Немезиды в Рамнунте, а потому все эти сооружения являются творением одного и того же архитектора.

В святилища можно было войти только через монументальные пропилеи, находившиеся в северо-восточной стене. Они были построены из известняка и мрамора и имели размер 13.4х9.3 м. Конструкция пропилей предполагала по две колонны с каждой из коротких открытых сторон и по две колонны в центральной части, что создавало тройной вход. Боковые проходы имели ширину чуть более метра и были предназначены для пеших путников, а центральная часть с наклонным полом была шириной 2.2 м и предназначалась для повозок. Небольшое помещение, расположенное между пропилеями и стоей, могло служить будкой для охраны.

Сразу к западу от пропилей были трапезный зал, который использовался для проведения ритуальных пиршеств, построенный в 5 в. до н. э., частично из обломков колонн раннего храма Посейдона. Также к западу от пропилей размещалась северная стоя длиной 38 и шириной 10.7 м. Она также была построена из материалов, оставшихся после разрушения первого храма Посейдона. Со стороны фасада стоя имела девять колонн дорического ордера. Внутренняя колоннада, делившая портик вдоль на две части, состояла из шести колонн, основания которых сохранились до наших дней. Западная стоя, примыкавшая к северной, была заметно меньше – 21.2х5.9 м – и не имела внутренней колоннады. Оба портика предназначались для торговли и размещения паломников.

Крепостное сооружение вокруг святилища представляет так называемую "циклопическую кладку" – подогнанные один к другому камни разной формы и величины. Внутренняя кладка считается более поздней, поскольку состоит из примерно одинаковых отесанных камней правильной формы.

При постройке крепости периода Пелопоннесской войны (413 г. до н.э.) она имела 14 оборонительных башен. Стена на севере заканчивалась самой крупной башней укрепления, а с южной стороны – бастионом, примыкающим к святилищу. Между 10 и 11 башнями находился вход в крепость. Скорее всего, ранее входы были по сторонам 2 башни, и они были заложены в ходе постройки бастиона. На севере к крепостной стене примыкал причал-элинг.

Стена представляла собой две каменные выкладки, пространство между которыми было заполнено камнями и землей. Ширина стены была 2-3.5 м. Вход на стену осуществлялся через лестницы на 4 и 5 башнях. К башне 7 был пристроен маленький храм, назначение которого теперь уже не установить.

Стена святилища, пропилеи и обе стои были построены одновременно со вторым храм Посейдона.

В пределах крепостной стены находилось поселение, которое существовало с незапамятных времен, а потому здания многократно перестраивались и не имели определенной принадлежности к какому-либо периоду. Последние перестройки, вероятно, относятся к 3–2 вв. до н.э. В 1907 г. раскопана лишь центральная часть поселения – улица 3-3.5 м шириной и длиной около 100 м, а также поперечные проулки шириной 2-3 м, которые создавали кварталы размерами 30х30 м, куда входило по четыре дома, что вполне соответствует современной планировке небольших греческих городков.

Схема открытой части поселения на мысе Сунион

Артефакты из святилища Посейна в Суние: Голова Коры из храма Афины,6 в. до н.э. Погребальный рельеф (венец атлета был изготовлен из металла и крепился в отверстиях), 5 в. до н.э. Курос, найденный напротив храма Посейдона ок. 600 г. до н.э. Национальный Археологический музей Афин

Святилище, названное в честь мифологического героя Элевсина, находится в 20 км от Афин, и в древности было популярно как культовый центр Деметры и Персефоны (Коры). В течение всей эпохи существования древнегреческой цивилизации в честь богинь проводились Элевсинские мистерии.

Находки археологов датируют первые признаки существования поселения на месте Элевсина временами неолита. Захоронения Раннеэлладского периода (III тыс. до н.э.) показывают, что Элевсин если и приходил в запустенье, то ненадолго. Среднеэлладским периодом II (18-17 вв. до н.э.) датируются множественные захоронения и городские постройки. Возможно, в середине II тыс. до н.э. Элевсин был центром одного из ахейских государств, и в начальный период своего существования существовал как город-порт как зона влияния Фив. Согласно легенде, основатель города герой Элевсин был сыном легендарного царя Фив Огига, о котором сохранилось лишь предание о том, что при нем был "Огигов потоп". Расчет по генеалогиям дает основание полагать, что Огигов потоп относится к 16 в. до н.э. Но Элевсин также является персонажем мифа, события которого относятся к началу 13 в. до н.э. Из этого противоречия выход прост: младшие поколения в греческих генеалогиях зачастую заимствовали имена предков. Второстепенность роли Элевсина в мифах о Деметре говорит о том, что это был отдаленный и малоизвестный потомок эпонима.

Сведения о том, каким образом в Элевсине утвердился культ Деметры, противоречивы. Действительно, Деметра не входила в круг олимпийских богов и впервые прославляется в гомеровском "Гимне Деметре", который стилистически отличается от его поэм, и, скорее всего, приписывается Гомеру. Выдвинуты различные гипотезы происхождения культа – из Египта, Фракии, Фессалии, Крита. Но это лишь попытка подменить разрешение проблемы. Культ Деметры, даже если в каких-то чертах был заимствован, носит явно местный характер. Его бытовой фон вполне реалистичен, длительность отправления культа однозначно свидетельствует в пользу местного его происхождения.

Первым легендарным мистагогом в Элевсине считается Эвмолоп, от которого жреческий сан наследовали его потомки. Правда, Павсаний приводит и афинскую версию – что Керик, считавшийся сыном Эвмолпа, на самом деле является сыном легендарного афинского царя Кекропа и Аглавры (правда, по мифу был зачат Гермесом).

Если речь идет об историческом Кекропе, то он был сыном афинского царя Эрехтея. Но в этом случае Керик отделен от Троянской войны всего одним поколением. Одновременно по ряду источников нам известно, что Эрехтей был убит в сражении афинян с элевсинцами. Тогда же погиб и сын Эвмолпа Иммарад. Кроме того Эвмолп был в родстве с Эрехтеем, царем Афин. Он также числится правнуком Эрехтея, но, видимо, такое имя носил предок афинского царя в цепочке родства: Эрехтей-Орифия-Хиона-Эвмолп. В этом варианте Эвмолп – современник аргонавтов (вторая половина 13 в. до н.э.). Ясно, что на поле боя прадед и правнук не могли встретиться. У Эрехтея было множество дочерей и сыновей, и один из внуков вполне мог унаследовать имя деда, что соответствовало распространенной практике. Вот с этим-то Эрехтеем-младшим и сразился сын Эвмолпа Иммарад на поле брани, и оба погибли.

Ради победы Эрехтей принес в жертву Персефоне одну из своих дочерей, и это говорит о том, что элевсинский культ в тот период давно уже вышел за пределы элевсинских земель и широко практиковался, по крайней мере, среди афинской знати. В разных версиях предания называются разные имена казненной дочери, но, скорее всего, это была или Протогения ("перворожденная"), или Пандора ("всеодаряющая"), – персонажи древних генеалогий, от которых не осталось потомства, но остались "говорящие" имена. В жертву была принесена одна из сестер, а другая покончила с собой. Видимо, эти дочери были приписаны Эрехтею-старшему – как и сюжет с Эвмолпом.