Чтение онлайн

Гоги вспомнил, как лично вез какого-то попугая очень ценной породы – Гоги сам не знал какой. Он его по фотографии подбирал. Напоил попугая местным ромом (африканцы сказали, что птичка не помрет), пьяная птица заснула, и Гоги засунул ее под мышку. Во время полета пришлось несколько раз ходить в туалет и снова подпаивать попугая. Довез. Как потом сообщили им с Вахтангом, попугай стал алкоголиком. Но хозяин доволен. Он гостям показывает, как попугай у него ром хлещет, а потом валяется пьяный. Все счастливы, включая попугая.

Ящериц они с Вахтангом на себе возили, змей – не решились. К тому же змеи тут все ядовитые, а как предохраниться, они не знали. Думали мешок на башку змее надеть, но все равно опасно. А вдруг прогрызет? Маленьких черепах возили.

– А вообще бизнес-то выгодный? – заинтересовавшись, спросил мой сынок. Он случайно не собирается ли бросить школу, чтобы жить в теплой Замбаре, а не в промозглом Питере?

– Выгодный, – кивнул Гоги. – Это, конечно, не оружие, но жить можно. А жить нужно. Сами знаете, что сейчас в Грузии делается. Вначале, конечно, требовалось завести необходимые контакты. Мы их завели. Теперь все идет по накатанному. А богатых русских сейчас много. И богатых грузин, и богатых хохлов, и богатых армян. И все почему-то хотят экзотов. Пока хотят – будем возить.

Гоги также сказал, что им с Вахтангом нравится жить в Замбаре. Они уже подумывают перевезти сюда свои семьи. Получить тут вид на жительство проблем не будет. Дашь взятку – получишь. Дом'a себе купят. Здесь недорого. Может, даже виноград начнут выращивать, вино грузинское делать.

– А с югославами контактируете?

– Ну… в общем, нет. Они – наши конкуренты. Только они не в Россию, не в СНГ экзотов везут. Они их в Европу везут. Нас не пускают на ту тропу. Югославов тут много, и будет еще больше. Но они все – в Хабебе и в окрестностях столицы. Школа у них есть своя. А потом дети в университеты едут – в Кейптаун, другие города. В ЮАР белых, конечно, больше. Гораздо больше. И русских там сейчас много. Не очень, конечно, но по сравнению с Замбарой много. Вот и мы хотим, чтобы наши дети тут жили. Климат хороший. Бизнес можно делать. Все равно в Грузии не жить. Так лучше в Замбаре, чем в России, да?

Я пожала плечами. Лично я не променяла бы Россию ни на какую Замбару. Сюда хорошо съездить отдохнуть (и это еще вопрос спорный, после всего случившегося), но жить тут постоянно? Я бы свихнулась от скуки. Разве какая-то африканская страна может сравниться с моим родным Питером? Или во мне слишком много патриотизма?

Я также спросила Гоги про батюшку, у которого мы были. Кто это такой, по его мнению?

– Не знаю, – ответил Гоги. – И знать не хочу. Мне все равно. Он мне не конкурент. Он экзотов не покупает, не продает. У него другой бизнес. Хочет папуасов в веру обращать – пусть обращает. Его дело, их дело. Хотят – пусть обращаются. Я его вчера во второй раз видел. Слышал про него. Замбара – страна небольшая, тут новости быстро распространяются. Когда он приехал, о нем заговорили сразу же. Мы с Вахтангом в тех краях были, зашли. Посмотрели. И все.

Гоги пожал плечами.

– Вы считаете его аферистом?

– Бизнесменом, – усмехнулся грузин. – Может, он в самом деле бывший священник? Говорит-то складно. Может, учился в семинарии – не доучился. Или выгнали. Или как это называется? Отлучили от церкви? Такой термин, да?

Сашка вспомнил, что ему по этому поводу говорил дядя Костя. Наказания могут быть разными – и запрет на служение, и лишение духовного сана, и отлучение от церкви – в таком порядке. Проповедует – хорошо, даже если русская православная церковь и не могла никого послать миссионером в Африку. Но я сомневалась, что батюшка занимается только этим.

Гоги не мог сказать, чем еще промышляет отец Кирилл – если он чем-то промышляет. Деньги тут отмывать негде. В России это проще сделать в любом случае.

– Оружие? – спросила я.

– Нет, – покачал головой Гоги. – Оружие по другим каналам идет. Тут все уже раньше было схвачено. Его туда не пустят.

Вспомнив об оружии, мы наконец подошли к вопросу о ребелах. Они меня сейчас волновали гораздо больше, чем батюшка и все паломники, вместе взятые.

Как сказал Гоги, ребелы – это местная оппозиция. Весьма своеобразная. Их еще называют бандитами, революционерами и мятежниками. И суть противоречий даже не в деньгах. Дело в желании вождя ребелов стать президентом Замбары. Раньше в ребелах ходил нынешний президент, потом, в результате довольно кровопролитной борьбы, он с единомышленниками захватил власть, повесил на пальме своего предшественника – на всеобщее обозрение, не исключено – скушал (в прямом смысле слова) кого-то из бывших соратников, также претендовавших на трон, и вот уже лет двадцать (вроде бы двадцать три, но Гоги не помнил точную цифру) правит страной. Причем правит неплохо. Замбара переживает экономический подъем. Именно нынешний президент стал активно развивать туризм. Раньше-то все белые люди в ЮАР ездили, теперь наведываются и в Замбару. На побережье строятся гостиницы – там очень неплохие курорты на берегу Индийского океана, как мы уже сами смогли убедиться. Президент активно использует удачное географическое расположение страны и ее природные богатства. Кто хочет на море (то бишь океан) – пожалуйста. Лет через пять весь берег будет застроен отелями самых престижных фирм. И так уже почти все мировые сети отелей поставили там свои здания – и «Хилтон», и «Шератон», и «Мелия». Хочешь по национальным паркам проехаться (чисто африканская специфика) – пожалуйста. Во многих странах африканского континента охота запрещена, а в Замбаре можно и пострелять. За бабки, конечно, но можно. Это и привлекает сюда такое количество туристов. Сейчас строится новый аэропорт на другом конце Хабебе, чтобы принимать постоянно увеличивающееся количество самолетов. Да, тут, конечно, процветает коррупция, и президент с каждой крупной сделки, проводимой в стране, имеет свои проценты. Постоянно ведется соответствующая пропаганда, типа, посетил президент птицефабрику – и сразу же увеличилась яйценоскость кур. Но ведь у нас же тоже в свое время был товарищ Леонид Ильич. Он, правда, процентов не брал. Но «это» не изжить. Так было, и так будет. А что станется со страной, если президента поменяют на очередного вождя ребелов, – это еще бабушка надвое сказала.

Пока президенту удавалось сдерживать ребелов. Им дают немного порезвиться, но не позволяют перегибать палку. Полиция, конечно, вся куплена (Гоги полностью подтвердил мои догадки), но ни одного из заложников до сегодняшнего дня не убили и даже не ранили. Ну, случалось, люди ноги подворачивали, синяки себе ставили, царапины. Но ведь их можно в Африке наставить, не только побывав «в гостях» у ребелов. А многие так и рады потом были, у них побывав. Кормили хорошо, женщин выдавали сколько хочешь. Гоги говорил с одним немцем, так тому у ребелов очень даже понравилось, и выкупили его всего за три тысячи долларов. Немец – человек богатый, воспринял это как приключение, которое он оплатил из своего кармана. И все довольны, включая самого немца.

– Дядя Гоги, а вы сами не боитесь путешествовать по Замбаре? – подал голос мой сын. – Вас ведь тоже могли схватить ребелы. Разве не так?

Гоги усмехнулся.

– Нет, сынок. Нас с Вахтангом они не будут хватать. Тут все знают, кто есть кто. Мы – торговцы, а не богатые туристы. Таких, как мы, немало. Все зарабатывают себе на жизнь, семьи кормят. С нас много не возьмешь. Мы сюда работать приехали. А с вас – возьмешь. Раз вы могли сюда приехать, значит, имеете деньги. Вот так-то! Слушайте, развяжите меня, а? Спать давно пора. Сынок, ты во сколько спать обычно ложишься?

– Когда как, – пожал плечами Сашка.

– А ты, мать, почему не следишь за здоровьем сына? – Гоги повернулся ко мне. – Парень растет еще. Ему спать надо как следует. А он у тебя все время полуночничает.

– Я завтра высплюсь, – заявил Сашка.

В разгар нашей содержательной беседы дверь номера резко распахнулась, и показались Нина с Таней – в своих традиционных ситцевых халатиках в цветочек и в бигудях.

– Что вы так орете среди ночи? – спросила Нина визгливым голосом. – Спать невозможно. Лана, как вам не стыдно? Занимаетесь развратом при ребенке!

– Этот ребенок о сексе знает больше вас, – невозмутимо заметила я, не понимая, как мы могли разбудить этих двух красоток. Или они сами по себе проснулись? Или проснулся их воспитательный зуд? Ведь бабы давно не воспитывали никого из своих оставшихся в Крыжополе родственников.

Вскоре до меня дошло, что теткам просто захотелось мужчину. Я на Гоги не претендовала и поэтому отдала его без боя.

Нина с Таней подхватили сопротивлявшегося Гоги, который, как я поняла, предпочел бы ночевать в одиночестве, а не делить ложе с нашими красотками. Но от них было не так-то просто отвязаться. И Гоги смирился. Видимо, по натуре он был подкаблучником.

4 января, вторник

Утром спали мы долго, потом лениво позавтракали (в этом отеле время завтрака не ограничивалось – подавали, когда пожелает клиент), потом всей компанией отправились к небольшому бассейну. Без бассейнов тут отелей не было, как, впрочем, и приличных домов. Немного пришедшая в себя Ольга даже сказала, что если низко пролететь над любым из местных городов на самолете или вертолете, можно увидеть множество голубых пятен – это все бассейны. Мы на самолетах тут летали в вечернее время (в смысле, над городами), поэтому пока их не заметили.