Агасфер. Вирусный транзит
Шрифт:
Почему генерал Тоси так быстро ушел со связи? Прощаясь с Майклом, он говорил, что будет рад ответить на дополнительные вопросы, если они возникнут…
Так и не найдя ответов на все эти вопросы, Берг решил отложить решение шпионской головоломки до лучших времен. Подхватив тяжелый рюкзак, он отправился к «дядюшке Генриху».
«Дядюшка Генрих» из многоэтажного дома по улице Зализничной [31] неподалеку от Центрального вокзала неожиданно оказался женщиной средних лет со старомодной прической. Появлению на пороге «племянничка» хозяйка квартиры ничуть не удивилась, однако встретила визитера с поджатыми губами. Она показала Майклу его комнату и ушла греметь посудой в кухню-столовую.
31
Улица Железнодорожная (укр.).
Берг быстро переоделся, умылся и отправился на поиски хозяйки. На кухонном столе уже скворчала яичница, женщина стукнула бутылкой водки, отвернулась к раковине и через плечо неприязненно поинтересовалась:
– Що ще хоче пан солдат?
– Дякую, добра господиня. Мені й горілка без потреби…
Хозяйка тут же убрала бутылку и молча вышла. Где-то в глубине квартиры она так грохнула дверью, что посуда на полке тоненько звякнула.
Берг поел, ополоснул тарелку и ушел в свою комнату. Включил телевизор и принялся лениво перещелкивать каналы. Он почти задремал, когда хозяйка без стука показалась в дверном проеме:
– Солдате, ти приїхав із Німеччини в Україну вбивати людей? – женщина легонько стукнула ногой по вещмешку у порога. – Цариця небесна, навіщо нам ця проклята війна?
– Мене покликав ваш уряд [32] , добра пані, – Берг сел на кровати и развел руками.
– Щоб він урвався, ваш уряд! – зачастила со слезами женщина. – Воно жує, а що робити матерям? Мого молодшого тиждень тому забрали до батальйону. А старший третій рік живе у Росії, на Уралі. У мене там онуки, а я маю вважати їх ворогами [33] ?
32
Правительство (укр.).
33
Оно жирует, а что делать матерям? Моего младшего неделю назад забрали в батальон. А старший третий год живет в России, на Урале. У меня там внучки, а я должна считать их врагами?
Берг снова беспомощно развел руками: ну не мог он признаться расстроенной женщине, что на самом деле приехал на Украину вовсе не воевать. Только и сказал:
– У молодшого сина я тільки не стрілятиму – ми з ним на одному боці, пані!
Сердитая хозяйка только скрипнула зубами и ушла. Послышался новый грохот двери и приглушенный плач.
Берг, ограждая себя от новых упреков, выключил телевизор, погасил свет и затаился в кровати под одеялом. Он долго не мог уснуть, наивно надеясь, что хакеру из «Найтё» не удастся произвести подмену личности, что Япония даст его миссии отбой, и операция по внедрению в Львовский Исследовательский центр будет отменена. Тогда он по возможности быстро покинет Украину и с чувством исполненного долга вернется в Саппоро, к своим рукописям эпохи Мэйдзи.
Но надежды Берга не оправдались. Под утро айфон ожил и последовало закодированное сообщение от немецкого связника: файл, подтверждающий личность Майкла, успешно «подселен» в заокеанский сервер. Операция, таким образом, вступила в решающую фазу. Делать было нечего – Берг бесшумно оделся, оставил хозяйке вместе с рюкзаком и каской две стодолларовые купюры и выскользнул из дома, благополучного избежав новых упреков и слез.
Покинув негостеприимную квартиру на улице Зализничной, Майкл весь день провел на ногах, не отказав себе в удовольствии побродить по улочкам старинного Львова. Здесь каждый камень дышал спокойной древностью, какой-то старинной основательностью и философским умиротворением. Насколько помнил Берг, город был основан князем Даниилом Галицким и назван именем его сына Льва. Первое упоминание о городе относилось еще к 1256 году.
А теперь это был, скорее, настоящий прифронтовой город. В ущельях улиц рычали и плевались едким выхлопом боевые машины пехоты и желто-пегие «хаммеры», спешили куда-то вооруженные люди в униформе и в гражданском. Патрули и группы территориальной обороны два раза останавливали и Берга. Правда, короткие допросы были вполне доброжелательными: «найманец» с немецкими документами и польско-украинской «сопроводиловкой» из Краковского консульства подозрений не вызывал. Недоумение проверяющие высказывали одно: прибывший для борьбы с русскими оккупантами солдат удачи не спешил на линию соприкосновения, а бродил по городу, как турист. Немецкие кураторы настоятельно рекомендовали ему объявиться в Исследовательском центре ближе к вечеру, и Берг решил убить время в каком-нибудь уютном маленьком кафе – во Львове их было великое множество.
Подробную туристическую схему Львова Берг изучил заранее, и его великолепная зрительная память позволяла легко ориентироваться в незнакомом городе. Оглянувшись по сторонам, он сообразил, что сейчас забрел в южную часть Львова – здесь ему попались Русская и Староеврейская улицы, Бернардинский монастырь, фрагменты древних укреплений. Майкл тихонько хмыкнул себе под нос: несмотря на откровенную ненависть здешних обитателей ко всей русне, именно улица Русская была во Львове, пожалуй, самой колоритной.
Из туристического справочника Львова Берг усвоил, что перевод названия улицы был не совсем верным. В Австро-Венгрии русинами называли украинцев. А в польской Речи Посполитой «рускими» (с одной «с») называли православных славян вообще. Так что правильнее было бы назвать улицу Украинской, или Православной – как кому больше нравится. Тем более что название свое улица получила от того, что к ней примыкал Православный квартал.
Недолго думая, Берг спустился по истертым ступеням под вывеску «Киликiа». Табличка у входа обещала семейную обстановку, бесплатный вай-фай, европейскую кухню и прием оплаты картой «Visa».
Однако посидеть в тишине и покое не получилось. Вывеска обманула: в подвальчике не было ни вай-фая, ни европейской кухни – заведение могло предложить только скверный кофе, мутноватое пиво и вчерашнюю пиццу. Хотя в кафе и не было патрулей, тут обитала не менее назойливая публика – проститутки, валютные менялы, наркодилеры и просто скучающие обыватели, интересующиеся благополучной Германией. Не выдержав назойливого внимания, Берг снова выбрался на улочку и, не рискуя испытывать судьбу в других заведениях, придумал нанять конный экипаж.
За долгую поездку по городу с него запросили триста долларов – зато в старинном фиакре не было ни проституток, ни наркоманов, ни вооруженных патрулей. Берг категорически отказался от предложений возницы провести для пана обзорную экскурсию, откинулся на старинное сидение, прикрыл веки и стал наслаждаться покоем и легким покачиванием экипажа.
А уже через три часа Берг, нарочито сгорбившись и сжав ладони коленями, сидел на пластиковом стуле напротив шефа службы безопасности Исследовательского центра мистера Денниса. Дюжий охранник в американской полевой форме замер в двух шагах позади подозрительного гостя, не сводя глаз с его затылка и положив руки на пояс с пистолетом. Деннис катал в ладонях карандаш и поглядывал на один из мониторов, теснившихся на столе.
– Значит, вы американец, мистер Холл, – вежливо констатировал он. – Американец без документов, если не считать бейджа? Что ж, мистер Холл… Надеюсь, вы не будете на меня в претензии, если я прибегну к стандартной процедуре проверки вашей личности? Ну и прекрасно, мистер Холл! Стало быть, вы работали в биологической лаборатории при Институте экспериментальной и клинической ветеринарной медицины в Харькове? Как правильно пишется ваша фамилия? Очень хорошо – а ваше имя? Драго… Немного странное имя для американца, вы не находите, мистер Холл? Ах, ваша мать хорватка – понятно. Не припомните ли номер вашего военного жетона мистер Холл? О-о, какая у вас незаурядная память!