Чтение онлайн

Иосиф вздохнул, допил коньяк и заказал еще. Он все больше и больше склонялся к мысли, что его пригласили, да еще и долго уговаривали для создания комического эффекта программы. Все женщины были гораздо моложе его, кроме того — выше на полголовы. «Нет, не все выше, — вдруг вспомнил он. — Имеется барышня, которой придется встать на цыпочки, если у нее возникнет фантазия меня поцеловать. Но она кажется совсем девочкой. Хотя у нее большой сын. И между прочим, этот мальчик похож на меня в детстве. Такой же курчавенький и черноглазенький. Если бы я не был убежден, что все эти годы сохранял верность Мире, то мог бы предположить, что этот мальчик — мое творение. Но более того, если бы я не был уверен в том, что не изменял жене, я мог бы предположить, что эта девочка — моя дочь, а ее мальчик соответственно — мой внук. Какая она была хорошенькая, когда вышла из костюмерной! Обтягивающее платье с жакетом ей гораздо больше идет, нежели эти ужасные брюки с широкими штанинами. А если на нее надеть такой костюм, который был у моей Миры в молодости…»

Иосиф замечтался и не сразу понял, что в баре появился еще один посетитель. А когда Коган попытался очнуться от грез и сфокусировать взгляд на вошедшем, он понял, что греза не исчезла. Перед ним стояла молодая женщина, о которой он только что думал — в голубом мини-платье и белом просторном жакете. Она улыбнулась и сказала:

— Вот уж не думала, что встречу кого-нибудь из участников игры здесь. Мне казалось, что все остались внизу.

Иосиф неловко поднялся и развел руками.

— У меня напрочь отсутствует стадное чувство, — сказал он смущенно. — Люблю ходить узкими тропками. К реке по ним не выйдешь, но иногда можно набрести на какой-нибудь неизвестный чистый источник. Я забыл: по условиям игры нам можно знакомиться до съемок?

— По-моему, да, — сказала Яна. — Во всяком случае, о том, что этого делать нельзя, в сценарии не написано.

— Тогда меня зовут Иосиф, — сказал Иосиф.

— Яна, — ответила она. — Как здесь напитки?

— Пить можно, — кивнул Коган и подозвал официантку.

— Вас где будут снимать сегодня? — спросила она.

— Вы станете смеяться, но — в кают-компании на фоне позолоченного Купидона, — серьезно сказал Иосиф. — Как вы думаете, мой с ним контраст очень будет бросаться в глаза тем, кто потом нас увидит?

Яна рассмеялась.

— Не думаю, что кому-то придет в голову сравнивать. Купидон — как романтично! А мое интервью будет проходить в тренажерном зале возле боксерской груши, представляете?

— Ну, все понятно, — упавшим голосом проговорил Коган. — У них тенденция к контрастам. Такую девушку рядом с грушей… Ай!.. Еще бы боксировать заставили, варвары!

— Это как раз ничего, — снова улыбнулась Яна. — Только не в этом платье.

— Оно вам очень идет, — галантно проговорил Иосиф.

— Вам тоже идет этот смокинг, — сказала она. — Вы похожи на солидного предпринимателя. Это соответствует действительности?

— Бог с вами, — грустно улыбнулся Коган. — Я простой рабочий человек, мастеровой. Примусы починяю. Не думаю, что солидные предприниматели имеют обыкновение участвовать в подобных цирковых представлениях. Они их в худшем случае оплачивают.

— Странно, — проговорила Яна. — Мне кажется, что вы разочаровались в своем решении участвовать в этой игре. Вам не понравился ведущий?

— Ведущий мне не понравился, — ответил Иосиф. — Но не в этом дело. Вы ошибаетесь насчет моего разочарования. Я изначально не был очарован этой игрой.

— Но зачем же подали заявку? — удивленно спросила она.

— Я допускаю, что можно согласиться на две недели стать клоуном из-за больших денег, — сказал Иосиф строго. — Но меня эта забава не интересовала ни с какой стороны. Игрок из меня никудышный. Надо мной подшутили мои знакомые. Подали заявку вместо меня. Послали фотографии и все, что там полагалось. Я даже не знаю, что…

— Биографию, смешной рассказ от первого лица, девиз, речевку, — с готовностью стала перечислять Яна.

— Речевку, какая прелесть! — всплеснул руками Иосиф. — Ну, конечно, могу себе представить, что это была за речевка от старого еврея… Надеюсь, не пионерская. И самое обидное, дорогая Яна, я до сих пор не знаю, кто из моих друзей и подруг так жестоко надо мной подшутил.

— И вы… вам здесь некомфортно… — с сочувствием проговорила она. — Я сразу это почувствовала, еще там, в этой роскошной кают-компании. Но вы ведь могли отказаться. Могли бы объяснить, что ничего не посылали, что ни сном ни духом…

— Мог бы, — уныло кивнул Коган. — И объяснял. Но у них на канале есть такая баба, то есть дама… администратор. По-моему, ее энергии хватит на то, чтобы просверлить земное ядро. Она так меня сверлила, что еще немного и из меня получилось бы ситечко в крупную дырку. Я понимаю, им нужен комический старик, но разве мало на свете комиков?

— Вы не комик, — сказала Яна. — И совсем не старик. А две недели пролетят быстро.

— Как договаривала в таких случаях Фаина Раневская фразу царя Соломона, все когда-нибудь проходит, но позор останется на всю жизнь, — вздохнул Коган. — Яна, вы уже присмотрели себе пару? Выбрали себе кандидата в мужья?

— В мужья? — воскликнула она.

— Ага, понятно, девушка пришла сюда не за мужем, но за деньгами. Но если вы не будете изображать искренний интерес к какому-нибудь джентльмену, у вас нет шансов выиграть.

— Я не собираюсь выигрывать, — сказала Яна. — У меня нет для этого данных. Там ведь в конкурсах надо пироги печь, кашу варить, крестиком вышивать. А моих кулинарных способностей хватает только на то, чтобы развести сухую лапшу на кипятке. Пуговицы мне сын пришивает. Ну и вообще… Я тоже не игрок, как и вы. Привыкла надеяться на себя, а не на слепой случай.

— Зачем же подали заявку? — хитро сощурился Иосиф.

— Но ведь то, что обещают за съемки, тоже хорошие деньги, — сказала она.

— Это конечно, — кивнул Иосиф, а про себя подумал: «Про то, что за съемки будут платить неплохие деньги, говорили только на втором этапе отбора — тем, кого выбрали. Лукавит девушка. Признаться не хочет. В том, что муж ей нужен. Или выигрыш. Ай, третье еще забыл — хочет, чтобы ее, красавицу, миллионы зрителей увидели. Славы душа требует».

Но чем больше Коган общался с Яной, тем больше недоумевал. Эта женщина не была похожа ни на охотницу за мужьями, ни на охотницу за деньгами. И тщеславие, на его взгляд, было ей несвойственно…

«Но тогда почему она здесь? — спрашивал он себя. — Зачем?»

«Ну и где же малышки? — спросил у себя Носов. Он обиженно оглянулся, оторвавшись от стойки, и обнаружил в баре одних мужиков. Здесь были участники игры и телевизионщики, но среди них не было ни одной женщины. — Наряды пошли по фигуре подгонять, уют в каютах наводить? Или марафет на мордашки? Скорее всего. Не понимают, что в естественном виде они гораздо лучше. Ладно, придется досуг с конкурентами проводить. А как бы хорошо было уже сегодня с барышней подружиться. Ну, ничего. В сегодняшней программе еще, кажется, ужин праздничный намечается. Там и потанцуем».