Чтение онлайн

«И никто не хочет видеть очевидного», — подумала Саша и «включила» каюту Колыхалова.

Викентий вел себя, мягко говоря, странно. Он быстро ходил по каюте в полураспахнутом халате, периодически приседая, подпрыгивая, взмахивая руками и производя активные движения губами. Понаблюдав за ним с минуту, Саша поняла, что это утренняя разминка. Она была недолгой, Колыхалов еще немного попрыгал, изобразил бег на месте и отжался от спинки кровати несколько раз. Затем достал из шкафчика банку с энергетическим напитком, выпил содержимое залпом, крякнул и включил ноутбук, стоявший на столе. «Так-так-так… — деловито бормотал он. — Путешествие, день шестой. На шестой день заповедано отдыхать. Участники игры не могут отойти от шока. Похищение руководителя проекта переполнило чашу терпения. Женщины с детьми боятся выйти из своих кают. Мужчины в замешательстве, бросают подозрительные взгляды друг на друга… Среди путешественников находится преступник, и он до сих пор неуловим. Кто же он? Писатель мудро почесывает подбородок… Кто-то заглянул в его рукопись, когда он заснул, забыв закрыть дверь на щеколду. У писателя уже есть версия. Но она настолько невероятна…»

— П-писатель… — откомментировал слова Викентия полковник.

— Но здесь он вряд ли был, — сказала Яна. — Он ничего не знает о скрытых камерах. Иначе он вел бы себя не столь… свободно.

Саша приглушила звук и переключила внимание на каюту Половцева, в которую только что бесцеремонно ввалилась Алена с братьями Братищевыми. Егор смотрел на нежданных гостей непонимающим взором. Саша не стала включать звук, все было ясно и так. Алена что-то спрашивала, Братищевы угрожающе поигрывали мускулами, Егор хмурил брови и мотал головой…

— А интересно, — сказал Ворошилов. — Такие штуки противозаконны, но, черт возьми, эти живые картинки интереснее всякого кино.

— Я где-то читала, — сказала Яна, — что люди делятся на две противоположные категории. Одни любят подглядывать за другими, а сами тщательно укрываются от посторонних взглядов. Их принцип жизни называется «принципом улитки». Сидят такие в своем безопасном домике, и только рожки из него торчат. Как известно, глаза у улитки на конце рожек находятся. Другие любят быть на виду, демонстрируя свое тело и душу всем вокруг. Это называется «принципом индюка».

— Хе… — ухмыльнулся полковник в отставке. — Значит, я улитка? Если мне нравится смотреть на чужую жизнь? Но я и себя люблю показать.

— Все зависит от того, что вы любите больше, — ответила Самойленко.

«Если делить участников игры на такие категории, — подумала Саша, — то кто из них «улитка», а кто «индюк»? Арье не может быть «индюком». Ведь понятно, что это его каюта. Он — явно «улитка». А «индюки» никогда не допускают опрометчивых движений и поступков. Потому что знают, что все на них смотрят. «Улитки» ладят с «индюками» и не любят себе подобных. И наоборот. Нонна Победимова, бывший психолог, и Янина Самойленко, телохранитель, — «улитки» в силу своей профессии. Викентий Колыхалов — конечно, тоже «улитка». Ника Войтановская — безусловно, «индюк», на сцене «улиткам» не место. Носов — типичный индюк без кавычек. Вон как расправляет грудь, дабы всем понравиться, особенно женщинам. А Яшин? Наверное, тоже. Если он не помнит бывших возлюбленных, то скорее всего, внимание его направлено на себя, любимого. Можно ли, исходя из теории Янины, сделать какие-нибудь выводы? Только один: «улиткам» этот тайный отсек никак не может нравиться…»

— Я вот что думаю, — решительно сказал полковник. — Господину главному спонсору очень хотелось нас снять в непринужденной обстановке. А преступнику это не понравилось. Когда он обнаружил этот отсек, то решил отомстить. Это мужик, и мужик сильный и ловкий. Кому вы говорили об этом отсеке, Леня?

— Никому, — ответил Ленька.

— Арье исчез раньше, чем мальчики нашли это помещение, — заметила Яна. — Они тут ни при чем. И, возможно, следует говорить не о преступнике, а о преступниках.

Саша посмотрела на часы.

— К сожалению, нам пора идти, — проговорила она. — Сегодняшние съемки, несмотря на отсутствие господина Арье, никто не отменял. Вы поднимайтесь к гримерам, а я задержусь здесь еще на несколько минут.

— Вы полагаете, вам не опасно здесь оставаться? — озабоченно спросил Клим.

— Здесь внутри хороший засов, — оглянувшись на дверь, сказала Саша. — Я запрусь, а потом, когда буду выходить, вызову охранника. Мне здесь ничто не угрожает.

Полковник и Янина Самойленко переглянулись и направились к выходу. Ленька пошел за ними.

Оставшись в одиночестве, Саша еще раз оглядела помещение, которое про себя окрестила «тайной комнатой». Интересно, где Арье хранил кассеты или диски с записями? В том, что хозяин «тайной комнаты» — господин спонсор, сомневаться не приходилось. А просмотреть записи первых дней плавания очень хотелось. Саша снова огляделась. Если кассеты здесь и находились, то только в небольшом металлическом шкафу, располагавшемся за пультом. В дверце шкафа имелось маленькое отверстие, по всей видимости, замок, но Александра не была специалистом по взломам. «Возможно, я ошибаюсь насчет кассет и дисков, — подумала она. — Ведь только что на некоторых мониторах проигрывалась запись прошлой ночи. Не исключено, что и более ранние записи можно прокрутить». Она стала колдовать над клавишами и рычагами пульта, и кое-что просмотреть ей удалось.

В первый день снимались интервью игроков, вспомнила Саша. В первый день в каюте Нонны Победимовой появилась странная фигура в плаще и бросила ей на кровать крысу. Тогда же костюмеры раздавали костюмы. Тогда же она впервые общалась с Арье, и он предложил ей стать ведущей игры. Вечером был банкет и фейерверк. На банкете никаких конфликтов между участниками игры не происходило. Конфликты начались потом…

Несколько найденных Сашей записей рассказали ей о происходившем в первый день несколько больше.

Анна и Настя Незванова повздорили друг с другом после того, как получили наряды в костюмерной. Из-за платья. Из-за маленького черного платья для коктейлей. Рассматривая и перебирая наряды, они вдруг одновременно схватили это платье, и ни одна не хотела выпускать его из рук. Платье затрещало по швам, мать и дочь не постеснялись в выражениях, чтобы выразить отношение к этому печальному событию. Крупные планы обнаружили, что мать и дочь довели друг друга до слез. После этого Незвановой-старшей пришлось стучаться в каюты, дабы раздобыть иголку с ниткой. Ведь не пойдешь с разорванным платьем к костюмерам. Что им скажешь?

От крупных планов Незвановых Александра долго не могла оторваться. Ссора матери и дочери поразила ее воображение. Было видно, что маленький конфликт причинял нешуточную боль обеим. Они любили друг друга и ненавидели одновременно. «Анна еще молода, а Настя — почти взрослая девушка, — подумала Саша. — Конечно, они — мать и дочь. Но уж очень напоминают двух женщин-соперниц. Каждая пытается отстоять свое право на первенство. И та, и другая страдают из-за этого соперничества».

Скрытые камеры были установлены и в коридорах. Благодаря этому, Саша узнала не только то, что Незванова стучалась в каждую каюту, но и то, что в каждую вторую каюту стучался через некоторое время и Евгений Носов. Он выбирал каюты, где обитали женщины. После очередных кадров Александра поняла, что Носов пытался завязать некие отношения. Он приглашал всех участниц игры „выпить кофе“. Саше он был несимпатичен, но нельзя было отказать ему в настойчивости и энергии. Но женщины то ли чувствовали то же, что и она, Саша, то ли не могли оторваться от примерки, то ли волновались перед интервью. Одна из них, правда, чуть было не приняла приглашение, но Евгений совершил ошибку. Он слегка приобнял даму за талию. Ника Войтановская напряглась, нахмурилась и попросила его выйти вон. Нонна Победимова, видимо, хотела пойти с Носовым в бар. Но в каюте находилась ее дочка, и Нонна с сожалением ответила «нет». Булычева встретила Жеку равнодушно, Анна была занята шитьем и в каюту Евгения не пригласила, каюта Яны Самойленко пустовала. В итоге Носов вернулся к себе злой, пометался между кроватью и шкафом, придирчиво взглянул на себя в зеркало и ушел пить кофе в одиночестве.

Потом Саша нашла то, что ее очень заинтересовало и взволновало. А именно — хаотичное мелькание пятен и полос между одним кадром и другим. Вот Нонна разбирает вещи. Вот она развешивает костюмы в шкафу. Разговаривает с Наташкой. Наташка уходит в «детскую». Нонна запирает каюту, ложится на кровать, сворачивается калачиком. Потом поднимается и с ужасом смотрит на дверь. Затем запись обрывается, а после камера показывает Нонну, что-то заворачивающую в полотенце. «А ведь это уже смонтированная запись, — поняла Саша. — В каюте, судя по планам, установлено четыре камеры. Значит, запись должна быть «чистой», без «дырок» и «зерна». Кто-то стер часть записи. Но это был не тот человек, который монтировал запись. Ведь для этого нужны определенные навыки. И тот, кто занимался монтажом, и тот, кто стирал кадры — люди, скорее всего, не впервые подходящие к пульту. И это может означать только одно. Они профессионалы. Они, а не он?»