Чтение онлайн

Люди. Да. Именно люди. Вот самый главный актив, ресурс нашей Империи Равных. Ее краеугольный камень. Ее основа. Без них – территории не имеют роли. Без них – ничего не имеет значения. Империя – это наследие наших предков. Но без нас, жителей Империи Равных – ничего не имеет смысла.

Это было странное ощущение. Никогда прежде ТАКОГО я не испытывал. Я почувствовал как на мое плечо легла чья-то ладонь, а затем и на второе плечо. Мне нужно было оглядываться, чтобы понять, кто именно это был. Отец и мать. Тетя Лиза. Все те, кто ушел. Ушел раньше меня. Все те парни с которыми мы брали высоту. Все те парни с которыми мы ее держали. Все те, с кем я шел через ад собственной жизни. Те, кто ушел раньше. Те, к кому однажды присоединюсь и я.

Да. Я наверняка знал, что смерть это не конец. Нет ничего конечного в нашем мире, ведь любой конец обязательно станет новым началом.

– Мы выиграем. – Одними губами прошептал я, самому себе. – Мы не позволим убивать наших людей. Никому. Никогда.

Громкие слова. Красивые. И чертовски лживые. Как говорила одна из поговорок моего прошлого мира «никогда не зарекайся». Коротко. Ясно. И что самое главное – по существу.

Можно ли найти транспортное средство, в городе через который прошли войска врага? Конечно да. Особенно если этот город стал городом-призраком. Серые здесь обосновываться не стали, что странно, а живых… живых здесь не было. Хотя…

Я прикрыл для удобства глаза, поглощенный поступающей информацией, просеивая различные диапазоны.

И все же, живые здесь были. Вот только это были серые. Это я узнал, когда углубился немного в город, следуя в направлении энергии жизни, пятерки живых существ, достаточно больших чтобы быть людьми. Забравшись в здание, я быстро поднялся на третий этаж, и только оттуда осторожно выглянул на улицу, чтобы увидеть пятерку Серых, которые лениво шли по двору, где некогда была детская площадка, а теперь лишь обугленные скелеты, словно пепел мирной жизни.

Сперва я уже привычно начал прикидывать, как ловчее их ликвидировать, но потом остановился. Почему-то. Почему-то мне не хотелось этого делать. Удивленно передернув плечами, я тем не менее воспользовался своим пистолетным иглострелом, с его бесшумными иглами воздуха. Пять трупов на девять выстрелов. Только троих удалось уложить с одного выстрела, одарив дырками в лбах, из которых толчками вытекали мозги перемешанные с кровью, разливаясь на грязном снегу. Двое других словили: один две иглы, а вот второй целых четыре. Причем последнюю я всадил, когда подошел вплотную к корчащемуся от боли солдату Серых.

– Твари. – Прошипев сквозь зубы, произнес я, нажимая на спусковой крючок.

Игла беззвучно вылетела из дула и прошила череп последнего врага. А я… я стоял и с каким-то внутренним ожесточением смотрел на труп живого существа.

Помотав головой, отбросил наваждение и занялся делом, ради которого собственно сюда и прибыл – поиском транспорта. И вот на этот процесс у меня ушло, по меньшей мере, часа три, а после еще пару часов пришлось потратить и на то, чтобы завести эту колымагу. И да. Как бы смешно это не звучало, но на помощь пришел раритет. Видимо кто-то реально полюбил свою первую машину, а потому наотрез отказывался от нее избавляться, часами перебирая ее у себя в гараже. Есть же люди, которые получают от этого удовольствие. Есть. Точно знаю.

Ну, а дальше было уже проще. Выехал, да поехал себе по дороге. Буквально через час пути, когда солнце уже вышло из-за горизонта, высвечивая заснеженные поля, да две параллельных колеи на дороге, я повстречал и первые автомобили. И да. Это были местные жители. Те самые, которым не удалось вырваться, кто не захотел эвакуироваться, и кто просто не успел это сделать. И вот глядя на них, я начинал понимать, что на этом их жизнь не закончилась. Да, они в окупации. Да, какждый день грозит стать для них последним. Да, это все так. Но тем не менее они пытаются жить и выживать. Уверен – они надеются, что однажды этот ад закончится. Однажды. Но…

Вместо тысячи слов оправданий, увещеваний и прочих защитных реакций сознания, я лишь крепче сжал руль. Как не прискорбно, но в тот момент это был тот самый максимум, который был мне доступен.

Блокпосты Серых. Да, они были и для их преодоления, необходима была специальная бумажка. Об этом я знал заранее, и такая у меня была. Вот только актуальна ли она сейчас? Очень хороший вопрос, а главное своевременный. Наверное, благодаря ему, я тогда остановился у закусочной, где стояли припаркованные автомобили, а так же слышались голоса людей.

Дверь открылась внутрь без скрипа, дохнув на меня теплом и ароматом свежей выпечки, а так же жаренного мяса, заставляя рот наполниться слюной от этих ароматов. Быстро оглядевшись, я направился за увиденный свободный столик. Скинув на стол свою куртку, я направился к стойке раздаче. Это заведение было чем-то вроде «Бистро». По крайней мере, тот же принцип. Видимо популярное заведение среди местных.

– Доброе утро. – Приветливо улыбнулся я, старательно скрывая отсутствие правой руки, а потому поддерживая иллюзию ее наличия телекинезом. Думаю эту примету Серые уже успели срисовать.

– Доброе. – Насторожено ответила женщина лет сорока стоящая за прилавком, или черт возьми, как эта хрень называется?

– Что порекомендуете? – Оставаясь вежливым, поинтересовался я.

– На завтрак то? – Хмыкнула она. – Знамо дело. Вон глазунья, с сосисками иномирными, да их белыми булочками. Или вон запеканка творожная. Смотри и выбирай. – Она замолчала, давая мне возможность определиться с выбором. – А ты откуда такой… побитый жизнью?

– Оттуда. – Криво усмехнувшись, ответил ей я, подозрительно сузив глаза.

Нет. Я не строил иллюзий по поводу человеческого нутра. Скажу даже больше. Был уверен, что ради выживания, люди могут пойти на самые разные… самые нелицеприятные действия. В том числе и на предательство. И речь не о предательстве человека, а о предательстве своих предков, их заветов, и… черт. Да даже своих близких. О чем говорить, если люди своих отцов, матерей и детей предают… Страх? Быть может. А может просто гниль, которая лезет наружу? Тоже возможно. Вот только, что ни говори, никогда не знаешь сам как себя поведешь под дулом оружия, что держит в руках отморозок и моральный урод. А все рассуждения где-то в дали, так сказать на берегу, это просто досужие размышления, правды в которых процентов шестьдесят, максимум семьдесят. А жизнь… жизнь она такая тварь. Не предсказуемая.

– Дайте пожалуйста три глазуньи, сосиски и булку. – Ответил я, после чего невольно зацепился взглядом за смутно знакомую этикетку. Зацепился, посмотрел и невольно едва не рассмеялся. А спустя еще пару мгновений, смеяться мне совсем расхотелось. – И вот эту бутылку Пепти, в стекле, и литрушку Коки-Коки с собой в пластике.

– С тебя полтинник. – Кивнула женщина, отправляясь собирать мой заказ.

Я же, быстро пробежавшись взглядом по витрине, еще до ее слов о стоимости, достал из кармана припасенные, («на всякий случай» - говорил мне Егорыч) фибы. Самая распространенная валюта нашего мира.