Чтение онлайн

Закатив глаза, усмехнулась и посмотрела в сторону двери. Там застыл, оглядывая присутствующих карими глазами, внушительный мужчина с элегантной тростью в руках, необходимой скорее для красоты, чем для поддержки. Гефест. Не верьте всему, что читаете в мифах! По ним этот представительный дядечка выходит этаким субъектом, не умеющим два слова связать и застывающим от неземной красоты Афродиты. Бред. Умнейший человек… точнее бог. Начитанный, интеллигентный, интересный… не мужчина, мечта! Единственный недостаток — не умеет пиариться, за счет чего и числится букой. Но не переживает и смотрит в будущее с позитивом, еще бы. Курирует собственный отдел разработок новейших технологий. Не работала бы с Афиной, пошла бы к нему. И жилось бы мне там как за каменной стеной. И не шлялась бы я по мирам, и отпуска бы меня никто не лишал… и наглых компаньонов никто бы не приписывал, и сидела бы я в лабораториях над колбочками и ротондочками…

Представ себя в данном амплуа, денно и нощно изобретающую новые формулы и предметы, скривилась. Денно и нощно не смогу, взвою от недостатка адреналина. Ладно, черт с ним, останусь с Афиной, а отпуск? А отпуск я все же выбью… на жалось и закон еще никто не запрещал давить.

Улыбнувшись присевшему рядом Гефесту, проследила за последними прибывшими. Две дамы — Фемида и старшая из ее дочерей, Мойр — Атропос.

Все интереснее и интереснее. Взглянув на Афину, сидящую со спокойной уверенностью и Ареса, со скучающим превосходством, перевела взгляд на мамашу с дочкой. Легендарные личности. Что они то тут делают?

Фемида — высокая брюнетка в элегантном брючном костюме антрацитового цвета, с маленькой сумочкой и очками в тон, полностью закрывающими ее глаза. Сколько раз видела ее — всегда в очках, причем всегда в темных очках. По управлению периодически муссируются слухи, ну как периодически — набираются новенькие — так и слухи ползут. Кто-то утверждает что она действительно слепа, но глядя на уверенные движения женщины этого не скажешь, кто-то ссылается на популярных сейчас вампиров и их исключительную светобоязнь, связанную со слабой сетчаткой глаза и чувствительностью всей поверхности кожи. Ничего подобного — дама любит солнышко и посещает популярные курорты, выкладывая за эксклюзив и звездность крупные суммы денег. А кто-то…

Почувствовав на себе взгляд Фемиды, кивнула и глянула на ее старшенькую.

Когда я только начинала работать в отделе Афины, перелопатила горы литературы, выискивая данные о богах и их детках. Расчет был прост, что-то да окажется верным. Что-то и оказалось. Мойры например, действительно пряли судьбы, но не все и не всех. При большом желании все же можно взять свою жизнь в свои руки и не обращая внимания на страждущих помочь, идти своей дорогой. Это тяжело, но возможно. Таких уважают, таким преклоняются, таким ставят палки в колеса, сбрасывая с пути, такие становятся богами. Редко, очень редко, но становятся.

Итак Мойры, старшая — Атропос — великолепная явная гречанка с длинными, курчавыми волосами, обожающая скорость и драйв. Мотоциклы, гоночные машины, частные маленькие самолетики — ее стихия. Как и будущее. Атропос — неотвратимая, необратимая смерть. Как то я ее спросила, как она справляется с восемью миллиардами жителей только в нашем мире, не считая других, в общей сложности биллионами существ. Оказалось, ее работа эксклюзив, и божественное внимание перепадает лишь избранным, а это всего несколько сотен на все миры.

— Ну что же, — дождавшись стопроцентного внимания, Фемида оставшаяся стоять перед нами, подошла к аппаратуре и вывела на экраны несколько картинок, — Пожалуй начнем. Время.

— Итак, как вы знаете, участники спора Афина, — вежливый кивок моей начальнице, — и Арес, — такой же кивок начальнику конкурирующего отдела, — поставили на кон некую вещицу. Гефест, прошу.

В руках мужчины появилась небольшая закрытая шкатулка. Продемонстрировав оную, дождался кивка Фемиды и вновь убрал в подпространство.

— И…, - продолжила богиня, видимо выбранная сегодня на роль судьи, — и повышенное влияние в двойном мире, откуда собственно и вызваны наши персонажи.

На шести экранах крупным планом возникли пять лиц избранных и одно очень знакомое и практически родное — Киану.

— Итак, цель — выжить. Время — двадцать четыре часа. Место — необитаемая территория их родного Нижнего мира. Сейчас за два часа нашего времени, избранные проживут свои двадцать четыре, за которые им необходимо выполнить не только поставленные задачи, но и постараться показать себя. По результатам поединка присуждается победа. Думаю все просто. Начнем.

Ухмыльнувшись, Фемида развернулась к панели управления и нажала одну из кнопок. Экраны мигнули и показали далекую реальность, бывшую мне совсем недавно каким- никаким, но домом.

На экране появилась светловолосая голова, мелькнуло остренькое ухо, и крупным планом предстала озадаченная физиономия эльфа номер…

Оглядев означенного эльфа, присвоила все же номер два. У номера один челка уложена на другой бок.

Номер два тяжело вздохнул и увернулся от лианы, тяжелым канатом упавшей сверху. Подняв голову к небу, погрозил кому-то кулаком, дернулся в сторону от упавшего рядом и расколовшегося кокоса, с ярко-красным содержимым, увернулся от второго и получил по лбу третьим. Сверху кто-то весело заагукал и заколотил по дереву.

Кряхтя номер два поднялся и побрел дальше, в видневшийся среди деревьев просвет.

Камера дернулась и показала эльфа номер один. Номер раз действительно щеголял челочкой, когда-то аккуратно зачесанной на другой бок и белой рубашке с воланчиками. Воланчики и челочка не пережили встречи с грубой реальностью и приказали долго жить.

Растрепанные волосы эльфа стояли дыбом, а сам эльф мчался среди черно-красных зарослей, освещаемых одной из лун и и падая, цеплялся остатками рюшей за ветвистые кусты, щедро одаренные природой колючками. Еще раз упав, он судорожно оглянулся назад и, широко распахнув рот, громко заорал, встав на четвереньки, перебирая ногами и руками, пополз дальше.

Подавшись вперед, мы молча наблюдали за внушительным хищником, семейства кошачьих, настороженно вышедшим к эльфу. Зверь оскалился, демонстрируя огромные белые клыки, и рыкнул, вторя ору несчастного эльфа, вновь оглянувшегося и пытающегося нащупать на боку ножны с кинжалом. Продолжая орать, эльф вытащил оружие и дрожащей рукой выставил его перед собой.

Прыжок зверя, болезненный крик, камера дернулась, показывая кусок темнеющего неба, багряную землю и опавшую листву. Хрип. Камера погасла.

— Ой, мамочки, — сзади раздался судорожный вскрик Томочки. Ей вторил прерывистый всхлип Юленьки.

— Сожрали… — констатировал увиденное, Гефест и вытянул ноги, откинувшись для удобства на широкую спинку кресла.

— Минус один, — хмуро добавил Арес и глянул на спокойную Афину. — Четыре в одному. Дорогая, ваши шансы стремительно растут.

Кошмар, подумала я, наблюдая уже за участником номер три.

Гном, похожий на компактный танк, пробирался сквозь кустарник, оставляя за собой довольно широкую просеку. Пыхтя и что-то бурча в бороду, влетел в паутину и отплевываясь отступил, вытирая лицо широкой ладонью, оставляя разводы и пятна. Вдруг гном прислушался и повернулся назад.