Чтение онлайн

– Дверь, я тебе скажу, Григорий, хорошая. Можно даже сказать, основательная дверь. – Шугарин любовно провел пальцами по массивному дубу. – Такую плечом не вышибить, даже твоим.

– Не похоже, чтобы вышибали. – Костанжогло наклонился, чтобы рассмотреть. – Замок не тронут.

– Вот то-то и оно, что не тронут. Ладно, пойдем, посмотрим, что там Коля накопал.

В окружении дам и разносолов за столом сидел агент угрозыска Коля Евсеев. Он был вызывающе молод и непозволительно хорош собой. Дамы единодушно решили, что люди в потертых кожаных куртках и выцветших рубахах вряд ли поймут горечь потери меховой горжетки или перстня с рубином. А вот молодой человек в чесучовом пиджаке и кашне, да еще и в модных остроносых туфлях, знает цену хорошей вещи. Только непонятно, зачем человек с такими знаниями пошел работать в милицию.

Коля выслушивал пострадавших и старательно заносил в список украденное имущество.

– Граждане, не наседайте, – говорил Коля. – Всех перепишем, все учтем. Возьмите листы бумаги и изложите особые приметы ваших колечек и брошек. Если нарисуете, еще лучше будет.

– Вы хотите, чтобы мы в таком состоянии рисовали! – взвыла Вава. – Меня сейчас хватит удар. – Она закрыла глаза и начала тереть виски.

– Может быть, воды? – предложил Коля. – Вдруг поможет.

– Мне бы помогли мои кольца и брошь! – зыркнула на него Вава. – Теперь придется целую вечность ждать, пока муж купит что-либо приличное. Не дай бог целый год придется голой ходить.

– Голой в смысле без одежды? – уточнил Коля.

Вава посмотрела на него холодным взглядом, в котором удачно сочетались жалость и презрение. – В некоторых кругах, молодой человек, лучше остаться без одежды, чем без бриллиантов. Впрочем, вам этого не понять.

– Где уж мне. – Коля обезоруживающе улыбнулся и положил перед ней лист бумаги и карандаш. – Попробуйте все-таки набросать. Такая артистическая женщина как вы наверняка неплохо рисует.

– Вы мне льстите, – смягчилась Вава, но карандаш взяла. – Впрочем, учитель рисования в гимназии меня хвалил.

– Я так и подумал. Рядом с рисунком напишите название вещи, примерную стоимость, если помните, а также место приобретения. Нам так будет легче искать.

– Я понятия не имею, сколько это все стоит! Я женщина и такими вещами не интересуюсь.

– Спросите у мужа.

Вава хотела объяснить Коле, что не все драгоценности, которые носят женщины, приобретаются их мужьями, но он уже перешел к другим потерпевшим. Раздав листы бумаги и карандаши, он пошел навстречу коллегам.

– Что врут очевидцы? – спросил его Шугарин.

– Вон та, в цветастой шали, хозяйка Нина Туманова, – показал Коля. – Рядом с ней в жилете Владимир Туманов, ее муж. Праздновали его день рождения. Вошли трое с пистолетами. Один держал на пушке, двое собирали вещи. Особых примет нет. Среднего роста, возраста, телосложения – словом, мрак.

– Коля, не тяни, – оборвал его Шугарин. – У тебя веселые глаза, значит, ты знаешь, кого нам искать.

– Тот, что держал ствол, начал с фразы «всем сидеть т-тихо».

Шугарин и Костанжогло переглянулись и хором вынесли вердикт:

– Вася Тишинский.

– Люблю работать, когда знаешь, кого ищешь, – сказал Шугарин. – Где он нынче обитает?

– Говорят, он с дамой сердца поссорился и с её малины съехал, – ответил Коля. – Где его теперь искать?

– Слава богу, в Москве не одна малина. Ты позвони дежурному по городу, дай ориентировку на Тишинского. И еще, узнай, не прибыл ли нужный нам человек из Ростова. – Коля кивнул и вышел. – Гриша, ты возьми на контроль этот кружок рисования. – Он кивнул на сидевших за столом гостей. – Я пока потолкую с хозяевами.

Шугарин попросил Тумановых пройти в соседнюю комнату. Предназначенная для чаепитий на английский лад, с низким столиком, окруженным диваном и креслами, комната была последним писком столичной моды.

Для интерьера был приглашен остромодный художник, который обтянул все, до чего дотянулся, полоской. Картины на стенах являли собой единство темы, представленное в многообразии стилей. Здесь были лошади всех мастей: реалистические, романтические, кубические, аполлонийские, мусагетовские, бубно-валетовские и прочие. Художник наслаждался безудержной симфонией искусства. Хозяйке дома очень нравилось, что лошадки подходят по цвету к обоям.

Нина Туманова без сил упала на полосатые подушки дивана. Ее муж опустился на стул.

– Кто обычно открывает дверь? – спросил Шугарин.

– Даша, наша домработница, – ответила Туманова.

– Где она?

– Побежала вам звонить.

– Нам позвонил дворник.

Тумановы переглянулись, и Шугарин почувствовал напряжение.

– Тут, видите ли, деликатный момент, – взял на себя объяснение муж. – У Даши есть небольшие проблемы с документами.

– Насколько небольшие?

– Её ограбили бандиты в поезде, – зачастила Туманова. – Ударили по голове, отобрали все вещи и деньги. Вы представить себе не можете, что она пережила.

– Почему же не могу? Очень даже могу. Я каждый день общаюсь с людьми, у которых отбирают вещи и деньги.

– Она потом долго лечилась, – продолжил муж. – Это все ужасно.

– Я не понимаю, куда смотрит милиция, – продолжила Туманова с надрывом. – В поездах грабители, в трамваях карманники, а теперь и в собственной квартире не скрыться. Порядочному человеку нет покоя!

– Это все очень прискорбно, но к делу отношения не имеет, – Шугарин прервал ее монолог. – Значит, горничная, которая открыла дверь грабителям, скрылась, потому что у нее нет документов, так?

– Выходит, что так, – нехотя согласился Туманов.

– Как же вы наняли ее на работу? – продолжал допытываться Шугарин.

– Она была такая несчастная, – жалобно проскрипела Туманова.

– И потом, у нее сохранилось рекомендательное письмо покойной жены московского градоначальника, – продолжил ее муж. – Знаете, в ней чувствовалась школа прислуги из хорошего дома: умение понимать, что хозяевам нужно, предупреждать их желания. Хорошо вышколенную прислугу нынче днем с огнем, как говорится.

– Вышколенную, значит, – кивнул Шугарин. – Другими словами, раз девушка без документов, то сунем управдому красненькую, чтобы не совался, а ей заплатим крохи. Пусть будет счастлива, что хоть крыша есть над головой. Будет ерепениться, сдадим в милицию.

– Как вы смеете! – взвился Туманов. – Я буду жаловаться.

– Да, пожалуйста, закон дает вам на это право.

Следующие десять минут Шугарин стоически выдерживал крики хозяев. Он узнал, что Туманов очень важная фигура в Наркомфине и он не позволит непонятно кому так с собой обращаться.