Чтение онлайн

– Последняя проверка, – второй гаишник протягивает мне сканер и просит приложить два больших пальца к экрану.

Я выполняю, но всем своим видом показываю, что возмущена таким отношением к своей персоне.

Когда данные передалось на планшет и на весь экран высветилась моя фотка в возрасте двадцати одного года, мужчины ошарашено переглянулись.

– Вы сотрудник? – растерянно спрашивает второй, а я думаю: соврать или нет, и в конце решаю, что лучше сказать правду, а то еще потащат в отдел, предположив, что у них аппаратура барахлит.

– Уволилась чуть меньше года назад, – я протягиваю руку за своими документами.

– Вот это вас жизнь потрепала, – еле слышно бурчит себе под нос первый.

– Вы это…. фотку бы на правах заменили бы, а то такие проверки будут каждый день, – советует мне сердобольные сотрудник, а я одариваю его кривой улыбкой и убийственным взглядом.

“Себе пусть заменит” – ворчу под нос, пока забираюсь в свою машину, завожу ее и аккуратно выруливаю с парковки. Смотрю на время, если я буду ехать быстро, но аккуратно, то успею к началу. Ладно, надо поторопиться, а еще выяснить, кто натравил на меня патруль и с какой целью. Но об этом я спрошу у Бориса, после "выхода в свет", так сказать.

Итак, на выставку я попала вовремя, но, естественно, осмотреться заранее не получилось. Значит, надо постараться не влипнуть, чтоб не спасаться бегством.

Выставка должна была начаться с приветственного слова владельца галереи. Он долго и пространно рассуждал об искусстве и том месте, что оно занимает в современном обществе. В общем, ни о чем. Лил воду и мило улыбался, и у меня сложилось впечатление, что он просто тянул резину. Представил молодое дарование, картины которого мы могли сегодня лицезреть на стенах, и дал ему слово. Тот тоже усиленно рассуждал об искусстве и что это такое в принципе. Я бегло осмотрела зал, гостей было не много. Но даже не смотря на мой образ, я все равно не сильно вписывалась. Прогадал я с образом, это уж точно. Я здесь среди красоток не то что сливалась с интерьером, я очень контрастно выделялась. Здесь были утонченные дамы, чуть ли не в вечерних нарядах, хоть на улице и день белый, и мужчины при параде, а тут я. Я-то думала: это какое-то общедоступное культурно-массовое мероприятие, а не собрание местного городского бомонда и художественной элиты. Вот только братьев Браун я не наблюдала.

Я встала в сторонке, подпирая стеночку. И слушала вполуха, когда заметила этих красавчиков, входящих в зал. Сразу же слово перехватил владелец галереи, который громко и пафосно начал рассказывать, что благодаря именно братьям Браун состоялась эта выставка, именно они стали спонсорами и бла-бла-бла.

Мое предположение о том, что специально тянули время, подтвердилось. Оказывается, они ждали местных меценатов, именно наших знаменитых братьев Браун. Мужики, конечно, хороши, но самовлюбленные просто жуть. Идут как пишут, раздавая улыбки направо и налево. Одеты с иголочки, в светлые песочного цвета костюмы, только футболки разного цвета. У одного белая, у другого черная. Они больше похожи на моделей или кинозвезд. Так что если у них заглохнет бизнес, то смело могут сменить профессию. Они даже стояли на сцене, будто позировали. Удивительно, но эти два племенных кобеля были без пар. Удивительно, но факт. С учетом, что в инет постили их фото с девицами.

Они тоже сказали пару слов и пожелали художнику дальнейших успехов и быстро соскочили с небольшого помоста-сцены. Их сразу же обступили знакомые, и они как ледоколы медленно и упорно пробивались сквозь толпу.

Их взял в оборот один толстопуз, который подвел их к одной из картин. Я потихоньку прокралась поближе, чтобы услышать, о чем разговор.

– Картины, конечно, не плохи, но вы спонсировали всю выставку. Так в душу запала? – маленький пузатый мужчина задавал вопрос брату в черной футболке. Я так и не поняла, кто из них кто.

– Конечно, – немногословно ответил "черная футболка".

– Если вам не нравятся картины, то что вы тут делаете? – поддел пузатого "белая футболка".

– Ну, вы же знаете, зачем сюда прибыла половина гостей, – многозначительно посмотрел пузан на братьев.

– Нет, расскажите-ка? – это белая футболка прикинулся шлангом. Даже я поняла, что всё братья знают, только делают вид, что не в понятках.

– Вон та часть, – и пузан махнул головой на мужчин, рядом с которыми стояли скучающие девушки-куклы. – Хотят помаячить у вас на глазах, а вдруг вы на их дочурок глаз положите. Все же знаю, что вы потенциальные наследники вашего дядюшки, – пузатый сделал паузу, видимо, для значительности сказанного. – А вон те, – и мужчина махнул головой на других. Там мужчины были по одному или с женами. Там как бы невооруженным взглядом понятно, что это жены, а не любовницы. Весовая категория и взгляд не тот для любовниц. – Часть этих господ идут на поводу своих жен и хотят без очереди сделать заказ. О вас ходят легенды, вы бренд. И ваша мебель на слуху у самых известных людей не то что нашего города, но и звезд эстрады и медийных личностей в столице. Очередь на тумбочку у вас на следующий год, я лично проверял. Хотя что такого в этих шкафах, тумбочках и камодах? – закончил свою речь мужчина, а я удивленно приподняла бровь. Ничего себе, я и не знала, что бизнес парней такой крутой. Тут не только из-за дядюшкиного наследства глотку перегрызут, тут за такой лакомый кусочек в порошок друг друга сотрут. Очередной раз убеждаюсь, что обладаю невероятным везением. Победитель – мое второе имя. Я ж не могу чуток в неприятности вляпаться, я по самую жоп… , в общем, сильно в них встреваю. Хочу осторожно ретироваться в сторонку. И вот надо же, чтоб в этот момент на меня налетел официант, который не заметил меня. Вот и слилась с фоном. называется. Часть напитков на мне, часть на полу, и я в испорченной одежде, но не это самое ужасное.

Самое ужасное, что когда я подняла глаза, то наткнулась на два голубоглазых взгляда. На мгновение на лицах парней промелькнуло удивление, потом любопытство, а самым непонятным стала заинтересованность, промелькнувшая в конце. Они что, на теток заглядываются? Им куклы с накачанными губами и остальными частями тела, отредактированными врачами, уже не нравятся? На экзотику потянуло?

Они переглянулись и потянули носами прям по-звериному. И я поняла, что надо бежать, роняя тапки.

– Где туалет? – я намеренно громко спрашиваю, чтобы парни меня услышали.

– Около выхода налево, – недовольно буркнул официант, которому придется со своего кошелька заплатить за разбитую тару. На будущее будет внимательнее, хотя он-то так не считает, меня винит в произошедшем инциденте.

Я рванула в указанном направлении, но как только оказалась около заветной двери, оглянулась. Преследователей нет, хотя, может, их и не будет. И я сменила курс, шмыгнула мышкой на выход и рванула на парковку. Открыла дверь машины и заскочила вовнутрь. Посмотрела на себя в зеркало заднего вида. Видок у меня тот еще. От нервов все лицо вспотело, и грим начал чуток плыть. Я достала влажные салфетки и, смотрясь в зеркало, начала тщательно стирать боевой раскрас.

Не приведи господь, меня снова гаишники остановят. Второй раз такой нервотрепки я не выдержу. Придав лицу приличный вид, я завела машину и тронулась с места. Чтобы выехать с парковки, надо было проехать мимо главного входа. И вот надо же мне так повезти, что именно в этот момент два брата выскочили на ступени здания. Они ошарашено и растерянно осматривают все вокруг, и именно в этот момент их взгляды падают на мое авто. И я, как дурында, еще пялюсь на них.

Резко отворачиваюсь и прибавляю газу, а сама кошусь в зеркало заднего вида. Мужчины спускаются со ступенек и смотрят вслед моей машине. Вот же черт! Ну ладно, будем надеяться, что они не сопоставят, что тетка, на которую вылили шампанское, и молодая девушка за рулем уезжающей с парковки машины – это одно и то же лицо.

Поехала в сторону агентства, так как надо привести себя в порядок и заскочить к Борису, а домашних своим видом я пугать не хотела. Тогда бы пришлось рассказывать, что произошло.

Саша – Паша

– На кой х… , ляд, нам нужна была эта выставка? – Павел Браун был, мягко говоря, зол. Ему удалось проглотить ругательство в самый последний момент, наткнувшись на гневный взгляд брата. – У нас что, денег девать некуда? С каких пор мы меценатами заделались? – он раздраженно перебирал костюмы в гардеробной. Между прочим, в их мебельном цеху спроектированной и собраной.

– А я тебе уже объяснял: наш бухгалтер и юрист оформили это все как благотворительность, и на сумму, что мы выделили на организацию этой выставки, уменьшится сумма налога, – Александр ждал, когда приступ злости и раздражения брата пройдет и он определиться с костюмом, чтобы взять точно такой же. Такое у них правило или традиция, что ли. Один из них примеряет одежду на мероприятие, выбирает, второй молча облачается в то же самое.

– Ну, выделили, ну уменьшится. Нам-то зачем туда ехать??? – Павел эмоционально взмахнул руками.