Чтение онлайн

– Прости, - едва выговорил брат.

Брови мои поползли вверх.

– Ты что?!
– взвизгнула я.
– Так увлёкся раритетом, что забыл о задании?

Лежка протестующе взмахнул руками.

– Нет, конечно!
– быстро проговорил он.
– Когда ведьма уснула, я обшарил весь её дом. Но ничего найти не удалось. Прости...

– Чёрт, - выругалась я.
– Выходит, я зря тебя мучила.

– Мучай меня, сколько хочешь, - мечтательно улыбнулся Лежик.
– Мне только в радость. Шикарное пополнение моей коллекции! Знаешь, когда она вынула вставную челюсть...

Я вскочила и закричала:

– Не хочу ничего знать!

Лежка отшатнулся:

– Молчу-молчу...

Зазвонил телефон, и я подпрыгнула от неожиданности. Бросилась к столу, и дрожащие руки мои попыталась подхватить трубку, но она выскальзывала из непослушных пальцев. Брат подхватил сотовый и передал его мне. Я торопливо проговорила:

– Вукула! Ты мне нужен! Срочно!

А в ответ услышала безжизненную запись:

– Вы просрочили платёж по кредиту. Задолженность составляет...

Трубка выпала из моих рук, а на глаза навернулись слёзы. На плечи мои легла тёплая рука Лежки, и я благодарно сжала его ладонь.

– Не опускай нос, старушка, - мягко проговорил он.
– Тебе по зубам и не такие орешки!

Я нервно хихикнула, вспомнив о вставной челюсти его последней любовницы, а взгляд мой метнулся в сторону бывшего кабинета брата. Неподвижная фигура Генриха напоминала каменное изваяние, а его изумрудные глаза излучали холодную решимость.

– Боюсь, что как раз такие и не по зубам, - прошептала я.

***

Забава выхаживала по кабинету, удивительно напоминая цаплю с заложенными за спину руками и вытянутой шеей. Лежка сидел на столе и по-детски болтал ногами. Я смотрела на них, и злость моя нарастала.

– Короче, идей никаких, - подытожила я. Приложила руку к гудящей голове и простонала: - Вот ёкарный бабай! Так неохота терять тридцать штук!

Брат посмотрел на меня с сочувствием, а голос его зазвучал мечтательно:

– Я могу ещё раз соблазнить её...

Я вскинулась:

– Ни за что! Хватит с неё и одного счастья! И так лет до ста будет подругам рассказывать... А эта доживёт и до ста! Насчёт её подруг не уверена. Надо же, какая умная нашлась! Продавать приворотное зелье, а потом шантажировать жертв!

– Мара!
– остановилась Забава, и глаза её засверкали: - А почему мы так не делаем? Отличная же схема.

Я закашлялась, и Лежка ласково потрепал меня по шее.

– Не сильна я в зельях, - прохрипела я, решив не растекаться мыслью по древу о том, как всё это противно... и противозаконно.
– Если честно, то от моего первого приворотного зелья парень, который мне тогда нравился, попал в реанимацию.

– О!
– встрепенулся брат.
– Я помню этот случай. Неделя поноса и страшные язвы. Было прикольно!

– Да уж, - пробормотала я, ощущая, как ожгло мои щёки.
– Именно ты, мой добрый брат, и не даёшь мне забыть об этом позоре...

Лежка широко улыбнулся, словно я его похвалила. Раздался резкий звонок, и брат подскочил, а его руки зашарили по телу в поисках сотового. Я с удивлением посмотрела на его дрожащие пальцы, когда он прислонил трубку к уху.

– Что? Кто? Правда? Сколько? Ты умничка! Я тебя обожаю!

Он опустил руки, а я уже сгорала от любопытства.

– С чего вдруг столько счастья на лице?
– невинно поинтересовалась я.
– Тебя пригласили на съезд пенсионерок?

Лежка не обратил внимания на мой сарказм, глаза его горели восторгом. Он подскочил на месте, словно ребёнок, которому купили долгожданную игрушку.

– У меня сын!
– завопил он.

– Блин, - помрачнела я.
– Ещё один на мою шею. Нет от племянников житья! Топить их в речке надо...

– Мара!
– возмущённо воскликнула Забава, и я виновато пожала плечами. Секретарша подошла к Лежику и сердечно обняла его: - Поздравляю! Сын - это замечательно. Но вершина счастья - это дочка.

Я хмыкнула:

– У него этих вершин уже семь!

– Восемь, - педантично поправил Лежик.

– Надо список обновить, - скривилась я и покачала головой: - Ты такой прыткий, брат! Давай помедленнее штампуй детей, я не успеваю их записывать!

– Никого я не штампую!
– обиделся Лежка.
– Мои дети замечательные!

– Кто бы спорил, - вздохнула я и выудила из сумки кошелёк: - Сколько?

– У тебя пятёрка есть?
– с надеждой спросил Лежик и, заметив мой возмущённый взгляд, добавил: - Остальное я сам заработаю! Сегодня пятница, - самый клёвый день! А если повезёт, то и долг тебе отдам...

Я уныло потянула купюры из кошелька, и Лежка быстро цапнул протянутые ему бумажки.

– Что бы я без тебя делал?
– благодарно произнёс он.

– Детей, разумеется, - фыркнула я.
– Кажется, ты единственный инкуб в мире, который заботится о своём потомстве.

Лицо брата потемнело, а глаза свернули, и сердце моё заныло.

– Я не такой, как наш отец-кукушка, - зло выплюнул он.
– Мои дети не будут расти без родителей!

И быстро покинул кабинет. Хлопнула дверь. Мои ладони обхватили виски: голова болела всё сильнее. Я покосилась на Забаву.

– Похоже, у меня мигрень, - пожаловалась я.

Лицо секретарши осветилось в белозубой улыбке.

– Значит, пора доставать лекарство, - весело подмигнула она.
– Благо Лихо и Лежка свалили, и конкурентов у нас не будет!

Забава исчезла за дверью. Я разминала пальцами виски, пытаясь ослабить навалившуюся на меня боль. Может, это аллергия на инститора? Эх, как не вовремя был звонок из банка! Еще час назад я бы быстро избавилась от аллергена. Но где найти деньги на взнос? Хреновый из меня распорядитель средств. Последнее отдала брату для его спиногрызов...

Впорхнула Забава, в одной руке её золотилась в солнечных лучах бутыль коньяка, а другой она потрясала рыжей коробочкой. Краска плюхнулась на стол перед моим носом, и секретарша подхватила из кулера пару одноразовых стаканчиков.

– Извини, дорогая, что без бокалов, - пропела она, наливая в них янтарную жидкость.

– Ляд с ними, - отмахнулась я и с удовольствием вдохнула аромат изюма в спирту. Пальцы мои осторожно обхватили скрипнувший стаканчик, и я нетерпеливо сглотнула: так хотелось хоть ненадолго избавиться от проблем!
– За что пьём?