Чтение онлайн

По дороге в ссылку, в Иркутске, А. Абрамович при помощи партии бежал за границу. Обосновался в Швейцарии, проживал сначала в Женеве, а с началом мировой войны перебрался в Шо-де-Фон, где долго был единственным эмигрантом-большевиком. Работал на ряде часовых заводов, сочетая работу с учебой на медицинском факультете Женевского университета, который, однако, так и не закончил. Этот факт был засвидетельствован самим А. Е. Абрамовичем в анкете, заполненной 27 апреля 1925 года для руководства Исполкома Коминтерна (ИККИ) [36] . Она противоречит данным более поздних анкет, в которых А.Е. Абрамович уверял, что окончил вышеназванный университет [37] .

Важным событием в жизни А. Е. Абрамовича стало знакомство с В. И. Лениным. Они встретились в 1911 году в Берне. Позже стали переписываться [38] . Осенью 1914 года В. И. Ленин из Галиции перебрался в Швейцарию, что, естественно, облегчило ему контакты с местными эмигрантами-большевиками. Именно по совету В. И. Ленина Александр Абрамович в начале 1915 года переехал в Шо-де-Фон и включился в работу Швейцарской социалистической партии и местного Интернационального рабочего союза. Секретарем этого союза был Жюль Эмбер-Дро, впоследствии один из руководителей Коминтерна. В марте 1917 года А.Е. Абрамович организовал приезд В. И. Ленина в Шо-де-Фон для чтения реферата памяти Парижской коммуны. Вместе с Ильичом в знаменитом «пломбированном» вагоне А. Абрамович вернулся 3 апреля 1917 года, после свержения царя, в Россию. Фамилия Абрамович фигурирует наряду с фамилиями Ленин, Зиновьев, Арманд и другими в списке лиц, давших подписку об ознакомлении с условиями проезда через Германию.

Его назначили ответственным организатором Охтинской районной организации РСДРП(б) и избрали членом Петроградского комитета партии, а после июльских беспорядков в Петрограде откомандировали пропагандистом на румынский фронт. Выполняя задание партии, А. Е. Абрамович уехал в Одессу, где записался в августе в 49-й запасной пехотный полк. Вскоре его избирают председателем солдатского комитета маршевого полка, председателем Совета солдатских депутатов гарнизона и членом Президиума Румчерода(Исполкома Совета солдатских и матросских депутатов румынского фронта, Черноморского флота и Одесского военного округа) [39] . Одновременно он был кооптирован в члены одесского комитета РСДРП(б).

В октябре 1917 года А. Абрамович в качестве члена революционного комитета участвовал в вооруженном восстании, установившем в Одессе советскую власть.

В январе 1918 года А. Е. Абрамовича отозвали из Одессы, дав новое задание: формировать части создававшейся тогда Красной армии. В Петроград он возвратился лишь в марте 1918 года делегатом VII съезда РКП(б). На этом чрезвычайном съезде главным рассматривавшимся вопросом было отношение к подписанному 3 марта в Брест-Литовске Советом Народных Комиссаров миру с кайзеровской Германией. «Левые коммунисты» во главе с Н. И. Бухариным были решительными противниками «похабного», по выражению В.И. Ленина, мира, обязавшего Россию выплатить контрибуцию в 6 млрд. золотых марок и отторгавшего от нее часть территорий. С намерением отвергнуть навязанный немцами мир приехал на съезд и А. Е. Абрамович. Но В. И. Ленин сумел убедить его, как и большинство делегатов, в необходимости пойти на это унизительное соглашение с немцами. Противники В.И. Ленина собрали из 46 голосов только 12. Мирный договор был ратифицирован IV Чрезвычайным съездом Советов.

С мая А. Абрамович — разъездной инструктор ЦК РКП(б), а затем начальник отряда особого назначения Московского военного округа. Принимал участие в боях против восставшего чехословацкого корпуса, летом и осенью 1918 года представлявшего главную опасность для советской власти.

Чехословацкий корпус был сформирован из военнопленных и эмигрантов еще в 1917 году по инициативе Союза чехословацких обществ. В январе 1918 года корпус был объявлен автономной частью французской армии, а в марте советское правительство дало согласие на переброску частей корпуса во Францию через Владивосток при условии сдачи оружия и удаления из их личного состава русских офицеров. Командование корпуса нарушило эти условия, а когда правительство РСФСР по инициативе И. В. Сталина начало разоружение чехословаков, оказало сопротивление, вскоре взяв под свой контроль практически все прилегающие к транссибирской железнодорожной магистрали населенные пункты.

В феврале 1919 тда по заданию ЦК РКЩб) с целью налаживания связей с революционными элементами в Европе А.Е. Абрамович нелегально перешел границу Германии. Его путь лежал через Берлин в столицу Баварии Мюнхен, где «согласно условию» ему следовало устроиться. С политической точки зрения Бавария в это время отличалась от Пруссии своими либеральными порядками. Коалиционное социал-демократическое правительство, не препятствовало коммунистической пропаганде, в Мюнхен бежали от преследования центральных властей многие немецкие коммунисты, в том числе и состоявший в прошлом в русской партии социалистов-революционеров Эйген Левинэ. После убийства в Москве немецкого посла графа Вильгельма Мирбаха он порвал с эсерами и вступил в Независимую социал-демократическую партию, а сразу после Ноябрьской революции в Германии вошел в «Союз спартаковцев».

В марте 1919 года Э. Левинэ прибыл в Мюнхен, где под псевдонимом Ниссен возглавил баварских коммунистов. Привлечение к работе другого выходца из России — анархиста Аксельрода позволило наладить выпуск ежедневной газеты «Мюнхенское красное знамя», по популярности значительно превосходившей социал-демократические издания. Быстро росли ряды партии: если в начале весны коммунистов в Баварии насчитывалось официально не более 600 человек, то к апрелю их стало в 10 раз больше [40] . Более того, почти завершились переговоры о слиянии с коммунистами местной организации Независимой социал-демократической партии Германии, члены которой были готовы даже предварительно обновить свое руководство в обмен на обязательство не сводить «старых партийных счетов».

Однако ситуация кардинально изменилась, когда «независимцами» 7 апреля была внезапно провозглашена Баварская советская республика и сформировано правительство во главе с поэтом и драматургом Эрнстом Толлером. Советская власть просуществовала всего три, а под руководством коммунистов — лишь две недели. 3 мая в Мюнхене белогвардейцами были подавлены последние очаги сопротивления. В ходе уличных боев были убиты 159 человек и ранены 900. Более 1500 человек подверглись аресту с последующим осуждением.

5 июня по приговору военно-полевого суда казнили Эйгена Левинэ. Позже ИККИ назначил его сыну до достижения совершеннолетия ежемесячную пенсию в размере 40 долларов. Эрнст Толлер оказался за тюремной решеткой, где провел 5 лет. В заключении он вступил в КПГ.

Крушение советской республики в Баварии было предопределено целым рядом факторов: пассивно-оборонительной стратегией ее руководства, внутренними межпартийными трениями, заурядной коррупцией. Разложению подвергались не только местные функционеры, но и агенты Коминтерна. Вот что писал по этому поводу А. Е. Абрамович: «Когда венгры (т. е. КП Венгрии. — М. П.) были у власти, то они такую кутерьму затеяли, что прямо волосы дыбом становятся. Например, в Мюнхен приезжает курьер и передает для мюнхенской партии 30 000 крон. Случайно я являюсь к нему для того, чтобы расспросить о положении дел в Венгрии. Он чуть ли не падает в обморок и дает мне еще 50 000 крон, но потом оказывается, что он получил 150 тысяч и разделил их между своими приятелями. Так же и с нашими курьерами» [41] .

А. Е. Абрамович, по собственным словам, входил в рабочее правительство [42] , однако документов, подтверждающих это, не обнаружено. После падения советской власти он скрывался 10 дней у местных студентов, а затем выбрался из города и уехал в Лейпциг. Здесь на переговорах с представителем ЦК компартии Германии А. Е. Абрамович условился, что после оказания организационной помощи немецким коммунистам он переедет во Францию.

Во время работы в Германии московскому эмиссару пришлось посетить ряд партийных конференций, в том числе в Магдебурге, Галле, Гамбурге, Бремене. В поездке его сопровождал член ЦК КПГ Пауль Фрёлих. Выводы, к которым пришел А. Е. Абрамович, были малоутешительными. «В партии имеется довольно значительное количество синдикалистов, которые, прикрываясь маской коммунизма, пытаются за спиной организации проделывать сбои делишки. Так, они всеми силами борются против централизованной партии и все время проповедуют федеративное устройство. Они занимаются путчизмом и думают, что это самое лучшее средство завоевать симпатии масс и достигнуть революции. Конечно, этим они достигли как раз обратных результатов. Массы, которые сначала поддавались на эту удочку, до того утомились, что никаких революционных шагов предпринимать нет возможности. Партия, раздираемая внутренней борьбой, очень слаба, и теперь самой важной задачей является внутренняя реорганизация. Преследования, посыпавшиеся на партию вследствие того, что синдикалисты в своей последовательности докатились до испанских методов борьбы (т. е. терроризма, пассивной забастовки и прочих прелестей анархизма), отпугивают массы от партии. Средние слои вследствие полного отсутствия информации о нашей партии считают ее составленной из грабителей и разбойников» [43] , — подвел итог А. Е. Абрамович.

Позже, уже в другом письме, он развил свои соображения относительно принципов строительства коммунистических партий: «…Мы в Западной Европе имеем дело не с восставшими массами, которые только не сумели еще захватить власть, а с одураченными своими вождями и под влиянием экономических условий только начинающими приходить в себя пролетариями. Следовательно, к этим массам нужно подходить с совершенно другой меркой и поступью, нежели в России. Положение теперь в Западной Европе приблизительно такое, какое было в России после провала революции 1905 года. Необходимо упорным трудом стараться, чтобы массы, а не группки сорганизовались вокруг действительно действующей партии, вооруженной марксистским пониманием истории и не боящейся никаких неудач. Везде, не исключая Германии и Австрии, дело обстоит несколько иначе…