Чтение онлайн

От времён Советской власти и до 01 марта 2011 года милиция своего названия не изменяла, а вот органы государственной безопасности, то входившие в состав НКВД, то являясь самостоятельным ведомством, аббревиатуру меняли как перчатки (ВЧК, ГПУ, ОГПУ, НКГБ, МГБ, КГБ СССР; КГБ РСФСР, АФБ, МБ, ФСК, ФСБ РФ).

Первоначально руководившие ВЧК большевики и эсеры были противниками секретной агентурно-оперативной деятельности как позорного и ненавистного им метода царской Охранки и рассчитывали гласными методами решать поставленные перед Комиссией задачи. Ф.Э. Дзержинский публично заявлял, что главное в деятельности ЧК — «осуществление непосредственных репрессий над врагами пролетариата». [53] Однако реалии борьбы со шпионажем, контрреволюцией, саботажем и спекуляцией заставили чекистов прибегнуть к дедовским методам: для начала организовали службу наружного наблюдения, а 17 февраля 1918 года Коллегия ВЧК решила «пользоваться секретными сотрудниками, но вне стен Комиссии».

После недолгих дебатов о революционной целесообразности и морально-нравственной составляющей агентурно-оперативной деятельности Первая Всероссийская конференция чрезвычайных комиссий (11–14 июня 1918 года) приняла «Основные положения по разведке». Всем чрезвычайным комиссиям предписывалось организовать внешнюю и внутреннюю разведки. Последняя должна была осуществляться «путем использования элементов из среды контрреволюционеров». В одобренных конференцией «Кратких сведениях ЧК для ведения разведки» подчеркивалось, что «главным и единственным основанием розыска контрреволюции является внутренняя, совершенно секретная и постоянная разведка; задача ее заключается в обследовании преступных контрреволюционных организаций и уличении участников…» По отношению к агентурной разведке все другие силы и средства ЧК, работающие по розыску (штатные сотрудники ЧК — комиссары и разведчики, а также добровольные заявители, анонимщики, материалы обысков и т. д.), объявлялись вспомогательными. Инструкция подробно излагала методы и основы вербовки секретных сотрудников (принуждение, убеждение, материальная зависимость), закрепления вербовки, руководства агентами, способов связи, вводов и выводов из разработки и т. д. Так быстро составить и утвердить столь серьезные и принципиально новые для чекистов документы позволило то, что член коллегии ВЧК Д.Г. Евсеев детально изучил прежние полицейские инструкции и переработал их (порой заменив лишь отдельные фразы), а также сумел убедить чекистов принять их. [54]

Все последующие нормативно-правовые акты советских спецслужб только совершенствовали и меняли названия однажды придуманной Столыпиным Инструкции по организации и ведению внутреннего (агентурного) наблюдения. Оно и понятно, ведь с ноября 1918 года сам экс-командир Отдельного корпуса жандармов и товарищ министра внутренних дел Джунковский В.Ф. [55] (!!!) по личной просьбе Дзержинского стал работать в ВЧК. Владимир Фёдорович, основываясь на прежнем сыскном опыте, формировал профессионализм чекистов — создавал инструкции и наставления по оперативно-следственной работе, а также являлся вдохновителем операций «Трест» и «Синдикат», которые стали хрестоматийными. Возможно, в этой связи Политбюро ЦК РКП(б) в 1922 году приняло решение о привлечении к работе в органах ГПУ бывших жандармских офицеров и сотрудников охранных отделений. [56]

У всего есть начало.

Когда-то и ВЧК завербовало своего первого агента, однако имя этого пионера мы вряд ли узнаем. Затем был завербован второй, а к началу 1935 года агентурный аппарат НКВД СССР (в котором агентурно-оперативной деятельностью ведали ГУГБ — Главное управление государственной безопасности, ГУРКМ — Главное управление рабочекрестьянской милиции, печально знаменитое ГУЛАГ — Главное управление лагерей и ГУПВО — Главное управление пограничной и внутренней охраны) состоял примерно из 500 тыс. осведомителей, которыми руководили около 32 тыс. оперативных сотрудников. [57] Численность населения СССР в тот период составляла порядка 160 млн человек. Путём несложного арифметического действия приходим к выводу, что каждый 320-й советский гражданин в 1935 году являлся агентом НКВД.

В 1968 году агентурный аппарат КГБ при СМ СССР насчитывал порядка 260 тыс. негласных сотрудников. [58] По данным на январь 1970 года численность населения в СССР составляла 241,72 млн, то есть каждый 929-й гражданин сотрудничал с органами государственной безопасности. В книге «Мина замедленного действия» [59] со ссылкой на Бакатина [60] указывается, что агентурный аппарат

КГБ СССР в 1991 году состоял из 400 тыс. «негласных источников», которыми руководили порядка 80 тыс. оперработников. [61]

Сведениями о масштабах агентурного аппарата и штатной численности МВД СССР (в структуру которого входила и пенитенциарная система) на момент его ликвидации я не располагаю. Однако известно, что 22 октября 1991 года образовано Министерство внутренних дел РСФСР. В связи с прекращением 26 декабря 1991 года существования Союза Советских Социалистических Республик все органы, учреждения и организации МВД СССР на территории России были переведены под юрисдикцию Российской Федерации с включением их в систему МВД России. Штатная численность органов внутренних дел МВД РСФСР к 01 января 1992 года составляла 478 206 работников. [62] Надо полагать, что агентурный аппарат милиции к тому времени был поболее чекистского!

По данным Госкомстата СССР, на 1 июля 1991 года в стране проживало 293 047 571 человек. [63] Путём несложных арифметических манипуляций приходим к выводу: каждый 732-й советский гражданин, включая малолетних и престарелых, являлся негласным источником госбезопасности, и примерно каждый 300-й россиянин — осведомителем МВД.

Для сравнения: в 1992 году в Чехословакии проживало 15,6 млн граждан, [64] из которых 140 тыс., [65] то есть каждый 111-й, сотрудничал с МВД! В 1989 году численность сотрудников и агентов госбезопасности ГДР оценивалась соответственно в 91 015 человек на штатной основе и около 200 000 неофициальных сотрудников. [66] При населении в 16,77 млн чел [67] — каждый 58-й гражданин ГДР был причастен к Штази! [68]

Сведениями о численности спецслужб иностранных государств не располагаю. Однако судя по тому, что разведсообщество США состоит из шестнадцати отдельных ведомств с совокупным бюджетом в 2000 году в 29,5 млрд долларов, [69] полагаю, что плотность агентурной сети в странах западной демократии едва уступает вышеприведенным показателям Чехословакии и ГДР.

Приходится констатировать: не дотягивали до демократического стандарта советские опера, поэтому и Родину про…ли!!!

На заре перестройки демократические СМИ кошмарили советских граждан ужасами сталинских репрессий и опасностью установления в СССР тоталитарного режима, где власть будет принадлежать беспринципным, коварным и беспощадным беспредельщикам из КГБ и МВД! В результате — на обломках СССР стала строиться новая демократическая Россия, правительство которой с первых месяцев самостийности постановило: «…Увеличить численность работников органов внутренних дел в 1992 году на 43 тыс. единиц, в 1993 году на 50 тыс. единиц и установить в связи с этим лимит численности работников органов внутренних дел, содержащихся за счет республиканского бюджета Российской Федерации, по состоянию на 1 июля 1992 г. 521 206 единиц и на 1993 год 571 206 единиц. Выделяемую дополнительную численность направлять на расширение подразделений по борьбе с организованной преступностью, экономическими преступлениями, уголовного розыска, следствия, экспертно-криминалистических, а также дежурных частей и других служб милиции.». [70]

С момента распада СССР до августа 2010 года население России подсократилось на 7,5 млн человек! Зато «безопасность» оставшихся в живых россиян стерегли уже: 1,4 млн сотрудников МВД [71] ; порядка 77,6 тыс. чекистов [72] (без учёта погранвойск и военной разведки); Федеральная служба охраны — в СМИ называют штатную численность от 10 до 25 тысяч, остановимся на 17,5 тыс. телохранителях; Служба внешней разведки — порядка 20 тыс. «рыцарей плаща и кинжала»; Федеральная таможенная служба — 71 181 [73] мытник; Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков -41 385 [74] борцов с Морфеем; Федеральная служба исполнения наказания — ещё 350,7 тыс. тюремщиков [75] . И того — порядка 1 978 366 сотрудников спецслужб — субъектов оперативно-розыскной деятельности! Сколько из этих служивых являются агентуристами — вычислить не представляется возможным. Однако, проведя некоторые параллели, можно прикинуть примерную динамику увеличения руководимого ими агентурного аппарата.

Так, в 1940 г. агентурно-осведомительная сеть в среде заключенных ГУЛАГа составляла 1 % от их числа в 1,3 млн чел. (то есть 13 000 осведомителей), к 1947 г. возросла уже до 8 % [76] (от 1,7 млн чел. это 136 000 осведомителей). В настоящее время 861 687 осужденных [77] содержатся в местах лишения свободы. Насколько мне известно, по «нормам» Федеральной службы исполнения наказания РФ каждый девятый отбывающий наказание (то есть 11,11 %) должен быть завербован оперчастью. И того порядка 95 743 агентов! Если такими темпами прирастают агентурные сети остальных субъектов оперативно-розыскной деятельности, то недалёк тот час, когда каждый россиянин станет если не опером, то уж сексотом наверняка. Ну а кому не повезёт — тот будет следователем, прокурором, судьёй или в приставы подастся на худой конец (что, впрочем, не лишает его права на тайное доносительство). И это правильно, и к этому надо стремиться! Ибо кто такой агент? Агент — это человек, который на конфиденциальной, то есть секретной, основе добровольно помогает нашему до боли родному демократическому государству обеспечивать безопасность россиян!