Чтение онлайн

Перед отправкой они купили у хозяина постоялого двора одежду для брата Корпа и его спутницы. Он всегда держал кое-какие вещи на продажу, зная, что время от времени на них возникает спрос. К нему порой приходили люди, выбравшиеся из самых разных передряг. Некоторые из этих передряг имели свойство весьма разрушительно действовать на облачение.

Платье и плащ для девушки и сапоги с курткой для Корпа обошлись недорого. Всё было сшито из простых тканей, но на совесть, а главное, иогла Иоле привести в порядок волосы и заплела их в аккуратную и даже замысловатую косу. Скрыть её причудливые рисунки на лице, к сожалению, не было никакой возможности, поэтому девушку попросили прятаться под капюшоном плаща в присутствии посторонних.

Первый день пути прошёл гладко. Погода стояла солнечная и тёплая, ехали они по лесным дорожкам, которые местами и вовсе превращались в оленьи тропы. Бран не торопил своих спутников, поскольку не был уверен в способности девушек переносить долгий путь. Временами они спешивались и шли, чтобы размяться и дать лошадям небольшую передышку. Через примерно равные промежутки времени делали привалы, тогда Плутак оживлялся и начинал рассказывать разные смешные истории, которые, однако, никого особенно не веселили. Бран беззаботно устраивался у какого-нибудь дерева и отдыхал, прикрыв глаза, Эднартайя погружалась в задумчивость, Корп сурово молчал, а Иола хоть и слушала, но почти не реагировала. Она всюду следовала за паладином, словно тень, старалась держаться рядом и внимательно наблюдала за всем, что он делал. На привалах она устраивалась возле него, только по его команде поднималась и послушно исполняла все его указания.

Поскольку путь их начался почти в полуденное время, он оказался непродолжительным. Когда солнце стало садиться, Бран нашёл место для ночлега. На небольшой поляне они развели костёр и поужинали. Ночью договорились дежурить по очереди, сначала Бран, затем Корп. Дождавшись, когда все улягутся, странник затушил огонь.

– Это ещё зачем? – удивился паладин.

– В этих местах полно лихого народа. Нам не стоит привлекать его внимание, – пояснил он.

Эднартайя некоторое время прислушивалась к недовольному ворчанию паладина насчёт огня, но потом задремала. Та ночь пролетела для неё незаметно. Казалось, прошло всего лишь мгновение, как уже наступило утро. Для Эднартайи проснуться в предрассветных сумерках было чем-то совершенно непривычным. Она ощущала себя всё такой же уставшей, как и накануне вечером, но заснуть снова у неё не вышло. Её спутники ещё спали, паладин, дежуривший в это время, занимался разведением огня. Девушка собрала постель, умылась водой из фляги и подошла к нему.

– Доброе утро. Можно сесть у огня? – спросила она. Брат Корп кивнул, не поднимая глаз. Утренняя сырость пробирала насквозь, и Эднартайя благодарно подставила ладони теплу костра. – Мне нужно называть тебя "брат Корп"? Или просто по имени?

– Лучше братом, так принято в Ордене.

– Давно ты служишь?

– Скоро двенадцать лет тому будет, – он посмотрел на собеседницу и нашёл в её взгляде неподдельный интерес.

– А как вышло, что ты попал в Орден?

Корп рассказал, что его отец, некогда бедный человек, пришёл однажды в Орден просить милостыни. Настоятель выслушал его и дал небольшой участок земли в орденских владениях, на котором отец Корпа выстроил ферму. Ежегодно он отдавал часть урожая в Орден, а также в счёт долга пообещал, что дети, которые появятся у него и его жены на свет, по достижению шестнадцати лет также будут принадлежать Ордену.

Всего их родилось трое: Корп и две его сестры. Жили они хорошо, хоть и небогато. Орден никогда лишнего у них не брал, охранял земли от бандитов и, в общем, ничего, кроме блага, семья фермера от него не видела. Как и было оговорено, когда Корпу исполнилось шестнадцать, отец отвёл его в Орден, где крепкого и сильного юношу отдали в солдаты. Его учили военному ремеслу и законам мира, какими их определил Всевышний. По прошествии пяти лет ему был присвоен ранг паладина – рыцаря-аскета, отрёкшегося от всего мирского, пожизненно состоящего на службе Ордена Хранителей Чистой Веры и беспрекословно исполняющего его волю.

Раз в год он возвращался в родительский дом, чтобы навестить семью. В каждый приезд Кара, младшая из сестёр, встречала его с особой искренней нежностью. Общение с ней давало ему столько тепла, что большую часть времени Корп стремился провести именно в её компании.

И вот последний его приезд был омрачён новостью об исчезновении Кары. Её старшая сестра на тот момент уже приняла монашеский постриг, и девушку тоже готовили к вступлению на путь служения Ордену. Кара никак не выдавала своих намерений, и потому случившееся стало для членов семьи тяжёлым ударом. Корп часто вспоминал младшую сестру и гадал теперь, где она и жива ли вообще.

Эднартайя слушала внимательно, задавала вопросы, сочувственно кивала. Корпу ещё никогда не приходилось говорить с кем-то вот так открыто. Он испытывал совершенно новые для себя чувства дружеского расположения и симпатии к едва ли знакомому человеку.

– А что же ты? Куда направляешься? – спросил он в свою очередь.

– Мы путешествуем, – сказала она, ощутив некоторую неуверенность в себе. Они так и не договорились о том, что следует отвечать на подобные вопросы. – С Браном.

– Он тебя охраняет?

– Да, именно, – обрадовалась Эднартайя. – Он – мой проводник. Так распорядился отец. Алвис его имя.

– Я знаю поместье твоего отца. Его уважают в Ордене за добропорядочность, – ответил Корп. – Но мне никогда не доводилось встречать лично ни его самого, ни членов его семьи, так что извини, не признал тебя.

– Я этого и не ждала, – она улыбнулась, хотя слова паладина вызвали в ней беспокойство.

Эднартайя гадала, что же мог такого сделать её отец, если отношение Ордена к нему так изменилось.

– Опасный маршрут выбрал твой проводник, – заметил паладин. – Почему он не едет большими дорогами?

– Что за болтовня с утра пораньше, всех уже разбудили! – стал возмущаться Плутак, прервав их диалог и освободив Эднартайю таким образом от необходимости отвечать.

В тот день они двигались значительно быстрее. Солнце не успело ослабить послеполуденного жара, когда они въехали в небольшой городок, один из многих подобных ему и ничем особенным не отличающихся. С восточной его окраины можно было видеть, как над макушками дальних лесов возвышаются в голубоватой дымке снежные пики Предела.

Они спешно отправились в таверну, на пороге которой разделились. Бран попросил Корпа провести девушек внутрь и занять стол, находящийся в самом удалённом углу. Паладин выполнил его просьбу в точности. Втроём они устроились за тесным столом, загороженным от остального зала лестницей. Тем не менее Эднартайя со своего места могла наблюдать за посетителями. Дородная служанка как раз принесла им напитки, когда на пороге появились Бран и Плутак.

Девушка видела, как странник вошёл в закопчённый зал, быстро осмотрелся и стал пробираться между близко стоящими друг к другу столами к одному из посетителей. Им был молодой мужчина, прилично и чисто одетый. Бран подошёл к нему, что-то проговорил и сел напротив, при этом не забыв ловко подставить табурет и Плутаку. Между ними завязался разговор.

Со стороны судить о теме разговора было крайне сложно. Лица собеседников оставались спокойными. Потом на какое-то время они замолчали, и Скверный Даг наклонился к столешнице, словно увидел в своей тарелке что-то весьма его взволновавшее. Бран толкнул Плутака в плечо, и тот зашарил руками по столу, а потом и вовсе нагнулся вниз под столешницу, но тут же снова вынырнул. Ужинавший вернулся к трапезе, а странник теперь выглядел довольным, но уходить не торопился. Они побеседовали ещё немного всё в той же лёгкой манере. Наконец, Бран поднялся и, кивнув на прощание собеседнику, отправился искать своих компаньонов. Плутак следовал за ним, стараясь не отставать.