Чтение онлайн

Вскоре расположение дивизии подверглось нападению подвижных отрядов противника, а затем ожесточенный бой, с подошедшими вражескими частями, начался в районе деревни Пищики. В этот день была получена и радиограмма штаба 20-й армии — переправиться на северный берег Днепра и следовать в район Ярцево (18-я и 73-я сд этой армии еще вели бои на южном берегу Днепра, а главные силы — на северном. — Р. И.). Но до Днепра надо было еще дойти.

В ночь на 21 июля части дивизии, отбиваясь от преследовавших ее отрядов мотоциклистов, двинулись по маршруту Коровино, Юково, где вновь подверглись нападению и бомбежке противника. Прижатые к болотистой речушке Россасенки, части 18-й стрелковой приняли свой последний бой в роще уд. Юково. Понеся огромные потери, остатки дивизии небольшими группами с боем прорвались к местечку Баево и в ночь на 22 июля вышли к Днепру. Уничтожив документацию штабов, ненужное имущество, уцелевшие воины начали переправу в разных местах реки между деревнями Сырокоренье и Хлыстовка…

Через неделю группа командира дивизии полковника Свиридова присоединилась к отряду генерала Болдина, вместе с которым и вышла из окружения. Удалось вырваться из вражеского кольца и другим отрядам и группам воинов 18-й стрелковой дивизии, которые вынесли из окружения и раненого полкового комиссара Н. Ф. Катаргина. Командир 12-го гаубичного полка майор Садыков вывел из окружения артиллерийский дивизион. А оставшиеся на территории врага воины дивизии образовали 208-й партизанский отряд (по названию 208-го стрелкового полка), который продолжал сражаться с врагом в Могилевской области.

Но многие части нового Западного фронта, оставшиеся в окружении, были разгромлены и понесли огромные потери. По данным немецкого командования, в Смоленском сражении (10.07–10.09.41 г.) в плен попало 309 110 красноармейцев и командиров Красной Армии, было захвачено и уничтожено 3205 танков, 3000 орудий, 341 самолет [435] .

По советским данным [436] , в ходе этого сражения войска Красной Армии потеряли 486 170 человек убитыми, 273 800 ранеными. Ежедневные потери личного состава войск составляли свыше 23 000 человек. В боях в районах Витебска, Орши, Могилева и Гомеля в плен попало 450 000, в районе Смоленска — 180 000 воинов Западного, Центрального, Резервного и Брянского фронтов, Пинской военной флотилии. Потери вооружения составили: стрелкового — 233 400 ед., орудий и минометов — 9290, танков — 1348, боевых самолетов — 903.

Большие потери в ходе этого сражения вновь понес командный состав. В боях за Родину погибли или пропали без вести: генерал-лейтенант П. М. Филатов (13-я армия), генерал-лейтенант В. Я. Качалов (28-я армия), генерал-майор А. Д. Корнеев (нш 20-й армии), генерал-майор И. П. Карманов (62-й ск), генерал-майор С. И. Еремин (20-й ск), генерал-майор С. М. Чистохвалов (25-й ск), генерал-майор И. П. Алексеенко (5-й мк), генерал-майор П. Г. Егоров (нш 28-го ск), полковник В. А. Симоновский (нш 20-го ск), генерал-майор Т. К. Силкин (170-я сд), генерал-майор М. А. Кузнецов (126-я сд), генерал-майор Т. Л. Власов (начальник артиллерии 16-й армии), полковник Ф. У. Грачев (13-я тд), комбриг С. А. Харитонов (53-я сд), полковник Н. Г. Гвоздев (179-я сд), полковник И. Т. Рясик (зам. нач. штаба 20-й армии) и многие другие командиры.

Попали в плен: генерал-майор Д. Е. Закутный (21-й ск), генерал-майор И. М. Скугарев (160-я сд), полковник А. И. Михайлов (161-я сд), комбриг Бессонов (102-я сд), полковник А. Ванюшин (начальник авиации 20-й армии), бригадный военврач И. А. Наумов (зам. главного врача фронта), Многие другие командиры и красноармейцы.

За потерю управления войсками и большие потери были арестованы и расстреляны командующий 34-й армией генерал-майор K. M. Качанов, начальник артиллерии генерал-майор B. C. Гончаров и 23 старших командира этого объединения.

Итогом Смоленского сражения являлось то, что здесь были на продолжительное время скованы основные ударные силы группы армий «Центр», не позволив им быстро продвинуться к Москве. Гитлеровские войска в боях на Днепре и за Смоленск понесли довольно большие потери в живой силе и технике [437] .

Генерал-фельдмаршал Паулюс впоследствии вспоминал: «Разыгравшиеся в районе Смоленска боевые действия обусловили расход боеприпасов в такой степени, что запасы, для дальнейшего наступления, были израсходованы. Здесь, под Смоленском, сопротивление советских войск значительно усилилось и вскоре перешло в сильное контрнаступление, что нанесло немецкой стороне значительные потери» [438] .

Конечно, эти цифры ни в коей мере не шли в сравнение с потерями Красной Армии, которая только за третий квартал 1941 года (включая в этот период и потери с 22.06 по 30.06.41 г.) потеряла:

— 236 372 убитыми и умершими на этапах санитарной обработки;

— 40 680 умершими от ран в госпиталях;

— 153 526 умершими от болезней и в результате происшествий;

— 1 639 099 пленными и пропавшими без вести [439] .

Именно ценой огромных потерь был сорван гитлеровский план молниеносной войны против СССР. Немцам не удалось полностью разгромить войска Западного фронта. Благодаря героической обороне наших войск на Западной Двине и Днепре советское командование сумело развернуть на решающих направлениях свои стратегические резервы, создать по направлению к Москве глубоко эшелонированную оборону. Героическими усилиями войск 16, 19 и 20-й армий и подошедших резервов фронт на главном стратегическом направлении в начале августа 1941 года стабилизировался на рубеже рек Вопь и Днепр.

Карта 29. Общий ход боевых действий на Западном направлении 10.07 — 5.08.41 г.

В ходе боев на реках Западная Двина и Днепр части Западного фронта научились драться по-настоящему. Закалившись в боях, поборов в себе «танкобоязнь», наши воины стойко удерживали свои позиции, смело вступали в бой с бронетанковыми частями гитлеровцев. В этих боях и были заложены основы краха зимнего наступления гитлеровцев под Москвой в декабре 1941 года.

Напряженная обстановка продолжала оставаться и на южном крыле Западного фронта. Утром 17 июля 3-я танковая дивизия гитлеровцев начала быстро продвигаться к Кричеву. Ожесточенный бой вспыхнул на рубеже реки Добрость, недалеко от деревни Речица, где держали оборону воины 6-й стрелковой дивизии. Первыми открыли огонь по продвигавшимся по дороге к Кричеву немецким танкам наши артиллеристы.

Но силы сторон были неравны. Одно за другим умолкали орудия советских артиллеристов, но и на дороге дымилось и горело немало вражеских танков, бронемашин, автомобилей. Скоро только одно орудие продолжало вести огонь. Загорались все новые и новые машины врага, но все чаще падали сраженные пулями и осколками снарядов номера боевого расчета орудия. И вот в живых остался только один артиллерист, который так и остался навсегда у своего орудия. Имя героя установлено — это был сержант Н. В. Сиротин из 55-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии, уничтоживший 2 бронетранспортера, 10 автомашин и около 60 гитлеровцев [440] .

Пораженный смелостью артиллериста, немецкий офицер записал в свой дневник: «17 июля. Сокольничи, возле Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один, стоя возле орудия, долго расстреливал колонну танков и пехоты и погиб. Все удивлялись его храбрости» [441] .

Гитлеровские танки, прорвавшись к Кричеву, завязали бои на западном берегу Сожа с воинами 7-й воздушно-десантной бригады. Воспользовавшись этим обстоятельством, части 6-й стрелковой дивизии переправились через Сож и заняли оборону по южному берегу реки между Кричевом и Пропойском. Вскоре в этот район вышли и отошедшие от Прони некоторые подразделения 42-й стрелковой дивизии.

Тяжелый бой шел за Кричев. Десантники стойко держались на своих рубежах, отражая все усиливавшиеся атаки гитлеровских танкистов. Город, позиции воинов непрерывно подвергались артиллерийскому обстрелу, бомбежке вражеской авиации, многие дома были разрушены, везде полыхали пожары. Трудно было десантникам, имевшим немногочисленную артиллерию, сдержать натиск танков. Они были вынуждены оставить Кричев и отойти на восточный берег Сожа, взорвав за собой мост. Для усиления обороны на этом участке командующий 13-й армией передал в распоряжение генерал-майора Жадова два резервных артиллерийских полка.