Чтение онлайн

– Что за чушь! – Джеронимо толкнул в бок Ринальдо. – Зачем нам тогда замок? Чем мы будем кормить их? – он кивнул в сторону прибывающих людей. Огоньки костров, зажигавшиеся вокруг, говорили о том, что новые повстанцы присоединяются к их войску, осаждающему замок.

– Нам нужна вторая ведьма. Если все пойдет как надо, нам будет плевать на них завтра к полудню, – Ринальдо кивнул в сторону костров. – Я согласен, – ответил он королю. – Как только солнце будет у нас над головой, замок станет вашим. Вместе с тем, что в нем останется.

– Идите туда, – проскрипела ведьма, показывая на отвесный склон, на котором возвышалась самая неприступная часть замка, – через три часа вы получите замок.

Крысиный король убрал лапку с колена ведьмы и неторопливо скрылся в густой траве.

Женщина еще несколько мгновений сидела неподвижно, потом вздрогнула и снова тяжело вздохнула, приходя в себя.

– Договорились? – она бросила вопросительный взгляд на Ринальдо.

– Да, кивнул он, – через три часа твоя сестра будет свободна. До полудня завтрашнего дня ты должна будешь переправить в другие тела Джеронимо и меня. Поклянись, что сделаешь это, и я начну готовиться к штурму.

Ведьма молча достала маленький ножик спрятанный в складках юбки и полоснула острым лезвием по ладони. Кровь закапала на траву.

– Клянусь, исполнить то, что ты попросил. И если нарушу клятву, то сгорю так, как сгорит сейчас моя кровь, – трава перед ней вдруг вспыхнула, озарив голубоватым пламенем лица трех человек.

– Джеронимо, перебрасывай людей под стену, – приказал Ринальдо.

Тамара Алексеевна смотрела на молодую темноволосую женщину, сидящую перед ней, и чувствовала облегчение.

– Вы действительно ее сестра? – уточнила она.

– Вот документы, – улыбнулась Марина. – Ириша оставила девичью фамилию. Вы мне можете сказать, что с ней?

– Не могу утверждать, но думаю, проблема не в вашей сестре, а в ее муже, – улыбнулась врач. – На самом деле, я даже не знала, что делать. Но раз у нее есть близкие родственники, вопрос решается сам собой.

– Значит, я могу ее забрать? – улыбнулась Марина.

– Завтра, – кивнула врач и пояснила. – Ваша сестра накачана каким-то сильнодействующим успокоительным. Она спит в отдельной палате. Некоторая заторможенность объясняется именно действием лекарства. Как вы думаете, что она могла принимать?

– Ириша очень хотела ребенка. Она даже простуженная боялась таблетку аспирина выпить. Вряд ли бы она стала пить успокоительное. Да еще большими дозами.

– Странно, – врач на мгновенье задумалась, – давайте договоримся так. Сегодня вечером я побеседую с вашей сестрой. Вы перезвоните мне часов в восемь. Вот по этому телефону. Я буду на работе. Если результат беседы меня удовлетворит, вы заберете сестру завтра утром.

– Спасибо вам большое, – улыбнулась Марина, пряча карточку с телефоном в карман.

Они вышли из кабинета в приемный покой.

– А, старый знакомый, – Тамара Алексеевна кивнула Генке.

– Я то же рад вас видеть, – он встал и шагнул навстречу, но, неожиданно пошатнувшись, врезался в один из горшков с цветами, в изобилии стоящих в большой и светлой комнате. Массивный горшок с рододендроном достойно выдержал удар. – Извините, – улыбнулся Генка, – что-то я сегодня не в себе. Голова просто раскалывается.

– Вы неважно выглядите. Возможно, давление шалит, – предположила Тамара Алексеевна. – Хотите, померяем?

– Нет, спасибо, – отмахнулся Генка. – Все равно я сейчас в вынужденном отпуске. Приеду домой, отлежусь. Надеюсь, все нормально? – он бросил вопросительный взгляд на Марину.

– Все в порядке, – кивнула она.

– И все-таки, позвольте, – Тамара Алексеевна подошла к нему измерила пульс, заглянула в зрачки, достала тонометр и покачала головой. – А как вы спите? Снотворным не балуетесь?

– Честно говоря, сегодня всю ночь не сомкнул глаз. Неприятности по работе.

– И, конечно, снотворное пили ближе к утру, – покачала головой Тамара Алексеевна, – Вот оно и подействовало. Надеюсь, ваша знакомая не даст вам сесть за руль.

– Спасибо. Не беспокойтесь, – кивнула головой Марина.

Они вышли из корпуса, и Марина оглянулась. – Знаешь, всегда представляла себе психушку чем-то мрачным и убогим. А здесь светлые комнаты. Просторный коридор и море цветов. Я уже не говорю про парк.

– Да, точно не палата номер шесть, – усмехнулся Генка. Он вдруг схватился за голову и опустился на землю.

– Ты что? – бросилась к нему Марина.

– Голова кружиться. Поведешь, ладно? Похоже, тетя врач права, – он всунул ей в руку ключи.

Марина довела Генку до машины, практически уложила его на заднее сиденье и завела мотор. – Хочется верить, что твоя жена поймет все правильно, – произнесла она, не заметив, что Генка уже спит.

– Не бойся, все будет хорошо, – Инесса улыбнулась крохе пяти лет, зарывшейся в складках ее юбки. – Ну-ка, где наши глазки?

Девочка выглянула из складок. Круглое личико. Ярко-синие глаза. Темные кудрявые волосы, упрямыми спиральками выбивались из-под кружевного чепчика.

– Ты ведь поможешь маме? Мне нужна одна щепочка вон того полена. У тебя под ножкой. – Инесса ласково улыбнулась малышке. Девочка наклонилась и попыталась отломить кусочек коры, от лежащей прямо у ее ног дубовой деревяшки.

– Запомни, дуб, это жизнь, – произнесла Инесса, внимательно оглядываясь вокруг. Она стояла на поленнице, сложенной посередине внутреннего двора замка. Ее привязали к столбу, но пощадили ребенка, всего лишь, накинув веревочную петлю девочке на талию. Поэтому она могла двигаться более свободно. Если считать свободой – два шага в сторону. Инесса закусила губу. Герцог явно торопился. Солдаты, единственные свидетели ее казни, уже были выстроены во дворе. Двое из них зажигали, смоляные факелы, готовясь кинуть их в поленницу.

– Вот, – девочка всунула ей в связанную руку кусочек коры. Ее маленькие пальчики были изодраны в кровь.

– Умница моя. А теперь нам нужна осина. Всего одна щепочка. Осина это смерть. А жизни не бывает без смерти. – Инесса окинула взглядом дрова. – Мерд, – выругалась она, – Это же издевательство. Не припасти для ведьмы осинового полена. – Эй, падре, – крикнула она стоящему перед солдатами священнику, – Не подкинете ли в костер осины?

Падре отпрянул в испуге. Как будто она могла спрыгнуть с деревяшек и наброситься на него.