Чтение онлайн

Взгляд упал на сковороду, которая совершенно мытая, стояла на плите и явно на что-то намекала. Протянула руку в ее направлении, и ручка сама прыгнула в ладонь.

— Рита! Я образно сказал про гарем. Гарем мне не нужен! — последнюю фразу Одинцов выкрикнул громко, быстро отскакивая к дверям.

— Тогда, на что согласен? — грозно подступала к нему, не выпуская увесистого аргумента из рук.

— На все, что скажешь, — косился Одинцов на мое оружие массового поражения.

Отвратительно запиликал мой лонг. Надо мелодию поменять, а то от звучания плакать сразу хочется.

— Да! — резко сказала я, не спуская глаз с Одинцова.

— Риточка, здравствуй, а почему со сковородой? И где твой жених? — услышала голос единственно близко родственницы.

— Надежда Андреевна, я здесь, — подал голос Мирослав. — Я боюсь близко подходить к Рите. Она очень решительно настроена.

— Что вы натворили? — удивилась бабушка.

— Я согласился на ней жениться, — прояснил ситуацию Одинцов.

— Вы вроде давно этот вопрос решили, — подозрительно поинтересовалась бабуля.

— Я-то давно решился, а Рита только сегодня, — кричал ей из другого угла комнаты Одинцов, прикрываясь креслом.

— А сковородка почему у нее в руках? — бабуля умеет ставить все по своим местам.

— Мы кофе готовили, — угрюмо сообщила ей и убрала оружие в сторону.

— Рита, Рита, — покачала головой бабушка. — Тебе срочно надо замуж. Может, хоть тогда запомнишь, что кофе варится в турочке, а не в сковородке.

— Надежда Андреевна, нам бы деток завести, — заговорил Одинцов, не выходя из укрытия.

— Вот это мужчина! Вот это я понимаю! Правильные слова говорит. Потому что…

— Женщина без детей — это не женщина, — проговорила вместо нее изрядно поднадоевшую фразу.

— Вот! — подняла палец бабушка.

— Надежда Андреевна, я подумал, у нас в гостях столько детей было, а может, нам с Ритой съездить в гости, на деток посмотреть. Например, был очаровательный малыш, мы ему одну из наших экспериментальных стекляшек подарили. Помните? — до меня стало доходить к чему ведет Одинцов. Бабушка кивнула. — А чей ребенок?

— Рита, ты разве не узнала двоюродную сестру жены дядя Коли? — удивилась моей неосведомленности бабушка.

— Вы их хорошо знаете! — обрадовался Мирослав. — Спросите, можем сегодня к ним подъехать?

Одинцов осмелел, видя, что я в теме его задумки, подошел ко мне и ласково забрал сковороду из руки.

— А чего спрашивать? Они на соседней улице от меня живут, приезжайте. Галочка всегда с малышом дома, в крайнем случае, на улице во дворе будет, — обрадовалась бабушка.

— К вам мы тоже зайдем. Можно? — Мирослав сама вежливость.

— Можно, сынок, — прослезилась она, потом попрощалась и отключилась.

— Рита, кофе будешь? — обнял меня Одинцов и поцеловал в макушку.

— Буду.

— Надеюсь, третья попытка будет более успешной, — улыбнулся он.

Наконец-то я вдыхала аромат кофе из своей чашки, ничего не предвещало, что с ней может что-то случиться.

— К бабушке заедем потом, когда бриллиант заберем, — советовала я. — Иначе она засадит нас за стол, и мы не скоро выберемся.

— Хорошо. А ты эту Галочку знаешь? — Одинцов сидел напротив и пил чай, составляя мне компанию.

— Я дядю Колю знаю. Он твой ровесник, потому дядя формально по родственникам. А Галочку мы с тобой видели, угадаем, думаю, — беззаботно предположила я.

Приземлились на такси в районе, где живет бабушка.

— И какая именно соседняя улица нам нужна? — спросил Одинцов.

Две улицы шли параллельно с бабушкиной, которая как раз находилась посередине.

— Вроде дядя Коля там живет, — не слишком уверенно произнесла и махнула рукой.

— Можно с нее начать. Всего две улицы обойти. Дом помнишь? — спросил Мирослав.

— Когда увижу, сразу узнаю. В их дворе характерная фигура стоит. Мимо не сможешь пройти, — начала тихо хихикать.

Когда подошли к «фигуре», Одинцов замер потрясенно. Более нелепого памятника скульптурному творчеству я не видела. Изначально, наверное, задумывалась композиция три богатыря или Змей Горыныч, потому что присутствовали три отростка, напоминающие шеи, на одной лепилась голова. Внизу четыре слоноподобные ноги, один круп и три куцых хвостика.

Статую отполировали детскими попами до глянцевого блеска. Невероятно, но факт, по ней очень удобно лазить, проявляя чудеса акробатики. Наверное, за функциональность Змея Горыныча до сих пор не демонтировали.

— Мимо не пройдешь, — согласился с моей характеристикой Одинцов.

— Детей на площадке много. Какой из них нужен нам? — решила зайти с научным подходом.

— Наш слишком маленький, чтобы гулять самостоятельно. Ищем Галочку, — Мирослав принялся рассматривать молодых и не очень женщин на площадке, напрочь игнорировав мужчин.

— Галочки здесь нет. А дядю Колю я вижу, — радостно сообщила я.

Мужчина, скрючившись, на железной ножке от скамейки, скрученной в несколько раз по своей оси, с несчастным видом пытался одновременно заглянуть в туёк и не допустить поедания песка до боли знакомым карапузом.

— Это дядя Коля? — удивился Одинцов.

— Ага, я говорила он тебе ровесник, — весело подтвердила и быстренько пошла здороваться с дальним родственником.

Если не ошибаюсь, он мне приходился троюродным дядей. В детстве он часто снимал меня с одной из шей Змея Горыныча, все-таки взрослый, на десять лет старше.

— Дядя Коля! — радостно хлопнула родственника по плечу.

— Ой, Ритка! — охнул он и перекосился на бок. — Ты чего творишь? — повернулся ко мне.

— Это что? — спросила про гипс на руке.

— Рит, меня сынок ухайдокал, — кивнул на довольного карапуза.

— Как? — поразилась настолько я, что забыла представить Одинцова.

— Тимошка полез за игрушкой на полке, подставил стульчик, но не достал, стал подтягиваться и шкаф с игрушками на него наклонился. Я грохот падающих машинок услышал и забежал в комнату. Вижу, Тимошка висит, ухватившись пальчиками за полку, и старается дотянуться до ежика. Подскакиваю, пытаюсь оторвать орущего возмущенными криками ребенка от шкафа, но он не отпускает полку. В итоге Тимошку в сторону успел откинуть, а у самого рука попала под шкаф, перелом. Потом Галочка на меня накричала, что Тимошечку резко откинул в сторону. Ох, Рит, дети одно сплошное попадалово, — горестно закончил Коля и стал вытряхивать песок сначала из Тимошкиной кофты с капюшоном, а потом из своих сандалий.