Академик
Шрифт:
На вкус сивуха-сивухой. И только через пару секунд мягким и теплым травяным облаком вернулось послевкусие.
– Хорошо.
– Ну.
– Тайомо довольно кивнул.
– Дедов еще рецепт. Скажите, - он слегка замялся, - вы коснулись моего стакана, это какой-то обычай?
Я рассмеялся.
– Да. В старину на больших сборищах, люди демонстративно давали плеснуть из чужого кубка в свой, показывая, что вино не отравлено. Вино давно уже никто не портит, а обычай остался. Своего рода дружеский жест.
Он снова потер глаза и кивнул видимо каким-то своим мыслям.
– Скажите, вас что-то беспокоит?
– Я отставил стакан в сторону.
– Вы явно хотите что-то сказать но все время себя останавливаете. Вы вроде не похожи на боязливого человека. В чем дело?
– Моя дочь больна.
– Так пойдемте, вылечим ее. Я правда доктор не очень… Но хуже не сделаю… Наверное.
– В чем проблема?
– Проблема в том, что это не простая болезнь. Несколько врачей пытавшихся вылечить мою девочку, заболели сами. Я полагаю что это Лорд Гонт, которому она отказала. Мало того что отказала. Еще и высмеяла его прилюдно. Если вы возьметесь за ее лечение, то наживете себе крупного врага. Но вы должны меня понять. Поздний ребенок…
– Вообще-то мои враги долго не живут. Так что я готов рискнуть.
– Пойдем.
– Он соскочил со стола на котором сидел, и шагнул к выходу.
Мне не оставалось ничего другого как последовать за ним.
Город действительно праздновал. Всюду слышался веселый смех, взлетали фейерверки и гуляли ярко наряженные люди. Мы прошли буквально квартал, и вошли в подъезд небольшого дома. Старик лишь кивнул на приветствие выскочившего из под лестницы консьержа и бодро взбежал на третий этаж.
Аккуратно словно боясь кого-то побеспокоить вдавил ключ в замочную скважину и осторожно провернул. Затем слегка приоткрыл дверь и оглянулся в мою сторону.
– Тихо входим.
Я согласно кивнул, и бесшумной тенью скользнул вслед.
Старик вошел в комнату и остановился. Я осторожно подошел ближе. Тайомо чем то зашуршал за моей спиной, и комнату озарил красноватый свет свечи.
Я присел у изголовья и аккуратно отодвинул в сторону краешек одеяла. На красивом, обескровленном тяжелой болезнью лице девушки словно застыла легкая полуулыбка.
Плетение 'дыхания света' стекало с моих пальцев и впитывалось рукой девушки словно вода пересохшей землей. Но стоило целебному плетению достичь центра метастаз, как из него буквально выхлестнулось охранное заклинание.
– Кайронам эс кеало! Отправляйся к тому кто тебя создал!
– И коротким жестом буквально отшвырнул плетение в открывшийся пространственный коридор добавив от себя еще целую связку смертоносных заклинаний.
Как только эта гадость ушла, девушка порывисто вздохнула и открыла глаза.
– Папа?
– а потом перевела взгляд на меня.
– Кто это?
– Доча, все нормально, это доктор.
Девушка скосила глаза в мою сторону.
– А вам не будет плохо как доктору Геро?
– Нет милая.
– Произнес я.
– Плохо будет тому, кто заставил тебя заболеть.
Прошло уже пятнадцать минут а энергия все текла и текла словно болезнь вытянула всю жизненную силу девушки. Я положил вторую руку ей на лоб замыкая контур. Сразу дело пошло веселей. Боевая аура работавшая в режиме полевого диагноста и отрабатывавшая периферические повреждения сама закончила программу втянулась назад. Кроме последствия болезни пришлось подлатать испорченную лекарствами печень, и пройтись по всем связкам и мышцам убирая последствия атрофии. Затем я запустил полуавтономное плетение 'зеленого доктора' и проследил чтобы оно надежно закрепилось в организме. Потом подумал еще немного и в районе солнечного сплетения поселил 'двойное зеркало' на случай повторного проклятия.
Еще через пять минут все было закончено.
– Ты можешь встать.
Девушка осторожно подняла руку, затем прислушиваясь к ощущениям отбросила одеяло, и села.
– Не болит.
– Задумчиво сказала она. Опустила ноги на пол и медленно встала.
Тут же к ней подскочил Тайомо, и они стали обниматься так, словно не виделись лет сто.
Я деликатно удалился в другую комнату, и подошел к окну рассматривая вечерний город. Отвлек меня шум за спиной. Девушка накинувшая на плечи старенький халат, и Тайомо молча стояли у дверей явно готовясь что-то сказать.
Но я был не в настроении выслушивать благодарности. Мне было достаточно цветущего вида девушки.
– Мне кстати кто-то обещал выпивку и шумную компанию?
– Тьфу!
– Тайомо в сердцах сплюнул на пол.
– Тут можно сказать клятву верности ему собирались давать, а ему вина и девок подавай!
– Естественно. Любая клятва верности на мой взгляд это перекладывание проблем на плечи сюзерена.
– Еще бы так думали наши небожители… - Он что-то шепнул дочери, и она быстро исчезла.
– Сейчас Вера переоденется, и мы пойдем.
– Вера? Вы сказали Вера? Как странно.
– Я улыбнулся.
– Что здесь странного?
– На моей родине тоже есть такое женское имя.
Мы неторопливо беседовали уже полчаса, когда в комнату словно радужный вихрь ворвалась Вера разодетая в яркое платье.
– Очень красиво.
– Я кивнул головой.
– только не будет ли мой наряд слишком простым для такого вечера?
– Я думаю вам пошел бы синий цвет.
– Тихо почти шепотом произнесла девушка.
– Синий?
– Я улыбнулся.
Куртка 'поплыла' перестраиваясь в новую форму, и через пару секунд это был уже камзол густого синего цвета с серебряным шитьем, перехваченный широким поясом на котором висел жезл изображающий из себя шпагу. Я отбросил удлинившиеся волосы за спину, и перехватил их кожаным шнурком.
– Так лучше?
– Вера залилась тихим серебряным смехом.
– О, вы будете королем праздника, милорд.
– А вы королевой.
С этими словами, я вынул из воздуха серебряное с крупными бриллиантами оголовье, и надел его на голову девушке.
Из дома мы вышли втроем.
Тайомо не отпускал дочь ни на секунду, словно его прикосновение могло как-то уберечь ее. Пройдя всего один квартал, мы оказались на городской площади. Громкая музыка, под которую танцевали не меньше тысячи человек, не могла перебить звон посуды и нетрезвые вопли.
Вихрь девушек, тут-же с хохотом подхватил Веру и унес куда-то в центр площади, а мы начали пробираться сквозь толпу по направлению к ратуше. К моему удивлению, Тайово здесь хорошо знали. И не просто знали. Люди приветственно махали руками приглашая нас за свои столы, Встречные мужчины приветственно хлопали нас по плечам, и пропускали вперед.