Чтение онлайн

Кто бы знал, что тогда она готовила меня к моему собственному испытанию у Чаши. Надеюсь, сейчас она смотрит и гордится.

Я отталкиваюсь от пьедестала и засовываю колоду в карман. Аура Чаши усиливается. Она внутри меня и вокруг. Нет больше различия между ослепительными образами за закрытыми веками и светом, принимающим форму передо мной.

Поглощённая сиянием Чаши, я резко вдыхаю. Моргаю в последний раз — и, открыв глаза, обнаруживаю, что стою в ярко освещённом бальном зале.

Лицом к лицу с последним человеком, которого я хотела — или ожидала — когда-либо увидеть снова.

Глава 8

Я стою на краю танцпола в роскошном бальном зале. Я знаю это место. Хрустальные люстры свисают с потолка, как замерзшие капли дождя, пол из отполированного мрамора блестит под драгоценными туфлями гостей, кружащих в танце.

Клуб Искателей Судеб. Старейшее развлекательное заведение Города Затмения. Им управляют представители Клана Влюблённых, и только благодаря их влиянию здесь официально разрешено использовать карты.

Элита города кружится и смеётся, но их лица размыты, будто акварель, оставленная под дождём. Ничто не кажется настоящим. Всё зыбкое, как будто это место существует одновременно в прошлом и будущем, сливающихся в размытое настоящее. В последний раз я была в Клубе Искателей Судеб… по работе. И тогда я увидела…

Его.

Всё вокруг исчезает, остаётся только одна точка фокуса — его лицо. Глубокие, как небесный купол, сапфировые глаза по-прежнему такие же яркие. Чёткие скулы, ямочка на подбородке, чуть небритый подбородок. На нём идеально сидящий костюм, подчёркивающий мощную фигуру — тело, закалённое у кузнечного горна в семейной мастерской. Он работал там до того, как проснулась его магия, и он уехал в академию, незадолго до двадцатилетия.

— Клара? — Его голос — глубокий, до боли знакомый — прорезает мою отрешённость, как острие ножа. Будто это единственное настоящее в этом зыбком мире. Я хватаюсь за него, как за спасение.

— Лиам? — выдыхаю я. Только не здесь. Не сейчас. Не так…

— Это и правда ты? — Его волосы цвета мокрого песка стали длиннее, чем я помню. Они мягко спадают на лоб, касаются шеи. — Я не думал, что встречу тебя здесь.

— Я тоже, — произношу, но слова как будто не мои. Внутри — крик. Я кричу от боли, которую он мне причинил. И от его наглости — так спокойно говорить со мной после всего.

Он проводит рукой по волосам — старая привычка, к которой он возвращается всякий раз, когда волнуется или о чём-то задумался.

— Когда я уехал в Академию Аркан, я думал, что наши пути больше никогда не пересекутся… что я никогда больше тебя не увижу.

Пока он говорит, перед глазами проносится водоворот украденных мгновений: смех, поспешные поцелуи, мечты и тайны, известные только нам и звёздам.

Он не знает. Я понимаю это. Он не знает, что, хотя сам не видел меня все эти годы, я видела его. Именно здесь. В этом клубе. Недавно… или, может быть, давно. Всё путается. Но одно воспоминание — острое, как нож: два года назад, я работала здесь. Он уже учился на втором курсе, с тех пор как поступил — ни письма, ни слова. А я видела, как он обнимает другую женщину. Женщину из Клана Звезды. На её пальце блестело помолвочное кольцо.

Я слегка отступаю назад. Он замечает. Хмурится.

— Ты мог навестить меня, — говорю.

— Ты же знаешь, у академии всего два перерыва в году, и оба у меня были заняты. Зимой семья хотела, чтобы я вернулся. А потом появился Клан Звезды… стало ещё больше дел. Весной меня вообще отправили к клану заранее — с…

— С другой женщиной? — Слова обостряются старой болью, которая так и не залечилась.

— Что—

Я не даю ему договорить:

— Я видела вас. Здесь.

— Я пытался поговорить с тобой. После выпуска я даже искал тебя.

— Врёшь. — Я отвожу взгляд, больше не в силах смотреть на его лицо. И всё же успеваю заметить, как в его глазах на миг отражается боль.

— Я не могу изменить прошлое… — говорит он тихо. — Но я могу попытаться исправить настоящее. Потанцуй со мной.

Я отступаю на шаг.

Лиам тянет ко мне руку через расстояние, между нами. Искренне.

— Потанцуй со мной, Клара, прошу. — Его голос мягкий. — Ради старых времён, хотя бы.

Очень хочется сказать «нет». Мне нужно защищать то, что осталось от сердца.

— Ты бросил меня, — шепчу я. Голос дрожит.

Как мама…

— Единственный грех, который нельзя простить, — соглашается он, слишком хорошо зная меня. — Но я здесь. Сейчас. Пожалуйста, позволь мне всё объяснить. Я больше не уйду.

Глубже, чем боль, во мне жила та часть, которая до сих пор тосковала по тому, что мы потеряли. И с выдохом, больше похожим на капитуляцию, я вкладываю ладонь в его руку. Лиам ведёт нас на танцпол.

Зал, музыка, движение, краски — всё снова превращается в водоворот. Очертания теряются, реальность ускользает. Это воспоминание? Или то, что могло бы быть? Единственное, что удерживает меня в настоящем, — Лиам и то, что я к нему чувствую. Эти эмоции всё ещё цепко держат меня за кости, сидят в самом нутре.

Мы находим ритм, и его голос — как ласка, как сладость воспоминаний о тех далёких днях.

— Прости, Клара. За всё.

— Расскажи, что произошло, — требую я. Жалкая злоба ради самой себя не исцелит старых ран.

Он крепче сжимает меня, взглядом будто заглядывает в душу.

— На первом курсе мне сообщили, что я стану арканистом Клана Звезды. Они увидели во мне потенциал и выбрали раньше срока — обычно это бывает со второго курса. На весенние каникулы я поехал к ним… это было чисто деловое. Я пытался передать тебе весточку…

— Но потом всё завертелось. Один из младших дворян загорелся идеей женить свою дочь на арканисте — мол, это добавит магии в их род, и вдруг пошли разговоры о свадьбе. Ты же знаешь, какие они бывают — фанатики. Верят, что кровь и род могут повлиять на появление магии у ребёнка.

Родиться арканистом — так же случайно, как и родиться с… — я даже не договариваю. Это общеизвестный факт. Но есть и такие, кто превозносит Таро до уровня религии — и вместе с этим цепляются за странные убеждения.

— Брак был устроен. Нам мало что позволяли — значит, и шансов, на счастье, не было, — усмехается он, почти грустно. — Когда всё закончилось, я хотел найти тебя… Но когда, наконец, почувствовал, что смогу снова посмотреть тебе в глаза, уже не знал, где ты.

— Когда всё закончилось?

— Несколько недель назад.

Сердце пропускает удар. То, что я считала похороненным, вдруг оживает. То будущие, что, казалось, навсегда ускользнули…

Утраченное будущие…

Морщусь, чувствуя, как резкая боль простреливает висок. Что-то… что-то я должна… сделать?