Чтение онлайн

– Беатрикс! Беата! – жаркий шепот был неизменен в своей обольстительности.

– Уйди! Я не хочу тебя видеть!

– Не хочешь видеть? Или просто не хочешь?

На этот раз Беата промолчала, надеясь, что это жаркий морок пройдет сам, если она будет молчать.

– Я хочу тебя, моя любовь!

– Неправда! Если бы ты любил, то не ушел бы, бросив одну!

– Повернись и я докажу, как сильно скучаю по тебе!

Легкие, почти невесомые, но обжигающие поцелуи возлюбленного, нежные руки, холодок языка у края ночной рубашки.

– Повернись, любовь моя!

Беата со стоном переворачивается спину, открывает объятия и обнимает пустоту.

– Будь ты проклят!

Слова летят в черноту комнаты и растворяются в ней без остатка. Опять впереди бессонная ночь и ноющий низ живота.

Поругаться с собственным начальством – добрейшим Извидом Полторацким надо было уметь. Но Беата смогла. Вот уже битый час она доказывала необходимость комплексной подготовки схоларов по всем видам блокирующей защиты – огневой, водной и воздушной. А значит, необходимо было включить в учебный план дополнительные занятия. Что это невозможно ее убеждали почти хором: декан – в отсутствии запланированного финансирования, Либуша Шефер – заместитель декана – в отсутствии свободных аудиторий, и только Тибас Мортер молчал. Воспользовавшись наступившей паузой, он взял слово:

– Наша светлая коллега безусловно права. Блокирующая защита магических эманаций как никогда нужна схоларам всех специализаций. Как известно, чудовища, вырывающиеся из чужой реальности, обладают весьма изменчивым магическим фоном, и Стража южной границы страдает прежде всего из-за неумелой защиты, хотя храбрости и знания боевой магии им не занимать. Другое дело, что все свои предложения мастер Беатрикс могла озвучить еще до начала учебного года, если бы не некоторые комплексы с ее стороны. Но… – Он повысил голос, видя что Беата пытается что-то возразить. – Я согласен. Проблемы нужно решать по мере поступления. Я предлагаю двум факультетам светлому и темному совместно выработать график индивидуальных занятий с каждым старшекурсником по блокирующей и созидающей магии. Приблизительно на время второго триместра.

Обсудив возможные трудности, коллеги разошлись. Беата замешкалась, и Мортер не преминул этим воспользоваться.

– Предлагаю мастеру Беате пройти в мой кабинет, для обсуждения некоторых подробностей.

– Вы так это сказали, как будто речь идет о жизни и смерти, – попыталась пошутить Беата, едва приноравливаясь к широкому шагу декана.

– Вы почти угадали. – Он не улыбнулся в ответ.

Они быстро пересекли несколько улиц и подошли к его башне. Открыв щелчком пальцев дверь в свой кабинет, он жестом пригласил Беату сесть, а сам присел на стол рядом с ней.

– Я предлагаю вам свою помощь, – просто и без экивоков начал он.

– Вы об индивидуальных занятиях со схоларами? – наивно предположила она.

– Не совсем. Я о вашей проблеме, мастер Беата.

– Какой проблеме? – все еще не догадывалась она. Он виртуозно поднял бровь и через паузу до нее начало доходить. Болтушка Инесс! Как она смогла рассказать про такое декану!

Мортер читал ее мысли как раскрытую книгу.

– Не вините свою соседку, леди Беата. Декан темных обязан знать о своих кадрах все, или почти все. Заботиться о вашем здоровье и самочувствие – моя прямая обязанность.

Беата покраснела и выпалила:

– Как вы собираетесь заботиться в моем случае?

– Как взрослый и опытный человек. Темный, а значит, повидавший и разрушивший на своем веку массу проклятий.

– И вы хотите разрушить мое? Не много ли вы на себя берете?

– В самый раз.

Видимо, декан действительно поскорее хотел помочь ей, поэтому не стал тратить больше слов и поцеловал.

Этот поцелуй Мортера был не похож на предыдущий. Нежный, спрашивающий разрешения и ласкающий, он обезоружил и смел все возражения. Растерянная Беата позволила чужому языку проникнуть в рот, ответила на поцелуй и ощутила свежесть чувств и искренность эмоций партнера. Декан первый прервал поцелуй и сжал ее лицо, глядя с тревогой:

– Тебе понравилось?

– Скорее да, чем нет, – призналась Беата.

– Это только начало. Вместе мы преодолеем твою проблему, – уверил он и поцеловал уже в лоб.

Беата как будто очнулась.

– Так мы будем решать проблему? Ты так видишь это… мероприятие?

– Если честно, ты и без проклятья мне нравилась, поэтому особой разницы я не вижу.

– Всего хорошего, – нашла в себе силы произнести девушка и медленно вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Вот сейчас ей было по-настоящему плохо и обидно! Значит, ее коллеги видели в ней озабоченную женщину, которую нужно поскорее затащить в постель, чтобы она успокоилась и не мешала своими проблемами трудовому коллективу?

Ноги сами собой принесли ее в ботанический сад целительниц. В этом уголке сада одуряющее пахло лавандой, слабый ветерок приносил запах роз и кошачьей мяты. Помимо целительства и врачевания, ее предприимчивые коллеги держали салон красоты и производили косметику и духи. Благодаря этому Коллегия могла полностью содержать и своих схоларов, преимущественно юных небогатых девушек, и травников-ученых. Они без устали придумывали и испытывали новые лекарства для лечения и магов, и людей.

Первые месяцы осени сады были еще открытыми. Целительницы закрывали их защитным магическим куполом только ближе к зиме, поэтому Беата без стеснения легла на маленький пятачок, поросший травой, и бездумно стала смотреть на облака, проплывающие по безмятежному голубому небу.

Что делать? Уходить из Академии и опять, в который раз искать Мэрджа? Если она не нашла его за тот первый год, какие гарантии, что ей повезет сейчас? Отдаться декану темных, устроить дикую оргию и потом здороваться с ним, не поднимая глаз? Терпеть и чахнуть, не имея возможности разорвать этот проклятый сон раз и навсегда?

А может, взять судьбу в свои руки и самой выбрать себе партнера? Желательно не связанного с Академией, и вообще незнакомого. Но как?

Беата перевернулась на живот и уткнулась лицом в пахучую и нежную траву. Выйти в город и приставать к симпатичным мужикам – возьми меня, я твоя? Где выход из этой затянувшейся пародии на магию, невольного или вольного (Беата и сама еще не разобралась) предательства ее возлюбленного?

Пока она размышляла над своей запутанной личной жизнью, стемнело и стало ощутимо прохладнее. В это время они с Мэрджем обычно укрывались одним на двоих одеялом и продолжали целоваться, на всякий случай защитившись блоком невидимости.

Она вздрогнула. Все эти горестные размышления только еще больше разбередили душу, и непрошеные воспоминания толпой накинулись на нее. Надо было выбираться из этого цветочного великолепия, и Беата почти бегом кинулась к выходу. Однако абсолютно простой выход из сада днем, поздним вечером превратился в безликое переплетение дорожек, беседок, мостиков и кустов. Она забрела в совершенно незнакомый уголок сада, похожий на лабиринт из ровно постриженных кустов жимолости, и совершенно растерялась. Цветы пахли так же пронзительно, как и днем, к этому добавился оглушительный стрекот кузнечиков, и у Беаты возникло впечатление, что она каким-то образом перенеслась на луг у родных Нижних Кобылок.