Академия Беаты. Проклятие любви
Шрифт:
– Не кричи. Ты разбудишь всех соседей!
– И что? Твоя репутация вздорной и холодной ведьмы пойдет насмарку?
Беата открыла рот, чтобы ответить достойно, но он ее опередил:
– Не хочу с тобой ругаться! Лучше выполню ваше указание, мастер Беатрикс!
Он издевательски поклонился, быстро надел брюки и сапоги, взял остальную одежду и вышел, хлопнув дверью.
– Не забудь, послезавтра у нас занятия, – крикнула ему вдогонку девушка и уткнулась в подушку.
Почему все ее предложения принимаются в штыки? Она рассуждает вполне разумно и практично – их связь это личное дело двоих, и никого больше.
Дан Глас сердито шагал, наступая сапогами на лужицы, покрытые тонким ледком. Первый раз в жизни его стыдились, и связь с ним хотели скрыть! И кто? Невысокая рыжая ведьма, даром что светлая! Ирония ситуации пришла на ум только сейчас, и он рассмеялся. Безвыходных ситуаций не бывает. Значит, нужно сделать так, чтобы Беатрикс признала их отношения на глазах у всех!
Для Беаты день пролетел суматошно и бестолково – занятий не было, а бумаги в деканате светлых, казалось, не закончатся никогда. Вот-вот должна была приехать новая партия магов для очередного продления лицензии, и ей приходилось доставать старые дела, сдувать с них пыль и делать карточку для Каталога. Это поистине увлекательнейшее занятие даже заставило с тоской вспомнить загородный морозный полигон, где она промокла два дня назад. Там был свежий воздух и пылкий любовник, а здесь – сплошная пыль и отсутствие такового. Впрочем, в этом она была виновата сама – струсила обнародовать любовную связь, значит, обречена глотать пыль полными ложками.
Под вечер появился Извид Полторацкий и с лучезарной улыбкой выдал жалованье за предыдущий месяц. Беата деньгам обрадовалась, но ненадолго, потому что тут же была послана к декану темных по какому-то «важному» делу.
Пришлось накинуть свой заячий полушубок и медленно брести к башне декана, надеясь не встретить по дороге своего ученика. Становиться центром ревнивого скандала ей хотелось еще меньше, чем быть героиней академических сплетен.
Декан, вопреки обычаю, не пил вино в тишине и уединении, а что-то быстро писал, вооружившись десятком острозаточенных гусиных перьев и чистыми свитками. Значит, писать нужно было много и долго, сделала выводы Беата, и тихонько села на краешек кресла, чтобы ему не мешать.
Дописав длинный абзац, декан бросил перо и откинулся на спинку стула.
– Пишу уже полдня и так все хочется послать к крэгам собачьим! – ответил он на ее невысказанный вопрос. А через паузу обогнул стол и поцеловал ее руку. – Добрый вечер, леди Беата, и поздравляю.
– С чем? – недоуменно спросила она.
– С успешным разрешением вашей проблемы, – усмехнулся декан и выпрямился, глядя на нее сверху вниз.
Беата покраснела. – Как вы… Я ничего такого… Да вы…
В уме мгновенно пронеслись все его фразочки и смешки, и до нее стало доходить. Их вдвоем не просто так отправили на загородный полигон в такое неподходящее время года! От возмущения она потеряла дар речи и смогла только выдавить:
– Ах ты, старый сводник!
– Но-но! Не такой уж я и старый, – расхохотался Мортер и, видя ее судорожно сжимающиеся кулачки, предупредил – за любую испорченную вещь в своем гардеробе я буду тебя целовать! А потом сюда примчится твой ревнивец и опять устроит мне сцену.
– Что значит «опять устроит сцену»? – еще больше разволновалась та. – Глас уже был здесь и спрашивал про меня?
– Дорогая леди Беатрикс! – вкрадчиво начал Мортер. – Уже всем кроме вас было понятно, что наш уважаемый Дан Глас, схолар второго года обучения, глаз не сводит с мастера своего курса, магистра огня и созидания Беаты Черноус. Вопрос вашего… – декан слегка замялся, якобы от смущения, но продолжил: – …союза, был вопросом времени и только.
– А как же договор? – пролепетала растерявшаяся Беата.
– А вы так и не собрались его прочитать?
Она смущенно помотала головой.
– Очень, очень зря. Там про такие ситуации ничего нет.
– Спасибо, Хранителям, – съязвила Беата. Оказывается, ее сватали Гласу чуть ли не насильно, а она не замечала очевидного!
– Да, и передавайте вашему… – и тут Мортер закашлялся, – другу, что занятия на полигоне с вами будут идти до конца этой недели. А потом его вставят в расписание третьего курса, на занятия по боевой нападающей магии. Он учится по индивидуальной программе.
– Но это может быть опасным! – сразу забыла про свои переживания девушка. – На освоение защиты третьего порядка требуется несколько месяцев, а не одна неделя!
– У него этих месяцев нет! – отрезал декан.
– Неужели вы собираетесь отправить его на южную границу? – побледнела Беата.
– Все вопросы адресуйте лично ему. Я не уполномочен что-либо объяснять.
Декан темных вернулся в кресло, давая понять, что аудиенция закончена. Девушка вышла из его кабинета на негнущихся ногах. Надо срочно разыскать Гласа! И потребовать от него объяснений, решила она.
Где искать схолара и куда идти, она примерно представляла. Время вечерних занятий, значит, все мужчины второкурсники тренируются в большом зале Коллегии воздуха. Как известно, воздушникам нужны большие пространства, и они же, как ни странно, идеально подходили для учебных поединков с холодным оружием.
Прежде чем зайти в зал, она судорожно пригладила волосы и одернула кофточку, и тут же выругала себя – к чему прихорашиваться перед мужчиной, которого сегодня утром прогнала из своей постели?
В зале оказалось не так уж много народу – человек десять дрались на разных видах оружия – рапирах, шпагах, саблях и ножах. Тренировались в основном юноши, но были и девочки, и именно рядом с ними стоял мастер боя и контролировал поединок. Беата вспомнила термины боевой магии – «ближний бой», «дальний», «бой на поражение», «смертельный». Тут же вспомнилось, что это был почти единственный предмет, который она сдала с трудом и получила оценку, близкую к неудовлетворительной. И хотя для светлых неумение драться не считалось чем-то предосудительным, но все равно было стыдно, что она так и не смогла освоить драку на ножах. А из фехтования вообще – усвоила только основные стойки и выпады.
Она нашла Дана в дальнем углу зала, и засмотрелась. Шпага в его руках мелькала неразличимой тенью, движения были экономны и изящны, как будто он не рисковал получить укол от противника, а просто тренировался один перед зеркалом. Беата застыла, чтобы ненароком не помешать и, не дай Хранители, отвлечь его внимание. Но мужчина сам почувствовал ее нетерпение, бросил мимолетный взгляд в ее сторону, чтобы удостовериться точно, и в три движения завершил бой, приставив шпагу к груди соперника.
Схолары разошлись, отсалютовав друг другу в знак завершения поединка, и Дан направился к ней. Разгоряченный схваткой, он шел и смотрел на нее так откровенно и выразительно, что Беата почуяла неладное. А когда его глаза загорелись лукавством, она сообразила, что явно поторопилась с поисками ученика. Все вопросы можно было задать позже, при личной встрече, а сейчас, похоже, ее ожидал сюрприз.
Так и есть – он подошел вплотную, громко произнес: – Здравствуй, любимая! – и крепко поцеловал, пресекая ее явное желание избежать такой откровенной демонстрации чувств. В зале повисла тишина, а потом раздался свист и аплодисменты.
Упорно не желая отвечать на поцелуй, раскрасневшаяся Беата прошипела ему в губы:
– Ты специально все это устроил?
– Ты сама добровольно сюда пришла, – усмехнулся схолар.
– Необязательно было устраивать спектакль!
– В бою и постели любые средства хороши! – невозмутимо возразил мужчина. – Ты что-то хотела?